Чтение онлайн

Сколько адмирал проспал — не известно. Может, несколько часов, а может, несколько дней. Все это время бот был предоставлен только ветрам и течениям. Когда Дрейк очнулся и вылез из-под парусины, была ночь и на небе ярко светили звезды. Был штиль, и поверхность воды была гладкой, как зеркало.

— Неужели это и есть смерть? — тихо прошептал он и сел.

Звезды отражались в воде, и казалось, будто бот висит в небе.

Панический ужас вдруг охватил адмирала. Никогда раньше он так не боялся открытого пространства, как сейчас. Дрейк то казался себе букашкой, каким-то ничтожеством в этом бесконечном безмолвии, то вдруг начинал ощущать себя просто великаном, и если он поднимет руку, то может случайно задеть луну, и она свалится в море. От ужаса даже закружилась голова.

Дрейк зажмурился в страхе и просидел так некоторое время. Стало немного легче.

— Так недолго и свихнуться, — пробормотал он. Собственный голос казался каким-то слишком громким, резким и невозможно хриплым. У живых людей просто не может быть такого голоса.

И вдруг адмирал понял, что хочет есть. Хочет просто до рези в животе.

— Значит, я жив, — обрадованно вздохнул он и принялся искать какую-нибудь пищу.

Хлеб во время шторма размок и превратился в противную вязкую жижу. Пришлось выбросить его за борт. Остались только вяленое мясо и пресная вода. То, что мясо тоже было подпорчено морской водой, нисколько не смутило адмирала. Привыкший к изысканным блюдам, сегодня он готов был съесть самые жалкие отходы. Жадно отрывая зубами целые куски и совсем не пережевывая, он поглотил не меньше фунта. Запил водой и только теперь почувствовал себя относительно сытым.

После еды опять подступила слабость. Руки и ноги сделались ватными, голова закружилась, веки как будто налились свинцом. Дрейк опять свалился и тут же уснул.

Проснулся он от того, что яркие солнечные лучи бьют прямо в глаза. Солнце стояло в зените. Оно раскалило неподвижный воздух и нагрело поверхность воды до такой степени, что было противно умываться. Камзол был мокрым от пота, Дрейк снял его и бросил на дно бота. Из кармана, словно змея, выползла золотая цепь. Увидев ее, адмирал вспомнил все события на острове. Только теперь они показались ему очень далекими, словно происходили в прошлом году, если не раньше.

— Нужно ждать ночи, — пробормотал он, глядя на небо. — Сейчас все равно не сориентироваться.

Он даже не знал, в какую сторону его отнесло во время шторма. Можно было только определить по компасу, где север, а где юг, но это толком ничего не решало. Для того чтобы хоть куда-нибудь плыть, нужно знать расположение звезд, а для этого придется ждать до ночи. До захода солнца было еще далеко, и чтобы хоть как-то скоротать время, Дрейк решил сесть за весла. Не важно, в какую сторону грести, хоть по кругу, главное не бездействовать.

Он греб часа три, пока не набил волдыри. Весла впивались в гладь моря, киль резал его зеркальную поверхность, и от этого на душе становилось как-то легче, спокойнее.

— Что такое? — Дрейк мельком оглянулся и сначала даже не поверил своим глазам. Это было так неожиданно и так вовремя, что попросту не могло оказаться правдой. Далеко на горизонте показалось нечто. Какая-то точка.

— Нет, не может быть… — пробормотал Дрейк, всматриваясь в это чудо до рези в глазах. Он бросился к вещам, быстро отыскал подзорную трубу и не отрывался от нее минут пять. Потом резко отшвырнул в сторону, бросился к веслам и опять начал грести, бормоча под нос при каждом взмахе:

— Спасибо тебе, Господи. Спасибо тебе, Господи, за то, что услышал мои молитвы.

Он не обращал внимания на жгучую боль в ладонях, на солнце, бьющее прямо в затылок. Он работал так напряженно, как только мог. Сердце вот-вот готово было выпрыгнуть из груди. Но точка на горизонте становилась все больше, постепенно приобретая очертания корабля.

— Эй, кто-нибудь! — закричал он, вскочив, и замахал руками. — Помогите! Я здесь, помогите!

Но на корабле никто не отзывался, наверное, не слышали. Скорее всего впередсмотрящий уснул в бочке на мачте от такой жары и просто не видит его. Тогда Дрейк опять налег на весла. Через десять минут снова вскочил и начал кричать, размахивая руками. И снова ему никто не ответил.

— Что за дьявол?! — выругался адмирал. — Если бы я был капитаном этого корабля, я протащил бы всех вахтенных под килем.

Но никто не отозвался даже тогда, когда Дрейк подплыл к судну и стал колотить веслом по борту, громко ругаясь.

— Эй, вы там, вы что, уснули все или умерли?! Отзовитесь хоть кто-нибудь!

Но с судна никто не отозвался. Это было так странно, что Дрейк даже на какое-то мгновение подумал, не чудится ли ему все это.

Наконец он нашел веревку, за которую смог ухватиться, быстро привязал бот и стал карабкаться на палубу.

На корабле царил страшный беспорядок. Повсюду валялись обрывки какой-то одежды, и нигде не было ни одной живой души.

— Эй, кто-нибудь, отзовитесь, — тихонько позвал адмирал и на всякий случай обнажил меч.

Корабль был совершенно исправен. Но Дрейк обшарил все каюты и никого не нашел. Никогда раньше в своей жизни ему не приходилось сталкиваться с такими странными и страшными вещами.

— Черт подери, что же тут все-таки произошло? — зайдя в капитанскую каюту и бессильно свалившись в кресло, пробормотал он. — Не могла же вся команда покинуть судно прямо в открытом море. И главное — зачем?

На столе капитана лежали какие-то бумаги. Дрейк взял их и начал читать. Корабль, судя по записям, оказался португальским. Больше ничего толком определить было нельзя.

— А вот это то, что мне сейчас больше всего необходимо! — радостно воскликнул Дрейк, заметив катающуюся по полу непочатую бутылку вина, приподнял ее, откупорил и сделал несколько глотков.

«Надо бы посмотреть, что у них в трюмах. Судя по посадке, это судно не пустое», — решил он.

В первом трюме оказалась материя для парусов и канаты для снастей. Груз этот стоил копейки, и Дрейк уже раздумал было спуститься во второй, но на всякий случай решил проверить.

Еще издали ему ударил в нос тошнотворный запах. Запах разлагающегося мяса. Дрейк с трудом отодвинул тяжелый железный засов и поднял массивную крышку люка. Преодолевая подступившую тошноту, адмирал заглянул внутрь. В трюме царила кромешная тьма. Дрейк уже хотел закрыть люк и забыть про эту жуткую вонь, как вдруг из глубины трюма до него донеслись слабые стоны.

— Кто здесь? — спросил Дрейк, подумывая, не отправиться ли ему все-таки на бот за мушкетами.

Но никто не ответил.

— Нет, это просто невозможно. Тут какая-то дьявольщина, — пробормотал он и стал осторожно спускаться по ступенькам, готовый в любой момент ретироваться.

Глаза постепенно привыкли к темноте, и Дрейк стал различать очертания предметов.

От того, что он увидел в следующий момент, волосы зашевелились у него на голове. На полу в трюме сидели и лежали закованные в кандалы люди. Некоторые были уже мертвы, й тела их раздулись от жары и духоты. А от нескольких человек остались одни только обглоданные кости. Те, кто был жив, мало чем отличались от мертвецов. Они сидели без движения и безразлично смотрели на яркий квадрат люка. Изредка кто-нибудь из них вставал, звеня цепями, пошатываясь переходил на другое место и снова ложился.