Чтение онлайн

– Но?
– ошарашенно уточнила, не совсем понимая, к чему он клонит.

– Но вмешались обстоятельства непреодолимой силы. Просто я совсем недавно узнал, что у моей любимой девушки небольшие проблемы с арендуемой недвижимостью, а этот контракт помог бы нам их решить без помощи банка. Немного поразмыслив, я принял решение, а почему бы и нет. И применив своё обаяние, убедил всех, что он мне нужнее, чем Ивану. Батурин благородно согласился его уступить. Всё.

– Надавил на его «болевые точки»?
– предположила, переваривая информацию.

Игнат слегка поморщился, притормаживая возле поворота и пропуская машину.

– Думаешь, моего обаяния здесь бы не хватило?

– Иван не Василина, слюни на тебя не пускает.

– Чёрт! Не учёл этот момент.
– усмехнулся мой «обаятельный» мужчина, и мы вновь поехали, и он нехотя признался: - Да, немного надавил. Ванька был должен мне кое-что, вот я и стряс с него долги с небольшими процентами. Он согласился, но с условием, что победителем будет он. Я не возражал. Техническую сторону вопроса решить было довольно несложно, при условии, что все данные были нам известны.

– Ну а выигрыш?!
– у меня это в голове не укладывалось.

– Любимая, ну а что выигрыш? Десять тысяч баксов - это, конечно, хорошие деньги, но надо учесть, что пять из них Иван вложил туда из своего кармана, так же, как и я. То есть фактически приз пятёрка, плюс возврат своих кровных. А теперь учти ещё и то, что половину этого выигрыша он отдаст Василине. Так что он там выиграл? Контракт же долгосрочный - на пять лет. Поэтому победа в данном случае является лишь моральной компенсацией упущенных коммерческих выгод. Мой же «финансовый проигрыш» рассматриваю как инвестиции в рекламу.

В шоковом молчании смотрела на него, не произнося ни слова. Просто не знала, что тут можно сказать. Игнат глянул в мою сторону, нежно улыбаясь. Притормаживая на следующем светофоре, мигающим нам жёлтым «глазом», провёл по щеке тыльной стороной ладони.

– Ты...
– мой голос сорвался. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, продолжила: - Ты это сделал для меня?

– Да.

Его нежный взгляд и это тихое «да» просто смели остатки моего самообладания. Слёзы покатились по щекам. Для меня ещё никто из мужчин не делал таких жестов, ставя мои нужды и интересы выше своих.

Переложив розы на заднее сиденье авто, отстегнулась и крепко обняла его за шею.

– Сахарочек, тихо-тихо, дай я припаркуюсь. Знал бы, что ты так эмоционально отреагируешь, рассказал бы тебе всё дома.

Он притормозил то ли у обочины, то ли на остановке, из-за переполняющих меня чувств я несильно могла разобрать, где именно мы оказались. Усадил к себе на колени и, успокаивающе гладя по спине, бормотал всякие нежности. Домой мы попали далеко за полночь.

И уже значительно позже, лёжа в постели и глядя на спящего рядом Игната, я впервые поняла, что могу позволить себе быть слабой, зная, что он меня всегда поддержит и не бросит, а если вдруг упаду, то поможет подняться.

Два месяца спустя

Поправил лацкан пиджака и нервно провёл рукой по волосам, вспоминая, всё ли успел вчера сделать. Мысленно перебирая дела, которые требовали моего непосредственного участия, бесцельно блуждал взглядом по своей комнате в родительской квартире, хотя, по сути, она и моей-то уже не была. Эти два месяца пролетели как один миг. Счастливый, насыщенный и яркий.

Ещё в столице мы с Олесей решили этот год пожить в Новороссийске, а дальше посмотреть, как всё пойдёт. Но я был более чем уверен, что через несколько лет мы будем или жить на два города, или же окончательно переберёмся в столицу.

И все предпосылки для этого были: начиная с рекламных контрактов, не только моих, но и Олесиных, и заканчивая предложением нашего геленджикского «знакомого» по открытию кондитерской в Москве. Дворин позвонил мне буквально несколько дней назад, предлагая взаимовыгодное сотрудничество. Я обещал ему переговорить со своей женой и ответ озвучить сразу после возвращения из нашего свадебного путешествия в Венецию.

Уже сейчас нас с Лесей ничего не сдерживало от переезда, но я не хотел на неё давить, а Сахарок была не готова к этому решению. Кондитерскую мы выкупили в начале сентября. Грамотный персонал набрали, включая толкового управленца. У Сахарка теперь стало значительно больше времени именно на творческую работу и, соответственно, на меня. Чему я не мог не радоваться. И погрузился в приятные воспоминания совместного проживания, которое случилось сразу же после возвращения из Москвы. Я переехал к Олесе окончательно, и, за исключением последней недели, жил там.

Последнюю же неделю обитал у родителей. И был готов на луну выть от нехватки любви и ласки любимой женщины.

Традиции, чёрт бы их побрал, требовали, чтобы жених и невеста перед свадьбой провели некоторое время порознь, и осознали... в общем, что я там должен был осознать, хрен его знает! Но вот то, что я прочувствовал на себе весь спектр «любовной» ломки, это да-а-а. Прямо беда какая-то! Дико не высыпался из-за отсутствия доступа к своей любимой Глюкозе.

Я, конечно, возмущался на тему: «Какие традиции, когда мы уже живём и спим вместе!». Но мама попросила не расстраивать старшее поколение, и мы на неделю «разъехались».

Всё это время успокаивал себя лишь тем, что в первую брачную ночь я обязательно всё наверстаю, причём с повышенными процентами за стресс. Мужиков вредно подвергать таким «лишениям», тем более, когда приручили так, как меня, это может плохо сказаться на.

От «тяжких» дум отвлёк шум в коридоре и, едва я успел повернуться, как ко мне ворвалась «банда» помощников во главе со свидетелем.

– Ну и как здесь поживает наш счастливый жених?
– весело хохотнул бывший староста, а теперь новоиспечённый свидетель.

– Отлично, - проинформировал Сёму, и потянулся за бутоньеркой.
– Скорее бы только всё закончилось, а то я что-то уже переживаю...

– Думаешь, денег не хватит?
– поинтересовался Костя, при этом очень старательно избегая моего прямого вопрошающего взгляда.

Ну, конечно, кому как не любимому мужу знать бурную фантазию своей жены, дико изголодавшейся по общению, находясь в декрете.

Мне, честно, уже страшно, хотя я неробкого десятка. Краем уха слышал, что в этот период женщины особенно деятельны, а Оксана и до него не сильно страдала отсутствием фантазии, а уж сейчас и подавно.

– Олеся обмолвилась ненароком, - пояснил Костяну, наблюдая за его реакцией, - что свидетельница развила такую бурную деятельность, привлекая чуть ли не всех одноклассниц. А зная её склонность к масштабным театрализованным представлениям... Короче, сам понимаешь, что я должен чувствовать в преддверии выкупа.

– А я, между прочим, с ней ещё и живу, - попытался надавить он на жалость.

– Ты выбрал эту карму сам, а мне она досталась по наследству в качестве лучшей подруги моей будущей жены. В общем, предупреждаю сразу: мы возьмём тебя в заложники, представитель органов власти у нас имеется.