Любовь и верность
Шрифт:
Мэри все так и сделала, радуясь тому, что тетя так оживилась. Да, она прихрамывала, поднявшись с кресла, и на ее больную ногу уже никогда не надеть старых туфель, но двигалась она проворнее, чем все последние годы, когда Мэри жила у нее. В Шотландии они были не так уж долго, чтобы спа-процедуры сотворили с ее здоровьем настоящее чудо, так что, кажется, на ее тетю подействовало еще что-то. Свежий воздух? Родниковая вода? Впрочем, что бы это ни было, Мэри была довольна. Возможно, у нее в конце концов появится шанс зажить нормальной жизнью.
Но если так, стоит ли ей выполнять свое соглашение с Алеком Рейнберном? Возможно, в будущем у нее будет больше свободного времени, чтобы познакомиться с мужчиной, который станет за ней ухаживать. С каким-нибудь хорошим скучным парнем…
Нет! Ее светская жизнь останется такой же ограниченной, какой была до сих пор. Алек Рейнберн – ее единственный шанс.
Поцеловав тетю на прощание, Мэри направилась в свою комнату. До встречи с доктором Бауэром оставались еще долгие часы. Она взялась было за книгу, которую привезла с собой, но чтение пришлось отложить, потому что ее встревоженный мозг вообще не воспринимал слов. Мэри выглянула в окно и пересчитала горные пики. Втерла мазь в ступни и помыла руки. Подумала о том, чтобы заказать сандвич, но ее желудку это явно не понравилось.
Мэри не привыкла лениться и бездельничать, но сегодня у нее не было настроения наслаждаться удовольствиями отеля. И вот она сидела, сложив чистые руки на коленях, чувствуя, что ее желудок слегка бунтует, и абсолютно ничего не делая. Ощущения при этом были почти болезненными, одна тревожная мысль сменялась другой, нечем развлечься, некуда пойти, нечего делать. Вообще-то надо бы заказать еды, пока она не проголодалась, – Мэри не рискнет спускаться вниз к обеду. Хоть она и говорила, что обойдется без Гамблен, облачиться в одно из новых вечерних платьев без горничной будет почти невозможно.
Губы Мэри дрогнули. Она могла бы попросить Алека выступить в роли горничной, хотя он явно был более опытен в раздевании женщин, чем в одевании. Конечно, Оливер мог бы прийти ей на помощь, и это было бы абсолютно безопасно, но он сам занят, готовясь в своей комнате к вечеру игры в карты.
А вот и он – легок на помине. В смежную дверь тихо постучали, и в ее комнату ворвался Оливер в ослепительно белом теннисном костюме. Мэри была рада его видеть, но уже через мгновение пожалела о том, что не надела своих очков с дымчатыми стеклами. Оливер был великолепен и очень красив, что было в его же интересах. Бросив свое долговязое тело на один из ее стульев, он, нахмурившись, посмотрел на Мэри.
– Привет, сестренка! Что это вдруг тетя Мим вздумала уехать? Не стоит ли мне сопровождать милую старушку, я ведь джентльмен?
Оливер прекрасно освоился в своей фальшивой семье. Должно быть, он страдает, фактически не имея собственной. Да, ее брат Альберт и его жена Филлис могли раздражать Мэри, но они все равно у нее были. Оливер не может поехать домой. Как он провел последнее Рождество? Мэри позаботится о том, что следующее он проведет с ней и тетей Мим.
– Будет лучше, если она не услышит, как ты называешь ее «милой старушкой», – промолвила она в ответ. – Да, это так, но – нет, тебе не нужно ехать с ней. У Харриет удалили аппендикс, и неизвестно, сколько еще она пролежит в постели. Кто-то должен вернуться в Лондон, но я не могу. И ты не можешь. Или забыл о карточном вечере?
– Да нет, черт возьми, не забыл. Пока мы тут болтаем, отельная прислуга у меня уже все вверх дом в комнате переворачивает. Так что, если не возражаешь, я поболтаюсь у тебя немного.
Мэри услышала, как хлопнула дверь в его комнате, раздался какой-то щелчок.
– Ничуть не возражаю, – ответила она.
Оливер понизил голос, чтобы его не было слышно, хотя едва ли кто-то смог бы расслышать его слова из-за шума:
– Знаешь, Рейнберн справится со всем сам, если ты беспокоишься за тетю. Половина гостей – его друзья.
– Так дело не пойдет, – покачала головой Мэри. – Ты должен изобразить братскую ярость и убедить своих гостей, что я слишком невинна, чтобы соблазнять Бауэра. С тетей Мим поедет Гамблен. Она – девушка разумная, да и поезд удобный, без пересадок. Понятия не имею, что случилось с тетей, – она возвратилась к жизни и хочет вернуться в офис!
– Надеюсь, это не из-за тех шарлатанских препаратов, которые они применяют в спа? Все дело в алкоголе. Неудивительно, что в отеле не подают спиртного, – гости отдают целые состояния за то, что им подают в маленьких бутылочках из коричневого стекла.
– Ха! Так вот в чем секрет! А я-то думала, что причина хорошего самочувствия в свежем воздухе и здоровой пище!
– Да, еда тут замечательная. Почти как у Антуана. – Оливер вздохнул.
Бедный Оливер. Антуан был его первой любовью. Французский повар все еще работал в доме Палмеров, хотя, насколько было известно Мэри, их отношения закончились. Как только они вернутся в Лондон, она найдет Оливеру благоразумного молодого джентльмена. «Ивенсон эдженси» было известно своими способностями составлять пары даже в самых затруднительных случаях.
– Я не пойду сегодня на обед, так что нам не придется разыгрывать очередную ссору, – сказала Мэри. – Я слишком нервничаю, чтобы что-то съесть.
– Тебе обязательно надо поесть, иначе грохнешься в обморок, как только Бауэр к тебе прикоснется. Закажу-ка я нам сюда чайный поднос, прямо сейчас. Мне всегда хочется есть. Устроим маленькую веселую вечеринку – только для нас двоих.
Как только Оливер узнал, что она – не грозная пожилая дама, он стал обращаться с ней весьма фамильярно, но Мэри была не в состоянии этому противиться. Мальчик одинок – как и она. Мэри всегда была слишком занята, чтобы завести друзей в Лондоне или сохранить оксфордские знакомства. Господи, ее жизнь была такой тоскливой, пока она не познакомилась с Алеком Рейнберном!
Хотя нет, это не так. Приключения в ее жизни случались, но она переживала их ради клиентов агентства. Теперь настала ее очередь.
Закончив говорить по телефону, Оливер снова рухнул на стул.
– Куда ты ходила утром? Я стучался к тебе, но ты не ответила.
– Я немного погуляла по лесу.
– Как Красная Шапочка?
Там еще был большой серый волк, но она не собиралась говорить об этом Оливеру.
– Знаешь, я познакомилась с одной гувернанткой, которая смогла бы заменить тебя, когда ты начнешь заниматься другой работой. Теперь, когда Харриет выздоравливает, нам понадобятся еще более серьезные перемены в офисе.
– А ты уже говорила об этом с тетей?
Мэри поразило нетерпение в голосе Оливера. Она была так занята мыслями об Алеке, что забыла спросить об Оливере.
– Нет, еще не говорила, но я уверена, что она не будет возражать. Ты ей очень нравишься, Оливер.
– О, я всегда всем нравлюсь! Только люди не хотят брать меня на работу. Если она вновь будет сидеть внизу, как бы у нас не оказалось много лишних работников.
– Ерунда! Ты же знаешь, как мы заняты. Одно дело, если бы мы были только агентством по найму работников, но люди обращаются к нам и с другими просьбами. Кстати, лорд Рейнберн пригласил нас в Рейнберн-Корт, как только этот маскарад подойдет к концу. За последний год он потерял почти всю прислугу. Полагаю, местные не жаждут работать у него, так что нам придется осмотреть его владения и определить, сколько слуг ему нужно.