Чтение онлайн

– Андрей жив, - прошептал, наконец, Ромка, едва слышно, не открывая глаз. – Он… коммерческий директор в «N*». Представляешь? Столько лет прошло…

Он снова мелко задрожал, плечу Глеба стало мокро и горячо. Тот скрипнул зубами, на щеках заходили желваки, но рука, поглаживающая спину Ромки, не дрогнула. На колу мочало, начинай сначала… Принесла же нелёгкая!

***

– Никуда я не пойду, пошел он к черту!

Глеб кипятился в самого утра, игнорируя тяжелый воспаленный взгляд Романа. Тот забылся сном только на рассвете, проспал всего часа три, и о его участии в переговорах и речи быть не могло. С такими фингалами под глазами и опухшими веками его скорее в наркодиспансер возьмут, чем в турне. Другое дело, что и сам Глеб был категорически против этого контракта.

– Ты что, оголодал?! У тебя и так всё под завязку расписано. Отпуск втиснуть некуда уже третий год! Болтаешься от мотеля к мотелю как…

– Глеб… Достаточно.

У Романа в голосе тоже хватало железа, когда нужно было. И Глеб замолчал, скрипнув зубами, подошел к постели, в которой Ромка лежал поверх одеяла, с влажным полотенцем на лбу, и сверлил его суровым взглядом. Присев рядом, Глеб взял его за руку и чуть сжал кисть, не отводя взгляда.

– Объясни, что ты задумал, - сказал он звенящим от напряжения голосом. – Я же вижу. Если уж везти тебя в пасть к дракону, то я хотя бы должен знать, ради чего.

– То есть тот факт, что мы с ним столько лет не виделись, уже ничего не значит?! – танцор так взвился, что перед глазами мошки замелькали. Скривившись, он лег снова, поправил компресс на лбу. Голова с новой силой запульсировала болью. Глеб терпеливо ждал и молчал, не отнимая руку. Роман нервничал, сопел, молчал, но, в конце концов, сдался и прошептал негромко, глядя в сторону:

– Ты же сам понимаешь…

Вздохнув, Глеб кивнул, мрачно кивая.

– Увы мне. Понимаю, конечно. Я сделаю, как ты хочешь, Ромашка. Но боюсь, это будет ошибкой. Отдыхай, - сжав его руку, Глеб поднялся и пошел одеваться, уже из спальни заявив:

– Но ты им дорого обойдешься. Это я тебе гарантирую!

Встать с утра было сродни подвигу. Во рту было сухо, в голове словно колокола били в череп, лицо - под стать всем прочему, отёкшее и не выспавшееся. Хорошо, что хоть дети уже усвистали с раннего утра на свои экскурсии и поездки, давно оплаченные и согласованные еще из Москвы. Набрав горячую ванну, Игорь на сорок минут залёг в нее отмокать, а после заказал завтрак и пригласил в номер массажиста, чтобы окончательно привести себя в порядок.

Около часа дня он отправил смс Глебу с адресом и временем места встречи, получил от него подтверждение, что тот будет, и стал собираться. В октябре было уже достаточно свежо, и он оделся как любил больше всего: классический костюм-тройка, шелковый галстук, рубашка с запонками, пальто и кашемировое кашне на шею.

Игорь Вадимович Кудрявцев был уже не молод, но все еще очень привлекателен, и любил подчеркнуть это классическим элегантным стилем в одежде. Он чем-то походил внешне на Грегори Пека: похожий разрез глаз, узкое хищное лицо, форма носа и губ, ну и типаж в целом. Они даже взрослели похоже - с появлением мимических морщин, которые лишь добавляли внешности нотку пикантности, мужественности и шика. А учитывая, что Игорь в принципе не относился к балагурам, то между бровей у него залегли пара суровых складок, и несколько продольных морщин разделили высокий лоб, а две поперечные очертили по щекам следы его редких усмешек и еще более редких улыбок. Он носил небольшую аккуратную бородку и усы, густые темные волосы с редкой проседью на висках стриг в классическую стрижку и зачесывал назад. Глаза-хамелеоны меняли свой цвет в зависимости от освещения, от средне до темно-серых. При виде него млели все встречные женщины от тридцати и старше, а узнав о его состоянии - присоединялись и старлетки в поисках папика. К неудовольствию тех и других, в эти игры он уже наигрался, и теперь сам открыл охоту на редкого зверя.

Ресторан, выбранный им для встречи, не отличался изысканностью интерьера ни снаружи, ни изнутри. “Musso & Frank Grill” внешне был откровенно невзрачным на его вкус: просто выглядящее одноэтажное здание бледно-желтого цвета с зелеными рамами на окнах, небольшой верандой и галогеновой вывеской на стене под самой крышей, горящей в ночи наравне с билбордом у дороги: “Старейший ресторан в Голливуде”. Собственно, за этот непритязательный шик знаменитого местечка его и любили. И еще за отменные стейки, и в целом очень неплохую классическую американскую кухню. Игорь заранее забронировал столик в небольшой нише, отделанной деревянными панелями. Два диванчика друг напротив друга, обитых бордовой кожей, дубовый стол, белая скатерть, просто выглядящие тарелки с накрахмаленными салфетками горкой. Правда, тарелки были аутентичными, с 1919 года, что извиняло их довольно простецкий вид и придавало дополнительный шарм месту встречи.

Игорь пришел первым, но не стал чиниться, сел за столик и в ожидании Глеба раскрыл папку с типовым договором о сотрудничестве, где на месте реквизитов и сумм были пропуски. Пробежал глазами, проверяя, не закралась ли где-нибудь опечатка, хоть сам почти наизусть знал каждый пункт. И за этим делом упустил момент прихода Глеба, тот возник уже непосредственно рядом с ним, обойдя длинный ряд других столиков, чтобы присоединиться к нему за обедом.

– Игорь Вадимович?
– прозвучало как “к барьеру!”. Игорь поднял глаза на Глеба и сразу заметил перемену в его лице, он явно сегодня был взвинчен и напряжен. И, кстати, руки не подал, держал стиснутой в кулак.

Оценив всё это коротким беглым взглядом, он кивнул в знак приветствия:

– Глеб Александрович, - и жестом пригласил присаживаться напротив.

Глеб сел, какой-то напружиненный, дерганый, что-то явно не давало ему покоя. Игорь отложил папку с контрактом на край стола.

– Проблемы?
– он был неплохим физиономистом и редко допускал промахи в своих оценках, но тут и гадать особо не было нужды, на лице Глеба его тревоги были видны явно и недвусмысленно.

– Нет… - Глеб замялся, решив не вмешивать дела сугубо личные в бизнес.
– Нет, извините. Всё в порядке.

– Давайте поедим, - предложил Кудрявцев.
– Обсудим наши дела чуть позже. Здесь уже почти сто лет неплохо готовят, - он поймал улыбку Глеба и усмехнулся в ответ.

Стейк с кровью, что он заказал, оказался действительно отличным: сочным, нежным, с идеальной прожаркой, ровно таким, как любил Игорь, и это само по себе было удовольствием. А если учесть, что напротив сидел приятный ему человек и тоже наслаждался наравне с ним, это становилось вдвое приятнее. Глеб всё делал так вкусно, что невольно притягивал к себе его внимание. Широко двигался, с аппетитом ел, громко говорил, весело смеялся. И, судя по тому, как быстро хмурая мина сошла с его лица, был ко всему прочему отходчив и не злобен по своей натуре. Плюс очко в его пользу.

После салата, стейка с картошкой фри, спаржей и красным вином, настал черед чашки кофе. И уже за кофе у Игоря возникла бесшабашная идея всё же прогуляться по окрестностям, раз они оба были свободны по времени.

– Есть идея немного размять ноги. Вы не слишком спешите?

– Ничуть, - Глеб удивленно приподнял брови.

– Просто здесь становится довольно шумно, к тому же, завтра мне уже улетать, а я толком не видел ничего в этот приезд. Можно совместить, если не возражаете.

Глеб улыбнулся. Он вообще легко и очень светло улыбался, и это не было дежурным жестом вежливости.

– Честно говоря, я тоже не успел никуда заехать. Роман плохо переносит публичные мероприятия, вечеринки, шумные сборища, поэтому я вынужден тщательно выстраивать график.

– Оу, так вы вместе?
– будничным тоном спросил Игорь, допивая свой кофе и как-бы невзначай глядя на Глеба. Тот покраснел. Мать твою, покраснел?! Серьезно?!!

– Нет, с чего вы взяли!
– грубовато отшил он Игоря.
– Мы друзья с детства, просто друзья!