Чтение онлайн

Соскользнув с кровати, направляюсь в ванную, стараясь вести себя как можно тише. Это само по себе смешно, потому что Эви меня не слышит. Нащупав пальцами выключатель, я нажимаю на него, щурясь от слишком яркого света люминесцентной лампы. Она чем-то напоминает мне свет в темном подвале или в комнате для допросов. Слегка качая головой, я вспоминаю о Брейдене и о том, как притворялся пойманным шпионом.

Взгляд на отражение в зеркале возвращает меня в реальность. Джорди прав: выгляжу я дерьмово. Конечно, он не произнес этого, но мог бы.

Вцепившись в края раковины и сжав кулаки, я всматриваюсь получше. Глаза — узкие карие щелочки, щеки и подбородок покрыты щетиной, волосы в полнейшем беспорядке. Печально то, что мне на это наплевать. Глубоко вздохнув, ополаскиваю лицо теплой водой, затем вытираю его насухо и выключаю свет.

Теперь я взбодрился. Руки беспокойны так же, как и разум. Хотел бы я иметь при себе бумагу. Внезапно у меня появляется желание что-нибудь написать. Вместо этого я подхожу к окну, сажусь на подоконник и всматриваюсь в темноту, пытаясь найти в ней утешение. И вот тогда слышу это.

Всхлип.

Такой тихий, что я почти уверен: он мне померещился. Все тело замирает. Наклонив голову, я прислушиваюсь. И снова слышу его. Внимая подсказкам внутреннего голоса, сердце трепещет в груди, пока я рьяно пытаюсь добраться до кровати, опрокидывая по пути кресло.

— Эви? — вырывается у меня на выдохе, и я, затаив дыхание, склоняюсь над ней.

— Диллс?

Самый нежный звук эхом отдается в моих ушах и подобно солнечным лучам, проникающим в мою грудь, возвращает меня к жизни.

— О Боже. — Я прикрываю рукой рот, все мое тело дрожит, а по щекам текут слезы.

Эви медленно моргает, пробуждаясь ото сна. Когда ее глаза полностью открываются, я издаю смесь вопля, смеха и крика одновременно, а затем опускаю голову на ее грудь.

— Привет, — произносит она скрипучим голосом.

— Привет. — Подняв подбородок, я смотрю в ее глаза и чувствую, как оживает мое сердце. — Теперь все в порядке. С тобой все будет хорошо.

Не знаю, кого я пытаюсь успокоить больше — ее или себя.

— Что случилось...

—Ш-ш-ш… Молчи.

Я нажимаю кнопку вызова медсестры. Не проходит и минуты, как она появляется в палате. Я неохотно отступаю, когда Кэрол зовет врача, чтобы осмотреть ее.

— С возвращением, мисс Кармайкл, — улыбается она и смотрит на меня. — Оставьте нас на пару минут, мистер Рид. А после можете вернуться.

Меньше всего я хочу покидать эту комнату. Я боюсь, что Эви снова уснет. Будто чувствуя мое беспокойство, Кэрол добавляет:

— Она будет здесь и дождется вас.

Я киваю, затем целую Эви в щеку.

— Я скоро вернусь. Никуда не уходи, — шепчу ей и чувствую ее улыбку возле своего подбородка. Это просто потрясающее ощущение.

Оказавшись в коридоре, я достаю мобильный и начинаю обзванивать всех, начиная с Зои, сообщая им, что Эви пришла в себя. Мои пальцы все еще дрожат, когда касаются экрана набора номера. Чтобы унять дрожь, мне приходится останавливаться, делать глубокий вдох и убеждать себя в том, что с Эви все будет хорошо.

Спустя несколько минут мучительного ожидания врач и медсестра выходят из палаты и тихо разговаривают возле двери.

— Как она? — спрашиваю я, и какой-то незнакомый врач обращается ко мне.

— Мистер Рид, я доктор Наден. Если учитывать, что Эви столько времени провела в коме, с ней, кажется, все хорошо. У нее довольно неплохая реакция. Эви знает, кто она и где находится. Большинство деталей аварии расплывчаты, но этого и следовало ожидать. У нее побаливают руки и ноги, но это тоже неудивительно. Утром мы проведем еще несколько тестов.

— Спасибо.

Я выдыхаю, и внутри разливается волна облегчения. Часть меня хочет опуститься на колени и благодарить Бога. Для меня это не что иное, как чудо.

Я прохожу мимо них и возвращаюсь в палату. Над кроватью Эви горит тусклый свет. Ее губы изгибаются в улыбке, когда она видит меня. Мое сердце снова начинает биться. Это как увидеть солнце впервые за несколько дней. Я присаживаюсь рядом с ее постелью.

— Еще раз привет.

— Привет. — Она протягивает руку и проводит тыльной стороной ладони по грубой щетине на моей челюсти. Я закрываю глаза, наслаждаясь прикосновением, по которому так скучал. — Выглядишь уставшим.

— А ты выглядишь прекрасно. — Я сжимаю ее руку и вздыхаю. — Я люблю тебя, Эви.

По ее щеке катится слеза. Девушка улыбается и шепчет:

— Я знаю.

Ее веки опускаются, голова наклоняется в сторону, когда она снова засыпает.

В моей груди зарождается страх. Я боюсь, что она снова впадет в кому. Но я выдыхаю его и ложусь рядом с Эви.

На протяжении нескольких минут смотрю в потолок. Улавливаю каждый ее вдох, каждый звук. Эви просыпается от мягкого света, струящегося в окно, и со стоном зовет меня.

— Дилан?

— Я здесь. — Касаюсь губами ее виска, и она шипит. — Тебе больно? Вызвать медсестру?

Эви сонно бормочет:

— Нет. Просто хотела убедиться, что ты рядом.

— Я не сдвинусь с этого места. Так что просто закрой глаза и отдохни, малышка.

— Хорошо, — бормочет девушка, снова погружаясь в сон.

Не знаю, слышит ли она меня, но мне необходимо очистить разум от мыслей, и мои слова свободно льются:

— Эви, каждый день я все больше умирал изнутри. Я был в ужасе оттого, что никогда не смогу смотреть в твои глаза. Воспоминания — вот то, что удерживало меня на плаву. Я как будто погружался в темную бездну.

— О, Дилан, — стонет она хриплым от сна голосом.

Эви тут же прижимается к моей груди, и я обнимаю ее за талию, стараясь не задеть трубку капельницы. Я смотрю на нее сверху вниз, наблюдая за тем, как ее ресницы тяжело опускаются на щеки.

— Я на самом деле люблю тебя, — бормочет Эви, и моя душа ликует.

— Я тоже, малышка. Я тоже. — Бесцельно вожу пальцами вверх-вниз по ее руке, и она испускает очередной вздох, а затем засыпает. — С тобой все в порядке, — шепчу я в ее волосы. — Теперь все будет хорошо.