Любовь и Дачный переполох
Шрифт:
– Рекультивировать – это мягко сказано, – ответила, садясь напротив. – Он там, похоже, целый котлован вырыл. Может, он у вас клад ищет?
– Если найдет, поделимся, – усмехнулся Арсений, и я снова поймала его взгляд. На этот раз он не отвел глаза, а мои щеки снова предательски покраснели снова.
Верочка, конечно, не могла упустить момент. Она наклонилась к Арсению, хитро прищурившись:
– А вы, Арсений, чем занимаетесь? Небось, какой-нибудь герой? Пожарный, спасатель? Или, может, плотник? Вон, молоток у вас в руке, как родной смотрится!
Я чуть не поперхнулась чаем. Верочка была неисправима и беспородная. Арсений, к его чести, не растерялся, хотя по его лицу пробежала тень. Он откашлялся и ответил:
– Был пожарным. Теперь… отдыхаю. Дом в порядок привожу. Грей вот помогает, как умеет.
– Пожарный! – Верочка хлопнула в ладоши, будто выиграла в лотерею. – Люба, слышишь? Герой! Я же говорила, король пик! Сильный, серьезный, с характером. А ты: «огурцы, огурцы»!
– Вера, прекрати! – я пнула ее под столом, но она только рассмеялась.
Арсений к счастью, тоже улыбнулся, хотя в его глазах мелькнуло что-то грустное. Я вдруг захотела спросить, что с ним случилось, почему он «отдыхает», но вовремя прикусила язык.
Не лезь, Люба. Не твое дело.
Чтобы сменить тему, я схватила блюдце с баранками и сунула его под нос Грею. Пес тут же оживился, схватил самую большую баранку и начал грызть ее с таким энтузиазмом, что крошки полетели во все стороны.
– Вот, Грей, тебе награда за крота, – сказала, стараясь не смотреть на Арсения. – Но в следующий раз копай у себя на участке, договорились?
Пес, естественно, не ответил, но его довольная морда говорила сама за себя. Верочка, тем временем, продолжала свой спектакль:
– Арсений, а вы женаты? – выпалила она, и я чуть не уронила чашку. – Ну, я просто так спрашиваю, для порядка. У нас тут, знаете ли, дачный романтик витает в воздухе. А Люба у нас свободная, как ветер в поле!
Конец ознакомительного фрагмента.