Чтение онлайн

— Все очень просто. Она чертовски умна.

Вероятно, это действительно было так. Как только они вышли в эфир, на Эн-би-си зазвонили телефоны.

Рейтинг передачи поднялся до самого верха. И перед Джаффи Кейн открылся новый мир.

Ничто на Бродвее не превосходило музыкальной комедии — грандиозного шоу с огромным оркестром, потрясающими костюмами и декорациями. Ничто не привлекало так людей, как это испытанное сочетание, которое не раз оправдывало себя на сцене.

Десятого ноября 1952 года в театре «Империал» на Западной Сорок пятой улице состоялась премьера спектакля «Голос Веддеи» с Джаффи Кейн в главной роли. В 1923 году «Империал» был пятидесятым театром, построенным в Нью-Йорке братьями Шубертами из Сиракуз. Спустя двадцать девять лет Шуберты сидели в зрительном зале, когда Джаффи и ее партнер Тимоти Фрэнк заканчивали спектакль.

Среди тех, кто устроил в этот вечер двадцатиминутную овацию, у прохода в седьмом ряду сидел Финки Аронсон, в черном галстуке, с бриллиантовыми запонками, и также наслаждался триумфом Джаффи. Кто же мог не восхищаться тем, что ценность его вклада растет на глазах?

«Задорная, остроумная, нежная — одним словом, восторг! Джаффи Кейн, Джаффи Кейн, Джаффи Кейн — этим все сказано». Так отозвался о спектакле Говард Барнс в «Геральд трибюн». «Джаффи Кейн — самая любимая комическая актриса Америки, декламирующая речитативом песни, специально написанные для нее. Ее голос напоминает нечто среднее между паровозным гудком и морской сиреной, но тем не менее заставляет наслаждаться каждой минутой его звучания», — ликовала «Нью-Йорк пост». А по мнению Аткинсона в «Тайме», спектакль был «просто очаровательным».

Ей было двадцать пять лет, когда она сыграла ведущую роль в четвертом бродвейском спектакле и критики возвели ее в ранг легендарной театральной актрисы, никогда не разочаровывавшей публику.

В конце зимы поговаривали, что Джаффи, несомненно, заслужила еще одну награду «Тони». Даже президент и первая леди Соединенных Штатов, Дуайт и Мейми Эйзенхауэр, пришли на спектакль «Голос Веддеи», прервав сложные переговоры о мире в Корее. Впоследствии Айк заявил репортерам, что это был один из лучших театральных вечеров. На этот раз Джаффи также думала, что получит награду.

Она отбросила прочь суеверия и купила по такому случаю новый наряд: черное атласное платье, плотно облегающее ее фигуру, с двумя тонкими бретельками. К платью добавлялась накидка, также из черного атласа, с оборками и бледно-лиловыми полосками, хорошо сочетающимися с цветом глаз Джаффи.

Церемония награждения должна была состояться, как всегда, в воскресенье, когда театры на Бродвее закрыты.

В субботний апрельский вечер, после того как в последний раз опустился занавес, Джаффи пришла за кулисы и обнаружила, что все участники спектакля собрались и ждут ее. Вперед вышел Тим Фрэнк:

— Мы все желаем тебе удачи, Джаффи. Завтра вечером. И какое бы там ни приняло решение Американское театральное общество, мы хотим, чтобы ты знала: по нашему мнению, ты настоящая звезда, детка.

Со всех сторон посыпались поцелуи и объятия. Глаза Джаффи были полны слез, когда она покидала театр уже после одиннадцати. Такси, которое всегда ждало ее, стояло у обочины, и она направилась к нему. Неожиданно из темноты появился человек:

— Мисс Кеин, я хотел бы поговорить с вами.

Джаффи пригляделась и узнала Финки Аронсона.

Сердце ее тревожно забилось, не столько от страха, сколько от нехорошего предчувствия.

— Вы напугали меня.

— Извините, я не хотел. Полагаю, это такси ждет вас. — Джаффи кивнула. — Тогда прокатимся вместе.

В машине они не разговаривали. Во время пятнадцатиминутного путешествия в голову Джаффи лезли самые худшие мысли. Они доехали до Сорок пятой улицы, и шофер свернул на восток, миновал еще шесть кварталов вдоль Второй авеню. Аронсон наклонился вперед и похлопал его по плечу:

— Остановись здесь. Остальной путь мисс Кейн и я пройдем пешком.

Плата за проезд не требовалась. Таксомоторная компания присылала Джаффи счет в конце месяца. Аронсон вышел первым, повернулся и предложил ей руку.

Джаффи не приняла ее. Он сделал вид, что не заметил.

Они прошли три квартала до ее дома.

— Пришло время оказать мне небольшую услугу, — сказал Аронсон.

— Какую?

— Я хочу, чтобы вы поехали в Лас-Вегас и выступили в Зеркальном зале отеля «Пустынный двор».

— Мистер Аронсон, кажется, вы неверно истолковали мою профессию. Я драматическая актриса и не служу для развлечения гостей. Я ни разу в своей жизни не выступала в ночных клубах и не представляю, что там надо делать.

— Вы очень талантливы, мисс Кейн. Всеобщая любимица Бродвея в настоящее время. Полагаю, вы что-нибудь придумаете.

— Вряд ли. Я не могу. Извините.

— Мисс Кейн, мне казалось, мы понимаем друг друга.

Вы обязаны мне. Со своей стороны я соблюдаю условия сделки, не так ли? Вот уже два года вам не требуется телохранитель.

Джаффи лихорадочно думала, пытаясь анализировать ситуацию и определить степень риска.

— Почему в «Пустынном дворе» в Лас-Вегасе? Вы владеете этим отелем?

— У меня есть там небольшой интерес, а мой друг, мистер Моу Далитц, является режиссером представления. Ему нужно нечто особенное. Яркая знаменитость.

Они шли по Шестьдесят восьмой улице. У Джаффи не было желания приглашать его в пентхаус. По-видимому, Аронсон и не ожидал приглашения. Он взял ее под руку и повел через улицу в маленькое кафе, которое еще было открыто. Джаффи сказала, что ничего не хочет. Он заказал чай с лимоном.

— Этот мистер Далитц, — спросила она, — имеет список артистов из ночных клубов, услугами которых постоянно пользуется?

— Конечно. Все лучшие эстрадные актеры страны выступали в «Пустынном дворе». Но сейчас мистеру Далитцу нужно что-то очень особенное. Нечто экстраординарное. Вы слышали о Фрэнке Синатре?

— Разумеется. Кто не слышал о нем? Но Синатра певец и относится к категории актеров, которые выступают в ночных клубах. — Она продолжала думать, что, если удастся доказать ему, какая разница существует между драматическими актерами и артистами, выступающими в ночных клубах, все будет в порядке. Финки Аронсон уйдет и оставит ее в покое.

— Мистер Си натра выступает в новом отеле Лас-Вегаса «Пески». Он… я полагаю, авторитетная личность в вашем бизнесе, соглашается петь там.

— Это не мой бизнес, мистер Аронсон. Отели Лас-Вегаса не моя область.

— Всего лишь на один вечер, мисс Кейн, в воскресенье. У человека, которому мистер Далитц зарезервировал номер в «Пустынном дворе», случился приступ аппендицита. Я прекрасно понимаю, что вы должны вернуться на Бродвей к понедельнику.

Джаффи наклонилась вперед:

— Постойте, вы просите меня выступить в Лас-Вегасе вечером в это воскресенье? То есть завтра?