Чтение онлайн

— Я чувствую некую ответственность, — снова заговорил он, окидывая ее взглядом, полным раздражения и злобы. Однако, присмотревшись, Нора поняла, что неправильно истолковала этот взгляд. Лорд Джон пытался изобразить вину. — Я чувствую, что вся вина на мне. — Он отвернулся, сунул руку за отворот камзола и принял торжественно-мрачную позу. — Я, так же как лорд Ривенхем, несу ответственность за успех нашей миссии здесь. Таким образом, хотя я лично не принимал в этом никакого участия и даже не знал об этом, мне приходится принять на себя часть вины за ваше несчастье.

Только тут Нора поняла, что он говорит о ее недавней свадьбе. Мимолетно удивившись, она насторожилась.

— Можете не утруждать себя беспокойством, — заявила она. Лорд Джон затеял это представление ради какой-то цели. Вот только Нора не могла представить себе, ради какой, и вообще сомневалась, стоит ли это знать.

То, что мальчишка возомнил себя равным Эдриану по положению в отряде, говорило о его могучем воображении. Что бы ни было у него на уме, скорее всего это такая же ерунда.

— Вы с достоинством переносите этот удар. — Он понизил голос. — Но я хочу, чтобы вы знали, мадам, я готов вас поддержать.

Поддержать — в чем? Его слова содержали намек, который она никак не могла понять.

— Вы очень любезны, — официальным тоном произнесла она. — Доброго дня. Прощайте.

— Но вам нет нужды изображать при мне стойкость! — воскликнул он и снова шагнул к Норе. Ей не хотелось вести себя как пугливой мышке, а потому пришлось позволить ему взять ее за руки. — Видите ли, я вас понимаю. Понимаю, что вы необычайно близки со своим братом.

Нора насторожилась. При чем здесь Дэвид?

— Мне кажется, вам не случалось встречать моего брата, лорд Джон?

— О, к сожалению, нет! Я не имел этого удовольствия. — Лорд Джон явно не понимал, что не стоит сожалеть о том, что незнаком с тем, на кого охотишься. Он сочувственно сжал ее руки. — Но ваш кузен сообщил мне, что вы к нему очень привязаны.

Нора не помнила, чтобы вчера за столом обсуждалась эта тема.

— Значит, вы видели моего кузена перед его отъездом?

Лорд Джон кивнул:

— Несчастный! Как он горевал о том, что не может проститься с вами! С болью говорил, что вы сочтете это предательством.

— О нет, — возразила Нора, — я так вовсе не думаю.

Его небесно-голубые глаза распахнулись.

— Ну разумеется. Я ему так и сказал. «Какое предательство? — сказал я. — Разумеется, она поймет, что вы подчиняетесь тирании, отсылающей вас прочь». Но он все не мог успокоиться, миледи. Он просил меня, и я охотно пообещал, — тут лорд Джон сделал эффектную паузу, чтобы подчеркнуть значение следующих слов, — охранять ваши интересы и заботиться о вас в его отсутствие, как о родной сестре.

Он все еще держал ее за руки, а Нора была так поражена, что не замечала нелепости этого положения. Будь она сейчас в Лондоне, что за историю могла бы она рассказать! Весь двор хохотал бы до слез. Никто из знакомых с этим юнцом не мог вообразить его в роли защитника, и менее всего в роли защитника родной сестры — тридцатилетней богатой вдовушки, которая по указанию семьи перебиралась из одной постели в другую. Знатные особы, разнеженные ее ласками, лучше воспринимали то, что она им нашептывала.

Злословие, фальшивая дружба — самый ходкий товар при дворе. Лорд Джон блистал в этой среде, а Нора этого не умела, а потому ее следующие слова были произнесены слишком равнодушно:

— Вы очень добры.

Лорд Джон уловил ее холодность и заговорил осторожнее:

— Но возможно, я неверно оценил ваше положение?

У Норы голова шла кругом.

— Я начинаю думать, что сама не понимаю своего положения. А как вы его оцениваете, сэр?

— Ну как же, миледи! Я полагаю, что этот брак не соответствует вашей воле. Как может быть иначе, если в первую очередь вы должны следовать долгу по отношению к вашему дорогому брату?

Вопрос явно заключал в себе ловушку, и не одну.

Нора натянуто улыбнулась:

— Вы считаете моего брата преступником, лорд Джон. Спрашивать меня, соблюдаю ли я его интересы, — это вопрос с подвохом.

Он внимательно вглядывался в ее лицо.

— Да, думаю, так и есть. Вы не сочтете за дерзость, если я буду говорить прямо? Я не верю, что вчера за ужином вы планировали свадьбу. Во всяком случае, не с лордом Ривенхемом. Это меняет мой взгляд на все дело. Я начинаю думать, что надо разобраться, кто здесь преступник, а кто — жертва.

К Норе вернулись ее дурные предчувствия, внутри все сжалось.

— О, — тихонько протянула она. Вот уж действительно человек говорит прямо. Этот мальчишка пытается найти в ней союзницу против своего командира, ее нового мужа. Скорее она свяжется с диким кабаном. Тогда она, во всяком случае, сможет хотя бы с какой-то вероятностью предсказать, когда ее союзник на нее бросится.

Нора осторожно высвободила руки.

— Очень благодарна вам за вашу доброту, — сказала она, прошла мимо него и распахнула дверь.

Из нижнего холла донеслись звуки смеха. Один из голосов принадлежал Эдриану.

Лорд Джон побледнел.

— Поговорим позже, — поспешно пробормотал он. — Доброго дня, милая дама. — И он проскочил мимо нее в дверь.

Нора вернулась к окну и снова взяла лютню. Она давно не играла, но пальцы сами помнили, что делать, и заиграли почти без ее участия.

Интересно, что за пакость замышляет этот дурачок? Она ни за что бы ему не доверилась. Но его рассуждения дали всходы в ее разуме. Нора задумалась.

Зачем он говорил с Космо? Может быть, просто понял, что кузен — тоже враг Эдриана? Могли эти двое вместе разработать какой-нибудь план?

А если так, то стоит ли винить лорда Джона за то, что он намекнул ей об этом. Она сестра Дэвида, кузина Космо, оскорбленная невеста. Интересно, в какой из этих ролей кроется причина беспокойства, которое она ощущает при мысли о заговоре против Эдриана?

Если даже лорд Джон считает ее своим естественным союзником, то почему она беспокоится о муже, а не примкнет к его врагам? Дэвид назвал бы ее предательницей.