Любовь и другие кошмары
Шрифт:
Три года конечно не вечность.
Но мой план заключался в добывании именно долгосрочных продуктов. К примеру, я делала заметки, сколько требуется продуктов в день.
— Знаешь, — сказал Уоттс несколько часов спустя, смакуя бутылку со спиртным, которую я хранила для очевидного забвения. Но и для обеззараживания ран, конечно же. Я внимательно осматривала пространство вокруг себя и уже приметила, где сделаю небольшой сад. — Нам повезло, что мы здесь живем. Мы можем выращивать что угодно.
— Мы, — повторила я. Правда мысль проскочила у меня в голове, но я зачем-то сказала это вслух.
— Да, Джунбаг. Мы. «Мы» звучит лучше, чем «я и Баффи». У меня есть навыки, которых у тебя… вернее у вас есть то, чего нет у меня. Но если мы будем держаться вместе, то будем дополнять друг друга.
Это было справедливо.
Уоттс всегда был мастером на все руки. Это было то, что привлекало меня в нем. Машина слишком громко шумит? Уоттс мог исправить это. Проводка в доме неисправна? Звоните Уоттсу. Он был человеком, который выходил из любой ситуации, и мог починить что угодно, даже не разбираясь в этом.
— Мы могли бы сделать что-то вроде солнечных батарей, — предложил Уоттс, протягивая мне бутылку.
— Не думаю, что это хорошая идея, — сказала я, отрицательно покачав головой.
— Может быть, — согласился он. — Но может хотя бы тихую музыку? Чёрт, я скучаю по музыке. Или мы могли бы с помощью радио пытаться связаться с остальной частью мира. Кто-нибудь должен быть еще жив, и мне хочется знать, что происходит в мире.
Мы мыслим одинаково, и это обнадёживает.
— Звучит как хороший план, — согласилась я, широко зевнув.
— Ну так что? — сказал Уоттс. — Пора ложиться спать?
— Ага, и тебе советую.
— За меня не переживай. Диван выглядит очень удобным, — диван был взят из офиса и был жутко неудобным даже для меня, не говоря уже о целой ночи сна для такого громилы как Уоттс.
— Это открытая местность, — сказала я, подмигивая. Большие окна, в которые можно без труда проникнуть.
— Со мной ничего не случится, Джун, — спокойно ответил он, его взгляд был таким тёплым, родным.
— Послушай, ты сам говорил о совместном выживании. Я могу поделиться своей кроватью. Так мы оба будем в безопасности.
— Ты хорошо позаботилась о безопасности этого места, — Уоттс последовал за мной, внимательно осматривая новую комнату. Баффи почему-то не зашла с нами в комнату.
Поэтому я насыпала ей корма и налила воды в миску.
— Куда ты идешь?
— Чистить зубы, — по-моему это было очевидно.
— Чем тебе это не зубная щётка? — Уоттс поднял руку с бутылкой и изобразил как чистит зубы.
— Нет, Уоттс. Нужно соблюдать гигиену, — я усмехнулась, качая головой. — В конце концов, где ты сейчас найдёшь хорошего дантиста? Да и дантиста вообще…
— Эх, со здравым смыслом не поспоришь, — он тяжело вздохнул, следуя за мной в ванную. Уоттс слишком усердно чистил зубы, как будто он вдруг увидел какую-то мудрость в этом деле, после моих слов.
— У тебя нет ванной? — спросил он, указывая на кувшин с водой.
— Вообще-то, я просто прыгаю в океан. Что? Хотелось бы конечно помыться в сауне, но этот вариант лучше, чем ничего.
— Умно, — хотя будь у меня ванна, Уоттс точно предложил бы принять ее вместе. Как раньше.
В голове промелькнули все те ночи, когда мы забывались в объятиях друг друга. Жгучее желание внезапно проснулось во мне, несмотря на безобидный диалог.
— Я… пожалуй подожду своей очереди, — протараторила я, слишком громко хлопнув дверью. Нужно перевести дыхание. Собраться.
Спиной прислонившись к стене, я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
Нет.
Только-не-это.
Нельзя испытывать сексуальное влечение к тому, кто растоптал моё сердце. Я всё ещё помню ту пустоту, боль, обиду.
Даже если мы останемся последними людьми на Земле.
Даже если мы собираемся провести остаток нашей жизни вместе, чтобы было легче хвататься за жизнь.
Это просто совместное выживание, не больше. Может Уоттс был воспоминанием того времени, когда в мире всё было хорошо, и из-за этого я испытываю к нему такие чувства. Но наш мир рухнул, и игнорировать этот факт невозможно.
Во время апокалипсиса не было места для сексуальной связи, для любых связей вообще. Тем более к человеку, которого я любила больше всего на свете, порой больше чем себя. И тем более, что этот человек взял всю эту любовь и бросил её мне в лицо.
Нет.
Не в этот раз, Уоттс.
— Твоя очередь, Джун, — он стоял, прислонившись к двери, в серой толстовке, которую я любила носить. Но она была мужской и идеально подошла Уоттсу.
Он всегда сетовал на то, что девушки спят в пижамах, и это жуть как неудобно. Уоттс всегда спал только в нижнем белье. Когда он был моим парнем, меня это очень даже устраивало. К сожалению, сейчас это будет мешать…
Сосредоточься, Джун.
Нужно сосредоточиться.
Я резко отвела взгляд. Надеюсь, я не пялилась слишком долго. Напряжение в воздухе можно было потрогать руками, но Уоттс не подавал виду.
— Спасибо, я… сейчас вернусь, — зачем-то сказала я и быстро прошмыгнула мимо него.
Мои щёки горели от стыда, я раньше всегда контролировала свои мысли. Дерьмо. Закончив водные процедуры, я оделась и начала расправлять кровать, мысленно представляя, как укутаюсь в одеяло и гордо повернусь спиной к нему.
«Хорошо. Давай сделаем это», — бурчала я себе под нос, обращаясь к своему отражению в зеркале. Расческа медленно скользила по кудрявым волосам. Они стали такими длинными, раньше я периодически посещала салоны красоты. Та Джун обожала ухаживать за своей кожей, она любила себя, любила эту жизнь. Сейчас я стала какой-то неуверенной в себе, закрытой и отстраненной.
Так, нельзя прятаться тут вечно. Когда я вышла, Уоттс бездумно стоял возле кровати и смотрел в окно.
— У тебя в спальне нет окон, как же ты проветриваешь помещение? Учитывая то, что на этом побережье довольно жарко. И зачем тебе целых три одеяла? — спросил он, ухмыльнувшись.
— Одеяла? Я думала ты сначала заметишь огромное количество подушек. — Я в прошлом тоже коллекционировала подушки, и Уоттса всегда это забавляло.
Мне стало неловко от того, что все эти подушки были взяты из магазинов. Я ведь не платила за них, а просто брала понравившиеся. Да-да, кому нужны деньги в такое-то время, но у меня есть совесть! Всегда была. Зато вся комната была уставлена ими, подушки были разной формы, цветов, в виде игрушек. Поэтому спальня была хорошим местом для чтения. Кроме того, это сделало помещение более уютным.