Чтение онлайн

— Твой босс звонит, — говорит Нокс, прежде чем ответить на звонок. Как, черт возьми, он вообще узнал, что это мой босс? Он возвращает мне телефон.

— Было приятно тебя увидеть, — сухо говорю я, прежде чем повернуться к нему спиной.

— Говоришь, будто не скучала по мне, — отвечает он, забирая мой чемодан прямо у меня из рук и начиная катить его.

— Что ты делаешь? — У меня нет выбора, кроме как погнаться за ним. Прежде чем успеваю подойти к его шикарной спортивной машине, он уже кладет мой чемодан на заднее сиденье.

— Твоя бабушка попросила забрать тебя. — Он открывает дверь со стороны пассажира. — Садись. Здесь тепло.

Бабушка прислала его? И ты, Лоррейн? (прим. как популярная фраза «И ты, Брут?») Бормочу я.

— Ты замерзаешь. Давай же. — Он дарит мне ту же улыбку, которая раньше плавила мое сердце и вытворяла неподобающие вещи с моими трусиками. Не то, чтобы я думала об этом. Когда-либо.

— Хорошо, — рычу я, прежде чем подойти и забраться в его машину. Он закрывает за мной дверь, прежде чем обежать спереди и запрыгнуть на водительское сиденье. До Оленьей долины час езды.

У меня перехватывает дыхание, когда он наклоняется надо мной.

— Что ты делаешь? — вскрикиваю я.

— Пристегнись, Руби. — В машине громко щелкает защелка. — Тебе явно нужен кто-то, кто присмотрел бы за тобой. — Он ухмыляется.

Не могу сдержать раздраженный возглас, который исходит от меня. Это только делает его ухмылку глубже и сексуальнее.

Это будет самый длинный час в моей жизни.

Счастливого, черт возьми, Рождества как говорится.

Глава 5

Нокс

Она такая же, какой я ее помню, до последнего волоса. И ее запах — тот же самый.

— Уверен, что должен был забрать меня? — Она ерзает на своем сиденье, ее тело больше обращено ко мне, будто это своего рода конфронтация.

Я не против. Так я лишь лучше рассмотрю ее. Она понятия не имеет, сколько самообладания мне потребовалось, чтобы не поцеловать ее в тот момент, когда ее увидел.

— Определенно. У Лоррейн полно дел в пекарне, поэтому я предложил заехать за тобой и сэкономить ей время.

— Почему? — Одна из ее бровей выгибается.

Я помню этот взгляд. Но почему-то сейчас он еще сексуальнее. Взрослее.

— У нее много заказов. — Я пожимаю плечами, выезжая на главное шоссе, ведущее в Оленью долину.

— Не «почему она не смогла приехать», скорее «зачем тебе вообще понадобилось добровольно тратить свое время на такую никчемную крестьянку, как я? — Ее тон почти резок, но она все равно слишком мила, чтобы по-настоящему дерзить.

— Крестьянку? — Я смеюсь. — То есть вот так вы разговаривайте в городе?

Она закатывает глаза. Обожаю.

— Просто ответь на вопрос.

— Я хотел тебя увидеть. — Это чертова правда, и не только. Шпионить за ней в городе было настоящей пыткой. Быть достаточно близко, чтобы дотронуться до нее, но сидеть сложа руки и ждать — я, честно говоря, не знаю, как это выдержал. Но я хотел дать ей время найти себя, самой понять, что ее место здесь, со мной. Конечно, я могу признать, что, возможно, слегка подтолкнул ее…

— Ты хотела меня увидеть? — Она надувает щеки. — Ложь.

— Неужели в это так трудно поверить? — Я проезжаю мимо медленно движущегося грузовика, груженного свежесрезанными рождественскими елками, а вокруг падает легкий снежок.

— Да. — Она поворачивается и смотрит в окно, как аэропорт исчезает вдали, а пейзаж становится более лесистым.

— Это правда, Руби. — Я протягиваю руку, чтобы взять ее за руку, но она ерзает на своем сиденье и сцепляет пальцы, не отрывая взгляда от заснеженного леса.

— Конечно, Нокс. — В ее голосе нет ни капли уверенности. — Как скажешь.

Хмурюсь, не зная, как убедить ее, но советую себе быть терпеливее. В конце концов, она только что вернулась.

— Одно можно сказать наверняка. — Она вздыхает. — Я скучала по этому. Свежему воздуху, заснеженным лесам, по всему, что заставляет чувствовать себя как дома.

— Город не оправдывает ожиданий?

— Нет, — быстро отвечает она. Чересчур быстро. И от меня не ускользает украдкой брошенный ею взгляд в мою сторону.

— Просто «нет»?

Она морщит нос.

— На самом деле это не твое дело, не так ли?

Все, что связано с ней, — мое дело, но я не хочу давить. Во всяком случае, пока.

— Бабушка говорила, что ты никогда не покидал Долину. — Она бросает на меня лукавый взгляд. — Но я думаю, тебе не придется никуда уезжать. Я имею в виду, ты уже король города. У тебя есть свой особняк на холме, где ты можешь повелевать всеми нами. Должно быть, приятно, когда для тебя все уже подано, как маленькому принцу.

Начались нападки.

— Я понимаю. — Я пожимаю плечами. — У моей семьи своя репутация, и я позволил забить мне в голову этим, когда был моложе. Я поздно у них появился, и, думаю, это означало, что они уже определились со своими жизненными целями и мнениями. Моя мама была большой любительницей рассказывать мне, насколько я лучше всех остальных в городе. И я какое-то время верил ей. По-настоящему верил.

— Я… — Наконец она снова смотрит на меня с состраданием в глазах. — Я слышала о смерти твоей мамы. Мне жаль.

— Спасибо. — Я на мгновение встречаюсь с ней взглядом, прежде чем вернуться к дороге. — Это очень мило с твоей стороны. Ее было нелегко полюбить, но она была моей мамой. Папа до сих пор устраивает дома ад. Я навещаю его так часто, как могу.

— О. — Она смотрит вперед, когда мы поднимаемся на холм и открывается вид на Оленью долину. — Ты не живешь там?

— Нет. Я переехал и снял симпатичный маленький коттедж недалеко от Мейн-стрит. Я обновил его, но там по-прежнему уютно. И самое приятное, что магазин в пеший доступности.