Любовь — это не иллюзия
Шрифт:
— Нет, Грэй, не для нас.
Первый удар, подумал он, зная, что ему потребуется время, чтобы убедить ее в том, что они принадлежат друг другу. Он вновь обратил внимание на сверток, сорвал обертку и обнаружил красивую дорогую картину, которую они видели в одной галерее. Им обоим понравилась эта картина. Она называлась «Убежище влюбленных». На первый взгляд она казалась самой обычной: черная пещера в скалах, тянувшихся вдоль пустынного пляжа, кристальная сине-зеленая вода… Но при близком рассмотрении они заметили силуэты двух влюбленных в объятиях друг друга. Это было и красиво и в то же время носило оттенок интимности.
— Спасибо. — Грэй почувствовал смущение и благодарность. Он знал, как она сама хотела получить эту картину. Понимала ли она, что он каждый раз при взгляде на картину будет вспоминать ее?
Улыбка Мэрайи светилась подлинной радостью.
— Это подарок на новоселье.
— Занималась домом в основном ты, а потому заслуживаешь того, чтобы повесить картину. У меня есть для нее отличное место. В спальне.
Мэрайа сразу же разгадала его хитрость.
— Я думаю, ты и сам справишься.
Второй удар. Едва ли она могла обвинять его за эту попытку. Грэй осторожно прислонил картину к стулу.
— Кстати, дом выглядит замечательно, но пустынный без тебя.
— Рада, что тебе он нравится. — Она была польщена его комплиментом. — Если не возражаешь, я бы хотела прислать фотографа, чтобы он сделал несколько снимков. Я договорюсь на то время, когда ты будешь дома.
— Это будет замечательно. — Он бросил взгляд на часы. Было почти шесть, и он знал, что сегодня уже ничего не успеет сделать. — Ты поужинаешь со мной? — небрежно спросил он. — Я могу заказать сюда что-нибудь из китайского ресторана. Цыпленка с лимоном хочешь?
— Ты же знаешь, чем закончится этот ужин.
Верно. Каждый раз, когда они обедали в офисе, они заканчивали его любовью. На диване. На ковре. На его столе. Ему хотелось бы думать, что Мэрайа окажется слабой.
— Да, я мечтаю, чтобы это было больше, чем просто ужин. — Улыбка грешника заиграла на его губах. — Но обещаю, что буду хорошо себя вести.
— Ты никогда не ведешь себя примерно. — Мэрайа выпрямилась и провела рукой по очень короткой юбке. — Кроме того, не могу. У меня на семь назначена встреча.
Его охватила ревность, и он почувствовал потребность в таблетке успокоительного.
Мэрайа подняла бумажный пакет и поставила на стол.
— Это последние твои вещи из моего дома.
Две таблетки.
— Вот так, значит?
— Да, — прошептала она. — Ты поедешь на шестидесятую годовщину моего отца?
— А я приглашен?
— Конечно. Мой отец всегда был о тебе высокого мнения.
— Даже после нашего разрыва?
Мгновение она обдумывала подходящий ответ.
— Папа был… разочарован, услышав, что мы больше не встречаемся.
Уважение было обоюдным. Грэй познакомился с Джимом Стивенсом почти год назад, когда они заключали контракт на установку сложной охранной системы в инвестиционной компании Джима. Он был удачливым бизнесменом. Было очевидно, что он и хороший семьянин. Джим гордился своими дочерьми. Когда Грэй случайно упомянул, что строит дом по индивидуальному заказу, Джим настоял, чтобы он позвонил его дочери Мэрайе и проконсультировался по вопросу внутреннего дизайна. Грэй не хотел, чтобы кто-то помогал ему в создании дома. Однако чтобы сохранить процветающую компанию Джима в числе своих клиентов, он из вежливости позвонил Мэрайе. Один вечер за обсуждением дизайна его дома, и он понял, что должен постоянно видеть рядом с собой эту женщину.
Теперь, восемь месяцев спустя, счастье и блаженство закончились.
— Грэй, — послышался голос Джини по внутренней связи. — Звонок от мистера Уэйсмана, который вы ждали.
Он забыл об этом. Уэйсман уже вот-вот был готов подписать контракт на двести тысяч долларов, а его оказалось очень трудно склонить к этому.
— Спасибо, Джини, я отвечу, а ты можешь быть свободна.
Грэй хотел, чтобы Мэрайа осталась, но та уже направлялась к двери.
— Думаю, Грэй, увидимся на приеме у моего отца.
Две недели. Четырнадцать дней мучительных размышлений, предложит ли ей другой парень то, что он не мог обещать ей. Только полный дурак не сделает этого!
— Да, увидимся там.
Глава третья
— Господи, Грэй, ты выглядишь ужасно.
Грэй взглянул на своего друга Марка Дэвиса, который сел на свободный стул рядом с ним.
— Нормальное состояние для настоящего периода, — пробормотал Грэй, делая глоток скотча. — Чувствую себя ужасно.
Понедельник был «мужским» днем. Грэй, Марк и несколько других коллег — приятелей встречались, чтобы немного выпить и пообщаться в неофициальной обстановке. Сегодня Грэй хотел, чтобы его оставили в покое. По сравнению с загорелым, энергичным Марком Грэй чувствовал себя выжатой тряпкой. Даже работа, всегда служившая для него спасением, не отвлекла его от мыслей о Мэрайе.
Марк сделал знак бармену.
— Эй, Бруно, я возьму «Бадвейзер» и подогретые орешки. — Он посмотрел на Грэя. — Ого. Чистое виски?
Грэй пил чистое виски в редких случаях, когда у него было отвратительное настроение. Алкоголь ударял в голову тяжело и быстро, мешая мысли и воспоминания. Может, если ему повезет, он так накачается, что не будет мечтать сегодня о Мэрайе.
Бруно принес Марку пиво и орешки. Марк поблагодарил его и сделал жест в сторону Грэя.
— Налей еще бедняге, Бруно, — сказал Марк.
Грэй бросил кубики льда в свой пустой стакан.
— Двойной.
Бруно приподнял бровь, но ничего не сказал, ухватил бутылку скотча и налил двойную порцию.
— Похоже, сегодня водителем буду я. — Марк взял ключи от машины Грэя и отложил их подальше.
— Угу. Если я начну петь или что-то в этом роде, стукни меня по голове.
— Стукну, — сказал Марк и сделал глоток.
Марк и Грэй познакомились в Южно-калифорнийском университете на третьем курсе. Сходство интересов, бурная жизнь, заполненная бесконечными вечеринками и множеством женщин, связали их узами мужской дружбы. Они стали друзьями и оставались ими на протяжении долгих лет. Грэй наблюдал за женитьбой Марка и последующим отвратительным разводом. После брака остались двое мальчиков.