Чтение онлайн

— Если ты собираешься покороче познакомиться со мной, не кажется ли тебе, что лучше называть меня просто Чейз?

— Да, пожалуй.

Она не заметила его ухмылки.

— Я знаю твою мать почти десять лет. Джесси напряглась. Как раз десять лет тому назад Рэчел ушла от Томаса Блэра. Джессике тогда было всего восемь. Производя расчеты в уме, она упустила, что Чейзу тогда было лет пятнадцать-шестнадцать. И она вообразила, что Чейз стал любовником Рэчел сразу, как та оставила Томаса.

— И ты все еще ее любишь? — спросила Джесси напряженным голосом. Чейз помолчал.

— Что именно ты имеешь в виду?

Джесси сменила тон, пытаясь придать ему легкость, будто сама тема разговора почти случайная.

— Ты же один из ее мужчин, разве нет? Чейз глубоко вздохнул.

— Слушай, детка, неужели ты в самом деле так думаешь?

Джесси уставилась на него.

— Ты же прибежал сразу, как только она поманила.

Он засмеялся в ответ на ее тяжелый обвиняющий взгляд.

— У тебя не очень хорошие мысли в голове, Джесси. И неужели именно так ты думаешь про свою мать?

— Ты не ответил на мой вопрос. Он пожал плечами.

— Я думаю, я люблю ее настолько, насколько вообще могу любить любую женщину.

Джесси задумалась, соображая. Потом вздохнула.

— Звучит так, будто ты вообще не слишком любишь женщин.

— Теперь у тебя ко мне претензии. Я люблю женщин. Просто я не думаю, что сейчас стоит выделять какую-то одну.

— Значит, ты ни одной не хочешь пропустить? — спросила она язвительно.

— Можно сказать и так. А может, я еще не нашел женщину, которую бы долго мог терпеть рядом. Как только женщина решает, что поймала тебя на крючок, любовь кончается и начинаются жалобы, нытье, ревность. Это значит, что пора сматывать удочки.

— Ты что, хочешь доказать мне, что все женщины такие? — тихо спросила Джесси.

— Конечно, нет. Вообще есть три типа женщин: постарше, которые замужем, помоложе, которые хотят выйти замуж, и те, которые делают вид, что замужество их не интересует.

— Последние — это салунные женщины и танцовщицы. Да?

— Да, они самые забавные, — сказал он, понимая, что вышел на опасную тему.

— Проститутки — если говорить прямо?

— Ну я бы так не называл их.

— Не в этой ли компании ты встретил Рэчел? — процедила она сквозь зубы.

Он нахмурился, раздражаясь.

— Видимо, тебе никто ничего не рассказывал. Значит, это придется сделать мне. Рэчел была одинокая, голодная и к тому же беременная, когда мой отчим Джонатан Юинг привел ее в свой дом.

— Твой отчим?

— Тебя это удивляет?

Джесси была не удивлена, а поражена. Она думала, что Юинг — отец Билли. Но, видимо, отцом его был Уилл Фенгл. Знал ли об этом сам мальчик? И тут до асе дошло, что, если Рэчел сейчас тридцать четыре, стало быть, десять лет назад ей было двадцать четыре. И она намного старше Чейза, из чего следует, что у них действительно не могло быть любовной связи.

— А где была твоя мать? — спросила Джесси.

— Она умерла незадолго до того.

— Прости.

— Ладно, — ответил он небрежно, но в его тоне была какая-то горечь. Джесси не захотела узнать о ее причине, ей хватало своего говоря.

— Значит, твой отчим женился на Рэчел, несмотря на то, что она ждала ребенка от другого мужчины? — — Как раз из-за этого ребенка, — резко ответил Чейз.

Боже мой, думала Джесси, как же так?

— Этот тип собирался жениться на ней лишь в том случае, если она родит сына. И я ни капельки не сомневаюсь, что он вышвырнул бы ее из дома, если бы она родила девочку.

Джесси покачала головой:

— Еще один вроде моего папаши Блэра. А я думала, что таких больше на свете нет.

— На то у Юинга была причина. Твой отец мог иметь своих детей, а Джонатан Юинг — нет. Он был богатый человек и хотел сына, который унаследовал бы его маленькую империю. Это главная причина, по которой он женился на моей матери. Он не любил ее, он просто хотел заполучить меня. Я ненавидел Юинга со всеми его потрохами. — Чейз замолчал, а потом продолжил:

— Я был достаточно взрослым, чтобы понимать, чего он хочет. Он думал, что на свое богатство способен купить все. Я не собирался играть роль примерного сына, потому что у меня где-то есть родной отец. Между нами всегда шла борьба, она не прекращалась ни на минуту. Рэчел очень старалась, чтобы в доме был мир. Она добрая и заботилась обо мне, служила буфером между нами. Она мне очень помогла. Теперь понимаешь, почему я ей так благодарен?

Джесси молчала. Его детство прошло ужасно — борьба с отцом, потеря матери…

— Ты знаешь Рэчел лишь с одной стороны, — сказала Джесси.

— Я думаю, что знаю ее лучше… — Он вдруг замолчал, уставившись куда-то вдаль поверх ее головы. — Похоже, кто-то очень интересуется нами.

— Что?

— Кто-то из твоих друзей — индейцев. Джесси резко развернулась, посмотрев в ту же сторону. На пятнистом фоне, вдалеке, сидел индеец. Просто сидел и смотрел на них. Может, это Белый Гром? Нет, он бы подошел поздороваться. Джесси порылась в своем мешке и вынула бинокль. Посмотрела.

— Индеец из резервации? — спросил Чейз. Она покачала головой:

— Для тебя все индейцы из резервации. Ты какой-то туповатый. Я же тебе объяснила… А, какая разница…

Чейз сощурился.

— Ты хочешь сказать — мы в опасности?

— Я — нет. А про тебя не знаю.

— Слушай, — нетерпеливо проговорил он. — Может, ты объяснишь?

— Это воин из племени сиу. Они, как правило, без дела не уходят со своей территории и не будут просто так сидеть и наблюдать за тобой, если у них нет на то причин.

— Ты думаешь, он не один? Джесси покачала головой.

— Не думаю. Когда я на той неделе встретила Маленького Ястреба, он был один.

— Ты встретила его на той неделе? — переспросил Чейз.

Она отвернулась, чтобы положить на место бинокль, а он, как показалось Джесси, смутился после ее слов.

— Да, ночью. Он разделил со мной и еду, и костер. Он был не слишком дружески настроен, пожалуй, даже слегка агрессивен, но это их обычная манера. — И тут она улыбнулась Чейзу. — А вообще-то он даже хотел подружиться со мной в некотором роде. Но я ответила отказом.