Любовь и прочие неприятности
Шрифт:
– Ты с ним общалась? – выдала Аська с придыханием – и как он? Правда же обаятельный?
– Да вредный он, как сто ослов и самоуверенный! Хотя, конечно, красивый мужик, чего уж там. Обвинил меня в искусственном завышении цены, представляешь? Мне, говорит, вас рекомендовали, как хорошего и не дорого специалиста! Тьфу, зараза! Не соглашался, пока не видел, что я реально скидку выбила. И так чуть ли на все детали интерьера, представляешь? Богатый, да жадный он. К тому же сейчас ещё и не очень красивый и, скорей всего, ещё и хромой будет, – на последней фразе вся моя злость куда-то испарилась.
Аська расхохоталась:
– Ну, подруга, ты даёшь!! Такого в нашей с тобой практике ещё не было!
– Какого это "такого"? – передразнила я Аську.
– А такого, что ты уже заочно готова в него влюбиться. Из жалости. Только имей ввиду, на любовь из жалости мало кто согласен.
– Что имею, то и введу! – огрызнулась я – мне маму его жалко. Она, кстати, мне гораздо больше его самого понравилась и тогда и сейчас.
– Ну-ну! – хмыкнула Аська.
– Только я так и не поняла, почему "почти" принц?
– Да говорят, он и по девочкам ходок и по мальчикам. А такое, знаешь ли, подходит только тем, кому уж вот прям совсем не избежать одиночества!
– Полноприводный, значит, – закончила я.
Аська ушла очень поздно. От смеха у нас уже мышцы лица болели. Вот уж точно настоящая подруга. Ведь честное же слово хотелось выпить и поплакаться ей в жилетку, а получилось напиться и поржать.
О том, что Светлана Петровна так и не позвонила вечером, я вспомнила только утром следующего дня. Это было странно. Телефон у меня её был, но в компьютере, который на эти выходные я не забирала с работы. Я же на этих выходных собиралась любовью и романтикой заниматься с любимым мужчиной, а не работой, хоть и тоже любимой.
– Ладно уж, поехали, за компьютером! – уговорила я сама себя – сегодня можно будет и поработать, раз уж замуж не сложилось.
Обычно, перед работой я свои кудрявые волосы выпрямляю, иначе в аккуратную причёску мне их не собрать. Стиль одежды у нас на работе строгий: прямая юбка, светлая блузка и каблук, вот приходится и волосы в строгости держать. Но сегодня то у меня выходной. Значит можно и волосы не мучить выпрямлением и самой в джинсах и кедах. Волосы, я всё-таки убрала в хвост, но джинсам и кедам не изменила. Погода была солнечной, поэтому нацепив солнечные очки для полноты образа и предотвращения мимических морщин, я поехала на работу. Про будущие мимические морщины – это мне Аська все уши прожужжала уже. Это она у нас и умная и красивая, а я просто кудрявая.
Моё рабочее место было самым дальним от входа. В фирме у нас работало пять дизайнеров. Четыре девушки, считая меня и один Лёнчик. Лёнчик, у нас был нестандартной ориентации. Но ни по его внешнему виду, ни по манере говорить, ни по манере держаться, ни за что было об этом не догадаться. Не было у него этих шаблонных жеманных манер. Вполне себе приятный мужик, ну может чуть больше уделяющий внимание своему внешнему виду и уходу за растительностью на лице и голове. И в других местах, как мы с девушками коллегами подшучивали над Лёнчиком. Да и называли его так только свои, для клиентов он был вполне себе презентабельный Леонид.
Наши с Лёнчиком рабочие места были соседними, может поэтому со мной он общался больше, чем с остальными коллегами. Я не лезла к нему с глупыми вопросами про его личную жизнь, не отпускала шуточек по поводу его ориентации. Лёнчику было около сорока и он уж точно научился их игнорировать, но всё-таки проще, общаться, когда тебе не напоминают об этом постоянно. Мы с ним и с Аськой даже время от времени ходили вместе в клуб. Странно это было только в самый первый раз, потом уже как по накатанной. Вот тогда то, в первый наш совместный поход, я и поняла, что он всё-таки гей. Что называется голубее голубого. И знаете, что странно, он и ему подобные, друг друга с одного взгляда вычисляют. Хотя, того, что к нам за столик подсел, трудно было заподозрить в нормальной ориентации. Но вот как он сам то нашего Лёнчика на раз вычислил, мы так с Аськой и не поняли.
Вход в наш офис был сразу с улицы. Поэтому, когда я зашла, одетая не в привычную юбку, блузку, каблуки, то меня не сразу и узнали. Опять же очки на мне были на пол-лица. Вот и Маша, сидевшая ближе всех к входной двери и провожающая наших дорогих клиентов к нам, не сразу меня узнала. А потому, выжидательно на меня смотрела, мол к кому же я пришла? Я же, не успела ещё подать голос, как увидела странную картину. За моим столом и за моим личным компьютером сидела и работала новая жена нашего директора Оленька. Вот с ней у меня отношения сразу не заладились. Если Сан Саныча я уважала, то вот её не переваривала с первого её рабочего дня у нас. Надо сказать, что и она ко мне испытывала не менее глубокое чувство.
Сан Саныч был мужик не плохой, но вот была у мужика одна странная привычка. Привычка жениться, причём каждая следующая его жена была обязательно моложе предыдущей. Вот и эта его Оленька была даже моложе меня. Но наглости и целеустремлённости у неё было, как у нас всех вместе взятых. Лёнчика сегодня тоже не было на работе, зато на его месте почему то сидел Сан Саныч собственной персоной.
Подойдя ближе я поняла почему. Оленька работала с каким-то очень близко знакомым и явно очень не бедным его знакомым. Да и пусть бы и дальше работала, только почему на моём личном компьютере то? Сан Саныч увидел меня первым и пошёл пятнами разных оттенков от красного до белого.
– Тасенька, а ты как здесь? Ты же выходная! – залепетал вдруг мой начальник.
– Таисия? Ещё одна? – это уже этот, сидящий перед Оленькой клиент переспросил. И повернулся ко мне всем телом на своём стуле и окинул меня оценивающе с ног до головы.
– И вам доброе утро, Сан Саныч! – поприветствовала я начальство – почему же "Ещё одна?" – этот вопрос я задала уже клиенту и тоже окинула этого наглого мужика таким же взглядом, каким и он меня.
Мужик буквально источал запах очень больших денег, хоть и был одет в джинсы, рубашку и летний пиджак. Но то, как это всё на нём сидело, говорило о том, что вещи на нём брендовые. А ведь уже давно известно, что вот такие, вроде как простецкие вещи, могут стоить очень дорого.
Мужик, оценив мой наглый взгляд и весь мой внешний вид, усмехнулся и точно так же, повернулся всем корпусом к Сан Санычу с вопросом:
– Саныч, не хочешь ничего объяснить? Ты же мне подтвердил, что со мной будет работать самый лучший твой дизайнер Таисия. Да, я собственно и приехал только ради неё. А это тогда кто? – и он очень уж фамильярно кивнул в сторону Оленьки, которая стала покрываться такими же пятнами, как Сан Саныч. Интересно – это у них хоть не заразное?
– Степан, ну что ты в самом деле! С тобой и работает самый лучший мой дизайнер. Это – Оленька! – заёрзал вдруг на своём кресле Сан Саныч.
– Извините, что вмешиваюсь, но я собственно за своим компьютером приехала, – и посмотрела на Оленьку. Пятна на ней пошли уже более насыщенных цветов. Но она так и не ответила. А я продолжила:
– Так я могу забрать свой компьютер?
– А мне вот теперь интересно, кто со мной работал и переписку вёл всю эту неделю?
Степан, как назвал его Сан Саныч, только чуть интонацию поменял и бровь приподнял, а мой начальник опять пошёл пятнами. Да кто ж это такой, что мой шеф ТАК реагирует? Так ведь, бедолаге и в больницу загреметь не долго. Я поняла, что ни от Оленьки, ни от Сан Саныча ответа на вопрос Степана не последует, а потому нацепила приятную улыбку и спросила: