Чтение онлайн

Если женитьба Джона Леннона была лишена всякой романтики, то жизнь Пола Маккартни, наоборот, полностью ею наполнена. Как только Пол стал знаменитостью, он начал заводить каждый вечер по новому роману. Признанный всеми самым «крутым» в группе, он также был и самым доступным. Из четырех битлов именно Пол никогда не уставал позировать фотографам и добровольно давать интервью. Именно Пол лукаво улыбался девушкам, поощряя их бегать за своей машиной, и выкрикивал из окна: «Бегом, девочки, бегом!» Именно Пол придумывал немыслимые шляпы и накладные усы для маскировки, прогуливался в таком виде среди толпы девушек, ожидающих у служебного входа, и слушал, что о нем говорят. И все же, несмотря на количество девушек, с которыми встречался, Пол в каждой находил какой–нибудь изъян. Ни одну из них он не привел бы домой познакомить с Мамой Мэри, если бы та была жива. Каждый северянин в глубине ирландско–католической души прежде всего ищет девушку, с которой можно создать семью и растить детей.

Наконец Пол встретил такую девушку. Звали ее Джейн Ашер, у нее были рыжие волосы и глаза, как изумруды. Они познакомились на концерте рок–групп в «Роял Альберт холле», и Пол совершенно потерял голову.

Джейн жила со своей семьей в роскошном пятиэтажном доме на Уимпоул–стрит в Лондоне. Ее отец, доктор Ричард Ашер, был известным психиатром и консультантом по заболеваниям крови и душевным болезням. Мать, Маргарет, — профессиональный музыкант, преподавала музыку в лондонской музыкальной школе. Младший брат Джейн Питер, выпускник Кембриджа, был подающим надежды музыкантом и сочинителем песен. Семья Ашеров не была похожа ни на одну из семей в Ливерпуле. Пола приглашали принять участие в откровенных, часто захватывающих дискуссиях за обеденным столом. Д–р Ашер, как с удовольствием обнаружил Пол, был блестящим рассказчиком. Вначале слегка напуганный, Пол впервые в жизни занялся самообразованием. Джейн доставала для него книги и билеты в театр. Он все заглатывал с благодарностью, приобщаясь к новой жизни.

Годы спустя Пол и сам не мог поверить в то, что так долго ухаживал за Джейн, не пытаясь уложить ее в постель, но так оно и было. Каждый вечер он либо возвращался в свой гостиничный номер, либо спешил на последний рейс из Хитроу в Ливерпуль. Однажды он опоздал на самолет, и миссис Ашер любезно предложила ему остаться переночевать в гостиной, которая находилась через один лестничный пролет от спальни Джейн. В конце концов было глупо постоянно снимать номер в гостинице, и, с благословения домочадцев, Пол на два года переехал к ним с вещами и гитарой.

Ринго Старр больше всех растерялся от успеха, который неожиданно пришел к «Битлз». Он очень стеснялся и подозрительно относился к посторонним. Однажды в клубе «Пещера» Ринго обратил внимание на маленькую говорливую девушку по имени Маурин Кокс. У нее были большие, темные, грустные глаза, и Ринго предложил ей покататься на своем подержанном сине–кремовом «форде».

Свидание прошло замечательно. Они обнаружили, что прекрасно подходят друг другу. Он — простой и необразованный, она — славная хохотушка, которой особенно нечего сказать. В течение первых шести месяцев их свидания длились по вечерам не больше часа. Другие девушки из числа поклонниц «Битлз» смотрели на Маурин как на временное увлечение, но она оказалась цепкой и хитрой во всем, что касалось «ее Ритчи». Но о каком–либо серьезном сдвиге в отношениях Маурин и не помышляла. Замужество с кем–либо из «Битлз» было в Ливерпуле табу. И все же она надеялась, что когда–нибудь, когда ей исполнится семнадцать или восемнадцать, все изменится. Однажды до нее дошли слухи, что Джон Леннон тайно женат, и она спросила об этом Ринго.

«Если и так, — ответил Ринго, — мы не хотим об этом говорить».

Несмотря на колоссальный успех, заполненные концертные залы и растущую популярность группы, главное лондонское издательство «Флит–стрит» продолжало игнорировать «Битлз». Битлы побили все рекорды по количеству записанных пластинок, во всех маленьких северных городах их окружали истеричные толпы поклонников, но в Лондоне они появлялись лишь в нескольких маленьких концертах и телешоу для подростков. Всякий раз, как только Бриан делал попытку протащить материал о «Битлз» в крупные лондонские издания, достойные их популярности, он, казалось, натыкался на каменную стену. Бриан понял, что это заговор трех братьев — Лу и Лесли Грейдов и Бернарда Дельфонта. Грейды весь развлекательный бизнес оплели паутиной, в которую и угодили Бриан с ребятами. Лу Грейд, впоследствии лорд Грейд, владел огромной телевизионной корпорацией, самой крупной независимой компанией, выпускающей телепрограммы Великобритании. Еще он самолично создал популярное телешоу «Воскресный вечер в Палладиуме». Лесли Грейд возглавлял самое большое в стране агентство шоу–бизнеса, представлявшее таких людей, как Лоуренс Оливье, а также кинофильмы, спектакли и телепрограммы. Третий брат, Бернард, владелец нескольких престижных театров, был могучей силой за спиной театров Вест–Энда; после аудиенции у королевы он стал владельцем престижной программы «Роял Ком–манд Перфоманс». То, что братья переделали свою фамилию на английский манер — их настоящая фамилия Виноградские, — и то, что Бернард выбрал себе такое претенциозное имя, как Дельфонт, усиленно обсуждалось в конторе Бриана, где его еврейское происхождение являлось предметом гордости и одновременно больным местом. Преуспевание братьев задевало Бриана даже больше, чем игнорирование ими «Битлз». Проблема возникла, когда после первого успеха «Битлз» агентство Лесли Грейда предложило Бриану подписать контракт на презентацию и ангажемент группы. Поскольку крупное и влиятельное агентство могло оказать значительную помощь «Битлз», такой шаг представлялся разумным. Но за свои услуги оно хотело получать 10 процентов всего — очень значительного — дохода от выступлений группы. Бриан, выполнявший функции менеджера и агента по ангажементу, должен был сократить свои комиссионные до 15 процентов. Более того, теперь Бриан активно организовывал собственные концерты на севере Англии, пользуясь услугами менее известных менеджеров НЕМЗ, которые открывали счета для «Битлз». Таким образом, он получал деньги как менеджер всех групп, как агент по ангажементам и как руководитель. Его доход — в основном наличными — был огромным. Как только Грейды наложат лапу, все прикроется, и Бриан решил полностью исключить этот вопрос.

Но выяснилось, что Бриан тем самым создал определенные сложности, так как братья отстранили «Битлз» от своего издательства. Все же он не сдавался и надеялся, что ребята сами проложат себе дорогу, а Грейды будут вынуждены уступить их требованиям.

В 1963 году «Битлз» записали свой первый сингл, первый альбом и долгоиграющую пластинку, которая в мгновение ока была раскуплена. Заказы на запись первого сингла «Она тебя любит» начали поступать с июня, и уже более полумиллиона пластинок были заранее проданы в магазины. В песне «Она тебя любит» Джорджу Мартину удалось соединить практически все компоненты трех предыдущих синглов. В ней были простенькие рифмы типа «грусть — пусть», а мелодия и стихи гармонично сливались, хор попадался на хитрый крючок заразительной музыкальной темы, простенькое «ей–ей» стало не только торговой маркой «Битлз», но и международным эвфемизмом рок–музыки. Песня «Она тебя любит» не просто побила все рекорды, пластинка стремительно вырвалась на первое место и была распродана быстрее, чем любой из синглов, ранее выпущенных в Великобритании. Этот рекорд так и не был побит в течение последующих пятнадцати лет. Лу Грейд не мог противостоять давлению сотен тысяч писем от людей, просивших показать «Битлз» в «Воскресном вечере в Палладиуме», и 13 октября битлы получили приглашение. Бриан, не желая пускать дело на самотек, настоял на том, чтобы «Битлз» потребовали увеличения суммы. Таким образом он тоже сказал свое слово.

В тот вечер их видели 15 миллионов зрителей — по тем временам цифра ошеломляющая. В день их выступления Ар–джил–стрит, на которой находился «Палладиум», была забита фанатами, а в самом театре их ждали целая кипа упакованных подарков, пресса и тележурналисты.

Три дня спустя Бернард Дельфонт поместил в газете сообщение о том, что «Битлз» выступят в «Роял Комманд Перфоманс» в начале ноября и там будут присутствовать принцесса Маргарет и королева. В течение последующих недель элитарная пресса Флит–стрит освещала каждый их шаг во время турне, и огромное количество людей узнало о новом специфическом явлении, которое имело место всюду, где появлялись «Битлз»: публика вопила, рыдала, визжала, а иногда даже разрывала на себе одежду, социологи определили это как «сфокусированная форма массовой истерии». Однако главный секрет был в волосах. Никто не мог оставить без внимания прическу битлов.

5 ноября, в тот вечер, когда должно было состояться представление в «Роял Комманд Перфоманс», 500 полицейских окружили театр принца Уэльского. Было неясно, кто нуждался в охране, — «Битлз» или королевская семья. После скучного концерта, в программе которого участвовали трио гитаристов, дрессированные собаки и Марлен Дитрих, объявили выступление ребят, и публика взревела от восторга. Приветствие Джона: «Пусть зрители на галерке хлопают в ладоши, а остальные могут просто позвенеть драгоценностями» — привело зрителей в экстаз. На следующий день газеты были единодушны в оценке «Битлз». «Дейли экспресс» поместила фотографию группы на первой странице, а «Дейли миррор» подытожила заголовки газет, назвав то, о чем вскоре услышал весь мир, одним словом — битломания!

На следующий день после выступления в «Роял Комманд Перфоманс» Бриан аккуратно упаковал все газеты со статьями и заметками в чемодан и сел в самолет, вылетающий в Нью–Йорк. Америка манила его, словно какая–нибудь сверкающая Шангри–ла — страна процветания и роскоши, которую ему страстно хотелось завоевать для «Битлз». Несмотря на то, что премьер–министр Гарольд Макмиллан отозвался о группе словами: «Никогда еще не доводилось слышать ничего лучше», — Великобритания казалась скучной по сравнению с тем, что творилось в Соединенных Штатах. Уровень безработицы сравнительно низкий, зарплаты высокие, газ дешевый, фонари огромные. У многих дома были телевизоры, у некоторых даже цветные. Нью–Йорк стал центром, где собрались сливки общества, оставив Парижу второе место. Джон и Джеки Кеннеди воспринимались как королевская чета, а их королевство — как Камелот. Бриану удалось подписать в Чикаго контракт с маленькой фирмой звукозаписи «Ви Джей». Прогнозы более крупных фирм, что пластинка «Пожалуйста, сделай мне приятное» потеряется в огромном море записей, подтвердились, было продано всего 400 пластинок. Следующий сингл — «Она тебя любит», — ставший хитом в Англии, был также отвергнут всеми крупными компаниями.

Бриан сделал ставку на «Эд Сулливан Шоу», самую популярную в 1963 году развлекательную программу на телевидении. У Эда Сулливана, шоумена и импресарио, был наметанный глаз. Он быстро оценил потенциальные возможности «Битлз» на американском телевидении и понял, что пришла пора ими заняться.

В гостиничном номере Бриана организовали встречу с зятем Сулливана Бобом Прехтом. Прехт дипломатично разъяснил, что Сулливан заинтересован в том, чтобы они выступили в передаче, но лишь в очень короткой рубрике новинок. Бриан был поражен. Он хотел сделать битлов гвоздем программы. Но выбора у него не было. Телешоу Сулливана — лучшая программа на телевидении, но ведь и они тоже самые лучшие. Сделка, которую в конце концов заключили Бриан с Прехтом, была весьма необычной. «Битлз» сделают гвоздем программы не в одном, а в двух воскресных шоу. За каждое выступление они получают по 3500 долларов. Даже при том условии, что Сулливан оплатит авиабилеты, сумма в 7000 долларов не покроет расходы. Фактически Бриан подписал контракт на участие группы в шоу, но он должен был сам организовывать эту поездку, заплатив за нее около 50 000 долларов.

Имея в кармане контракт с Эдом Сулливаном, Бриан направился в «Капитол рекордз». Встретившись с директором по восточным операциям Брауном Мэггзом, он продемонстрировал ему последний сингл «Я хочу держать твою руку». Бриан настаивал на том, что появление в шоу Эда Сулливана удвоит впечатление от песни и оно будет таким же сильным, как и в Англии. Но Меггз пообещал выпустить пластинку «Я хочу держать твою руку» ограниченным тиражом в январе 1964 года, за месяц до их выступления в телешоу Эда Сулливана, и весьма неохотно. Довольный Бриан вернулся в Англию в середине ноября 1963 года.