Любовь на крови
Шрифт:
Внезапно, возле Эммы мелькнула тень Алекса, и устремилась на одного из ангелов Предначертания. Брат прыгнул, готовый сразить своего противника, но тот словно исчез. Он как будто пропал, а на его места оказалась пустота. Такой скорости мне не приходилось видеть. От этого я удивленно захлопала глазами. Лишь мгновением позже, мой взгляд заметил лежачего на земле Алекса, недалеко от стоящих ангелов Предначертания. Затем, он рывком поднялся на ноги и…
“Боже мой!” – воскликнуло в моей голове.
– Алекс… - прошептала Эмма, и если бы она могла побледнеть, то так, наверное, и сделала бы.
Рука моего брата неестественно висела. Она была сломана… Алекс с удивлением уставился на неё, не в состоянии поверить в произошедшее. Кожа вампира, словно броня, которую практически невозможно пробить! Что тогда говорить о кости?.. Какая должна быть сокрыта в ней сила, если у вампиров никогда не было переломов?.. Существовала даже шутка по этому поводу (я её забыла). Это было не вероятно!
Алекс удивленно смотрел на свою руку, но тут же устремил свой взор на появившуюся женскую фигуру.
“Бледная, как мел…” – проговорило в моей голове.
– Санни, - протянул Апокалипсис, - займи наших друзей, чтобы они не мешали.
Девушка согласно кивнула.
– Это ты!.. – вырвалось удивление у сестры, а глаза приклеились к незнакомке.
– Привет, Эмма… - проговорила та, но не успела закончить.
В то же мгновение нас всех бросило на землю со страшной силой. Энергия свистела вверху, обдавая ледяным холодом, мою спину. Уши заложило… Подняв голову, я увидела, что битва началась. Ангелы Предначертания сошлись в пляске света на фоне тёмного неба. Это было страшно и одновременно прекрасно…
В этот момент, я ощутила боль в груди, а с моих губ вырвался прерывистый вскрик.
– Этого не может быть… - мгновением позже сорвались мои слова.
Моё сердце ритмично билось.
Глава X. Слеза.
Мерседес Леонардо мчался по шоссе, рассекая с огромной скоростью спустившуюся мглу ночи.
“Сколько часов мы уже едим?..” – подумала я, посмотрев на склонившуюся над Алексом Эмму.
Рука брата была в тяжелом состоянии. Мы даже не знали, что предпринять…
Оставалось только жать на педаль газа, унося автомобиль подальше от Фостота. Хотя, все мои мысли была сейчас там… Возле того домика, где гремел ураганный бой.
“Что с Максимом?..” – билось отчаянно в моей голове.
Я не могла здесь сидеть… Просто не могла оставить его одного! Но автомобиль неумолимо отдалялся от Фостота, оставляя позади город и Максима.
Там, на поляне, когда у меня забилось сердце, я потеряла сознание. А очнулась уже от слабой качки мчащейся машины моего отца. Конечно, никто мне не дал возможности вернутся назад… иначе… Иначе я бы уже была там! И Бог с тем, что могло со мной случиться! Самое главное, я была бы с ним!..
Мне было трудно представить и подумать, что может случиться с Максимом. Ведь он там один, а их трое.
“Даже четверо!..” – вскричало в моей голове.
Мне хотелось бежать к нему. Растолкать и раскидать всех вокруг меня... Но, моих собственных сил на это было не достаточно. Да, конечно, я уже так пробовала сделать. И не один раз. Безуспешно... Семья не позволяла.
В заднее стекло нашего автомобиля ударил свет. Кочевник следовал за нами на своём мотоцикле. Он спешил вместе с нами покинуть Фостот, как "страшное место" по его словами.
Прежде чем все это случилось на вечеринке, Алекс, тайно туда пришедший, успел позвонить Леонардо и рассказать об увиденном. Только тогда он позволил себе вмешаться. Чем это закончилось лучше не вспоминать. Рука брата была в ужасном состоянии.
Примчавшиеся Леонардо и Дорис увидели картину, что поразила их до глубины души. Небо затянутое черными, грозовыми тучами и яркие вспышки взрывов освещавшие весь горизонт. А возле дома Эмма сражалась с незнакомкой... Лишь только помощь Леонардо и Дорис заставили её отступить. Тогда они и забрали моё бесчувственное тело, поспешив скрыться. А Максим...
"Он остался один..." - подумала я, - "Остался один сражаться...".
Это чувство безысходности и не возможности что-либо изменить захлестнуло моё сознание. Захотелось кричать...
Машина Леонардо неслась по шоссе, скрываясь в ночи. А на моем лице внезапно появилась слеза, которая стала медленно скатываться вниз...
Часть III.
Новый Авалон (прошлое Максима).
Твои глаза – есть чистый жемчуг океана.
Твои слова, как пение изящной, тонкострунной арфы.
Твой голос – звучание весеннего дождя и ветра.
Твой лик подобен солнечному свету, что затмевает всю планету.
Безусловно, ты, нежный порыв души моей, достойна лучших сравнений. Ты – это тихая мелодия ветра, сияние далёкой звезды, волнующее звучание лета и шепот морской волны. Ты – целый мир, бурлящий поток из чувства и лавы, горящий костёр и яркое пламя!
Глава I. Новые встречи.
Снег, закручиваемый ветром, опускался на землю, заметая только что оставленные следы на асфальте. Сугробы с обеих сторон улочки, по которой я шел, порой достигали в высоту половины человеческого роста. Зима буйствовала...
И как же, наверное, тяжело приходилось дворникам, вставая с самого утра, одеваясь как можно теплее, натягивая на руки толстые перчатки, идти и очищать эту улочку, по которой вскоре будут шагать пешеходы, нескончаемым, серым, безжизненным потоком...
Слева от меня, тянулась дорога, а по ней уже проносились, гудя автомобили. Каждый спешил по своим делам, и совсем не обращал внимания на окружающих.
“Черт...” – хмуро пронеслось в моей голове.
Настроение было совсем плохим и ещё больше испортилось из-за разыгравшейся с утра вьюги. А тем временем, снег хрустел у меня под ногами. Холодный ветер, ледяными порывами бил в лицо, отчего порой трудно становилось дышать. В такие моменты, казалось, словно внутри у меня лёгкие, на миг замерзают, инстинктивно сжавшись.
“Черт...” – повторила, недовольная мысль.
Повернув в сторону, я очутился возле светофора. На нем загорелся зелёный свет. Быстро перейдя дорогу, перед остановившимися автомобилями, вдоль зебры, я очутился на противоположной стороне. Как обычно, под ногами от стоптанного снега было скользко.
– Ну, вот и университет... – тихо проговорил я, посмотрев на серое здание впереди себя.
Оно имело небольшой, отгороженный металлическим забором дворик с крохотной парковкой для автомобилей. Подозреваю, что только для преподавательских машин. Хотя, собственно, обычным киевским студентам автомобиль не угрожал... Так что по большому счёту мне было все равно.