Любовь как в кино
Шрифт:
Роняю голову на руки, прячу лицо. Брэдли садится на табурет рядом.
– Клайв на меня сердится?
– Нет, не сердится. Обеспокоен.
Поднимаю голову и бросаю взгляд на него.
– Думаешь, мы правда можем потерять эту сделку?
Делаю глоток.
– Не знаю. – Он пожимает плечами. – Вообще, конечно, виноват я. Я знал, что там будет что-то, связанное с кино, но на каждой встрече мы обсуждали только ресторан, так что… – Он досадливо качает головой.
Поверх его плеча украдкой смотрю на их стол. Шейн поднимает бокал в мою сторону, салютует и широко улыбается. Отворачиваюсь.
Определенно, сейчас не время рассказывать о нем Брэдли.
– Беннет сомневается, что нам по силам разработать эту концепцию. Мне нужно убедить его, что больше не будет провалов в передаче информации. – Брэдли разворачивается ко мне, его ноги с обеих сторон от моих. – Может, ты поговоришь с ним? – Он касается моего подбородка и наклоняется ближе.
Я знаю, он не станет целовать меня здесь. Ведь, по его мнению, раз мы общаемся с клиентом, мы все еще на работе. Но я хочу поцеловать его прямо сейчас. Не потому, что Шейн смотрит, вовсе нет. А он смотрит. Вижу краем глаза.
– Давай подойди и пообщайся немного. – Брэдли толкает мою ногу и тепло улыбается.
– Через минутку, ладно? – хочу посидеть здесь, немного прийти в себя.
– Ладно, тогда он подойдет на пару слов, хорошо? – Брэдли оборачивается и машет Шейну. – Поговори с ним немного. Все будет нормально. – Он треплет меня по коленке, не обращая внимания на мой сердитый взгляд, и уходит к столу.
Отлично. Наклонив соломинку к себе, делаю долгий глоток.
– Привет еще раз, – говорит Шейн, усаживаясь рядом.
Я молчу. Пристально разглядываю свой напиток и гадаю, останется ли шанс заключить сделку, если я случайно опрокину «Маргариту» ему на брюки?
– Не хочешь со мной говорить?
До меня долетает аромат сандалового дерева, смешанный с таким знакомым запахом Шейна. Раздраженно мотаю головой.
– Что ты здесь делаешь?
– О! Она со мной разговаривает!
Бросаю на него предупреждающий взгляд. Он смеется. Затем наклоняется ближе.
– Значит, ты встречаешься с этим Брэдли? – спрашивает он вполголоса.
Не глядя на него, поднимаю левую руку и кручу пальцем, чтобы он хорошенько разглядел мой мегакамушек.
– Да ты что?!
Все еще чувствую на себе его взгляд.
– Хм, я не вижу…
Сую руку ему прямо под нос.
– Нет, это-то я вижу. Я имею в виду – не вижу вас вместе.
Округляю глаза.
– Не смей. – Я угрожающе поднимаю палец. Сердце стучит как бешеное. Очень надеюсь, что не показываю смятение. Ужасно, что он так на меня действует. – Слушай, я не понимаю, что ты задумал, и не хочу с тобой ругаться. Если хочешь поговорить о работе, давай. Но…
Шейн прищуривается.
– А разве мы ругаемся?
– Ты меняешь агентство? – сразу перевожу разговор на работу.
Он подавляет смешок.
– Хм, раньше ты не была такой прямолинейной.
– Многое изменилось, – змечаю я и отвожу взгляд.
Он демонстративно оглядывает меня с ног до головы.
– Вижу. Тебя прямо не узнать… в деловом костюме… – Он показывает на мою юбку.
Напрягаю плечи и раздраженно фыркаю.
– Так ты остаешься в агентстве или нет, Шейн?
– Что ж. Я много думал об этом и… У меня к тебе деловое предложение.
В уголках его рта наметилась легкая улыбка.
Облокачиваюсь о стойку и обхватываю подбородок рукой, притворяясь, что не замечаю сходства с репликой из «Красотки». Что он ожидает услышать в ответ? «С радостью стану твоей девочкой на побегушках. Но ты богатый и красивый, можешь найти миллион девчонок».
Черт. Брэдли прав, я знаю эти фильмы наизусть. Мысленно встряхиваю себя и возвращаюсь в реальность.
– Что за предложение?
– Я хотел бы, чтобы ты проиграла со мной десять эпизодов из фильмов. Сделай это, и я подпишу контракт.
По шее у меня пополз жар и добрался до щек. Он издевается?
– Эпизоды из фильмов? – ошеломленно переспрашиваю я. – Проиграть эпизоды из фильмов? То есть как в театре, что ли? – невольно издаю нервный смешок. Он меня разыгрывает. – Ладно, допустим, «Шопоголик». Типа я буду говорить на поддельном финском, а ты купишь мне зеленый шарф?
– В общем, примерно так. Но этого фильма нет в моем списке. Я только что отправил тебе на мейл десятку финалистов.
У меня отвисает челюсть.
– Ты серьезно? Будешь шантажировать меня фильмами? Не надейся, что я поведусь. Я даже не уверена, что понимаю, чего ты хочешь. И Брэдли не пойдет на это, так что…
– Подожди, подожди… выслушай. – Его рука поднимается и замирает в воздухе. – Весь ресторан и эта идея с кино – ну, задумка с кинотеатром – были вдохновлены тобой… точнее, нами. – Он поворачивается и встречается со мной взглядом. – Правда в том…
– Ха, правда. Что ты знаешь о правде? – бормочу я и делаю глоток из бокала.
– Как я уже говорил… кто лучше тебя поймет концепцию, верно?
Пожимаю плечами. Расслабляю мышцы лица, чтобы убрать с него сердитую гримасу, и пытаюсь заставить умолкнуть все давние обиды, которые вдруг снова во мне заговорили.
– Ладно. – Шейн потирает подбородок. – Если ты счастлива с этим Брэдли…
– Вот именно, очень счастлива. – Кто вообще спрашивал его мнение? И какого черта ему надо? В негодовании выпрямляюсь и сдвигаю брови. – И не впутывай сюда Брэдли. Сейчас имеет значение только работа. Моя работа.
– Ты права. Работа, которую я видел сегодня, была хороша, но ничем не примечательна. – Он отклоняется, смягчая тон. – Я хочу что-то вроде того, что ты делала раньше. Как в твоем альбоме. И если у тебя не получится, тогда да, обращусь в другое агентство.
Стоп. Альбом? Недоуменно моргаю и смотрю в сторону. Он говорит о моем альбоме в «Фейсбуке»? Там выложены мои абстрактные картины и дизайны из художественного класса.
– То, что я делала в колледже? – спрашиваю я наконец.
– Да. Когда ты смотрела романтические фильмы. Знала наизусть каждую реплику и ходила с краской в волосах…