Чтение онлайн

Мы шли по идиллическому тротуару, по обеим сторонам которого возвышались причудливые магазинчики. Люди улыбались и тепло приветствовали Кейна, а он отвечал на всё кивком головы или лёгкой улыбкой. Его рука на моей пояснице вела меня вперёд, и я чувствовала тепло его руки до самого позвоночника.

Женщины смотрели на меня с любопытством, а мужчины с жадностью, в то время как Кейн уделял мне всё своё внимание. Он отмахивался от тех, кто искал его для разговора, и игнорировал тех, кого мог, не будучи явно грубым. Но среди всех людей, мимо которых мы проходили, я ни разу не встретила девушку моего возраста. Все были старше или моложе. Не существовало сообщества двадцатилетних девушек — примерно того же возраста, что и Кейн.

Это осознание было тревожным по нескольким причинам, прежде всего из-за понимания его интереса ко мне. Чёрт возьми.

— Что находится на вершине пищевой цепи?

— Я не понимаю, о чём ты, — улыбнулся он.

— Лучшая работа, что это? Кому достаются лучшие дома? Больше всего еды? Больше всего голосов?

— Моему отцу, — он ухмыльнулся, как будто рассказывал анекдот.

— А потом?

— Солдатам, — он немного протрезвел, когда понял, что не очаровывает меня. — Любой, кто патрулирует, получает всё самое лучшее. Мы рискуем жизнью ради сохранения мира.

— Ну, тогда я хочу быть именно солдатом, — решительно заявила я.

В основном, я проверяла почву.

Он повёл меня мимо магазинов в жилой район. Огромные деревья возвышались над нами и создавали навес над тихой улицей. Некоторые дома были явно заняты, а некоторые пусты. Но я не могла спорить с тем фактом, что люди, в самом деле, выглядели счастливыми. Они выглядели так, словно чувствовали себя в безопасности.

— Ты не можешь быть солдатом, Риган, — объяснил он. — Только наши мужчины заполняют эти ниши.

— А женщины по-прежнему зависят от их защиты и обильных поставок? Я забыла, что вы владеете женщинами, они скорее собственность, чем люди, верно?

— Это не обязательно так.

Мы остановились перед двухэтажным белым домом с чёрными ставнями. Широкое крыльцо огибало фасад дома и исчезало за углом. К дому вела причудливая дорожка, а двор с позеленевшей весенней травой был широким и ухоженным. Я посмотрела на дом, явно самый большой в этом районе, и поняла, что это был дом Кейна.

— Но это так, — возразила я. — Это твой дом. Я твой паёк?

Он повернулся так, что мы оказались лицом друг к другу, и прошептал:

— Приз. Ты мой приз.

Я покачала головой, слёзы защипали мне глаза.

— Ты сошёл с ума, если думаешь, что я когда-нибудь соглашусь на это.

Его глаза не отрывались от моих, и мы вели безмолвное противостояние. Там, где он был хладнокровен и уверен, я была страхом и ненавистью.

Он первым отвёл взгляд и потянулся к моей руке. Сжав её мягко, но твёрдо, он потянул меня вверх по дорожке и лестнице, и открыл входную дверь. Мы шли по его уютному жилому пространству, хотя внутри было немного холодно и темно. Он обошёл комнату, зажигая свечи, а затем развёл огонь в огромном камине в гостиной.

Дом был со вкусом и уютно обставлен. Предметы мебели высокого класса в хорошем состоянии, чувствовалось подавляющее присутствие семьи. Я не могла перестать думать о том, что случилось с семьёй, которая жила здесь до того, как Кейн взял власть.

Были ли они убиты в первых атаках?

Они были вынуждены покинуть свой дом, когда отец Кейна пришёл к власти?

Неужели Кейн хладнокровно убил их, когда они отказались?

— Тебе будет легче, если ты перестанешь сопротивляться, — тихо сказал он, стоя у камина.

— Я не буду спать с тобой, — твёрдо заявила я.

Я даже не могла найти страх, который мучил меня весь день. Да, где-то внутри меня зрела паника и ужас, но в основном я ощущала стальную непреклонность. Я чувствовала решимость.

Он не прикоснётся к моему телу. Он не приблизится ко мне.

И, к моему огорчению, он расплылся в первой искренней улыбке, которую я от него увидела. Это было ошеломляюще. Он был ошеломляющим. Исчезли холодное безразличие и обаяние серийного убийцы, а на его месте появилось тепло и привязанность, которые, казалось, ослепляли его харизмой.

— Никто и не говорил, что ты должна, — рассмеялся он. — Ты можешь перестать считать меня чудовищем, Риган. Я не чудовище.

— Тогда отпусти меня, — возразила я.

Он покачал головой, теряя свою заразительную улыбку.

— Я этого не сделаю.

— Почему нет?

— Я не отпущу тебя, — выдохнул он.

Мою кожу покалывало от нависшего предчувствия, а глаза заслезились от паники.

— Ты идеально подходишь мне. И теперь ты моя. Я не потеряю тебя.

— Ты даже не знаешь меня, — заметила я. — Я бешеная сука.

Он пожал плечами.

— Из меня выйдет ужасная жена… эм, партнёр, эм, имущество. Я никогда не буду покорной, никогда не перестану бороться с тобой.

— Ты слишком торопишься с выводами, — предостерёг он меня с излишней весёлостью. — Разве ты не хочешь устроиться, прежде чем приказывать мне держаться подальше?

— Нет. Я хочу, чтобы сегодня же ты ушёл из моей жизни.

— Этого не произойдёт, — возразил он. — Это лучшее, что могло с тобой случиться. Перестань смотреть на это как на трагедию и признай свою удачу.

— А мои друзья?

— Будут в безопасности и о них позаботятся, пока ты будешь помнить своё место.

Я горько рассмеялась.

— А если я этого не сделаю?

Выражение его лица стало каменным.

— Лучше не выясняй.

Стук в дверь заставил нас обоих обернуться. Он нетерпеливо вздохнул, но небрежно пошёл открывать. Я воспользовалась временем, чтобы осмотреть его дом, найти способ сбежать, найти оружие, чтобы ранить его.

Все окна были зарешечены, чего я сначала не заметила. А задняя дверь, ведущая в кухню, была заперта изнутри на висячий замок. Выйти из этого дома было невозможно, во всяком случае, нелегко.

Мне было интересно, как выглядит второй этаж, но у меня не было ни малейшего желания оказаться там, наверху, где находятся спальни. Хотя, сказать в его защиту, я не чувствовала от него вибраций «насильника». Возможно, это было наивно с моей стороны, но так оно и было.

Он был отстранённым, далёким и пугающим. Но он не применял силу. Его прикосновения были несколько… нежными, и он уговаривал и манипулировал мной с мягкими угрозами и настойчивостью. Если не считать того раза, когда он приставил пистолет к моей голове, он действительно вёл себя как джентльмен.