Чтение онлайн

– А меня звать Иван. Видишь все поговорки да пословицы про нас, клянусь про русских Ванек, а сказки – один Иван Дурак, чего стоит или Иван – Царевич. Конечно сейчас нам русским больше подходит Дурак, чем Царевич… клянусь

– Профессор Иван, вы продаёте кепарь или останетесь сегодня без волшебного напитка имени Менделеева? Даю полтинник и разбежались.

– Вот волчье лицо капитализма! А закусывать при демократии не принято? Сто и не менее, клянусь для тебя эта сумма всё равно, что раз подтереться, а мне хоть какое-то, да счастье.

– Вам одно счастье, что при коммунистах, что при капиталистах: – «Уколоться да забыться»! – Маша нахлобучила кепку, вручила бомжу стольник и двинулась в сторону двери. – Копейка, Ваня, она и рубль стережёт или бережёт, я уж точно не помню. «Евры», «УЕ», да «баксы» – всё вытравили.

Выскочив на платформу, как заядлый бейсболист Машенька таранила сумкой метрошную публику, не взирая на лица.

Мелькали помпезные скульптуры окаменевших рабочих, солдат и крестьянок, мраморные жители подземной Атлантиды, задумчиво взирали на мельтишню у своего подножья.

Промчатся миллионы зелёных вагонов, сотрётся гранит и метал лестниц, исчезнут целые поколения придут новые хозяева, а их окаменевшие глаза, также пристально будут вглядываться в лица людей, пытаясь понять откуда приходят эти странно спешащие существа, почему и куда они потом исчезают?

Только ветер поездов будет выветривать запахи людей, покрывая пылью мраморную кожу статуй.

Андрей вышел из вагона, сделал несколько шагов, как тут же на него налетела блондинка в бейстболке. Они вместе рухнули на пол. Не выпуская из рук чемоданов, он попытался встать.

Девушка навалившись на него сверху, махая руками, дёргая ногами, отчаянно истерично вопя звала на помощь граждан. Граждане, потупившись оббегали стороной кувыркающуюся парочку.

Милицейская пара спокойно переговариваясь, отсутствующими взглядами наблюдала за борцами без правил. Маша явно уступая в опыте, всё-таки оказалась под Андреем.

– Успокойтесь, успокойтесь прошу Вас! Вы не ушиблись, давайте встанем и объяснимся. Меня зовут Андрей, а Вас?

– Я не ушиблась? Нет, я ещё, как ушиблась… Милиция! Я его поймала, да подойдите же вы, в конце концов.

Махая руками, стараясь перекричать пролетающие поезда, девушка всё-таки встала и тут же словно клещами уцепилась в Андрея.

Милиционеры медленно «подплыли» к склещенной парочке. Невнятно представившись, молоденький блюститель с «фурягой» на затылке, улыбнувшись спросил:

– Что случилось девушка, никак не можете разойтись?

– Да нет же, вот этот А н д р е й, меня сшиб на дороге, а теперь пытается смыться!

– А по-моему, это вы его сбили. Вы так быстро стартовали и по-моему, даже не тормозили. Нужно осторожнее при таком движении! По – моему других претензий нет?

– Как это нет, да вы просто не знаете и не понимаете! Вы, что из ГАИ или, как его там ГиБеДэДэ? Да я то влево, то вправо прижималась, но скользко то, как. А у меня ведь резина, а не гусеницы. Дистанцию никто не соблюдает, перестраиваются, как кому в голову взбредёт через сплошную, на красный прут, поворот не показывают, у кого мощи больше тот и король, подрезают почём зря!

Милиционеры перестали улыбаться, немного отступив от «Метрополитеновской автолюбительницы», переглянувшись поинтересовались, не вызвать ли станционного врача или психиатра.

– Так это вы, а я Вас сразу не узнал. Вы далеко стояли, а потом снег. Не нервничайте, сейчас мы всё утрясём. Спасибо товарищи милиционеры, мы сейчас придём в себя, после столкновения и сами всё выясним – Спасибо.

– Вас, как зовут? – Обратился Андрей к Маше.Одновременно достал телефон, стал набирать номер.

Милиционеры, изумлённые необычной тирадой девушки, недоумённо посмеиваясь, отправились по своим делам.

Разочарованная таким непониманием стражей порядка, девушка, ещё сильнее вцепилась в пойманного обидчика.

– Вы что А н д р е й, сговорились с метрошными бомжами, как зовут, как зовут? Сегодня я только и слышу, эту противную фразу – «Как зовут, как зовут?», а между прочим, на вашу поимку уже истрачено сто рублей на кепку, плюс проезд в метро, плюс авария. И это, не считая моральный ущерб и физические нагрузки.

– Не беспокойтесь всё будет оплачено, только не поднимайте шума, прошу. Вы же видите, что это плохо отражается на нас обоих. И пожалуйста отпустите мой воротник, он не привык к таким перегрузкам. Аллё Григорий, у меня сложная ситуация. Нет авария. Подарки со мной. Понимаешь, я решил на метро, и… Ну, в общем заблудился.

Чеховская, Пушкинская, Тверская да у меня голова кругом. Не могу переехать на другую станцию, со мною девушка. Я покорёжил её джип. Она хочет разойтись без претензий. Ну зачем шуметь, она не хочет двигаться. Давай советуйся, я жду.

Закончив телефонный разговор, Андрей обратился к Маше.

– Вот видите, всё нормально, через несколько минут мы решим Ваш вопрос, и…

– Господи, какая наглость, «Мой Вопрос»! Сначала А н д р ю ш а Вы меня тараните, потом убегается с места происшествия, я Вас ловлю, отчитываюсь перед милицией, да ещё должна ждать, пары минут или часов ответа.

– Прошу Вас не распаляйтесь, мы же договорились, поверьте я не куда не сбегал и сбегать не собираюсь, вот кстати и звонок. – Слушаю. Что везу? Лекарство. Я падал? Стоп, стоп, но не настолько же сильно, что бы… Постой, ты же знаешь, что никогда не подводил. Гриша, откуда такая агрессия? Почему не справился? У них расписано всё по минутам? Хорошо, понял подойти к милицейскому патрулю, показать синюю карточку… да, я понял… её взять с собой… Понял. Скажите всё-таки девушка своё имя, всё равно нам придётся познакомиться.

– Стоп, стоп, стоп. Мы так не договаривались, причём здесь моё имя и что значит придётся? Я ни кому, ни чего не должна!

– Вы можете, просто назвать своё имя?

– Просто Мария, для друзей Маша, для Вас Анри – Мария Михайловна. Хватит болтать, говорите конкретно – какие планы?

– Мария Михайловна, пожалуйста давайте подойдём к патрульным.

Улыбающийся постовой посмотрев на синий жетон, сменил улыбку на серьёзную мину. По рации, стал вызывать начальника. Передав информацию, отправились в служебное помещение. Начальник вежливо поздоровался, предложил на выбор чай, кофе.