Чтение онлайн

Я все еще продолжала оставаться в камере, когда за окном начало светать. Устала. Измучилась. Но о том, чтобы спать или хотя бы вздремнуть на тюремной лавке, речи не шло. Мне было неспокойно. Мне было некомфортно. Я боялась, что меня могут ограбить. Да, черт, я, вообще, не понимала, что происходит. Чувствовала себя незащитной и очень уязвимой. Чем больше времени проходило с момента задержания, тем сильнее волновалась. К тому моменту, когда отпустили жриц любви, а я осталась наедине с вонючего бомжеватого вида теткой, я уже не только нервничала, я по-настоящему психовала. От моего прежде аккуратного маникюра не осталось даже следа. Я просто изгрызла все ногти, хотя от этой привычки излечилась еще в далеком детстве. Помню, тогда еще была жива бабушка. Она каким-то горьким соком смазывала мои пальчики, пока я не забыла об этой дурной привычке навсегда.

Я находилась в камере уже несколько часов, а никакого протокола, похоже, составлять не собирались.

— Извините, за что вы здесь? — тихо обратилась к женщине. Одна сумасшедшая идея лихо пронеслась в мыслях, но я за нее отчаянно уцепилась. Возможно, просто от безысходности. Мне было страшно осуществлять ее, но другого выхода пока не видела. Я подумала, что, если эту грязную женщину отпустят… почему бы мне с ней не поменяться местами. Да, неприятно. Но я вполне могла бы это пережить. Мне даже было чем стимулировать ее желание. Чем заинтересовать…

Она промолчала.

— Вы здесь давно? — предприняла новую попытку. Здесь полицейский участок. Обычный полицейский участок, не тюрьма. Но вот сколько могут держать в полиции, не представляла.

В голове лихорадочно проносились фразы из каких-то фильмов:

«Вы задержаны на трое суток».

«Я могу задержать вас здесь четырнадцать дней».

Я не понимала, чего ожидать от этой ситуации в целом. Из-за волнений не могла мыслить разумно. Хорошо, что хоть женщина не реагировала на меня. Сделав еще несколько попыток сблизиться с оборванкой и предложить ей свой безумный план, вспомнила, что паспорт забрали полицейские. А, значит, если я выберусь из полицейского участка… в общем, без документов это не имело никакого смысла. Ведь даже обычный билет на поезд мне не продадут. А в таком виде, в каком могла оказаться, даже с рынка бы прогнали, несмотря на наличие денег.

В этот самый момент дверь в камеру распахнулась:

— Байкова, на выход, — скомандовал незнакомый мужчина. То ли произошла пересменка, то ли я просто не видела этого представителя закона раньше. Но он, в отличии от остальных, никакого уважения или сочувствия ко мне не испытывал. Наоборот, окатил таким презрением, что я невольно вздрогнула. Я, словно, могла ощущать его неприязнь ко мне на физическом уровне.

Поднялась и послушно подошла к двери. Помнила советы проституток о том, что стоит делать то, что говорят. Хотя, надо отметить, что сами-то они вели себя по-другому. Например, постоянно пререкались, вступая в словесные перепалки с представителями закона… даже предлагали свои услугу вместо штрафа.

— Руки, — приказал полицейский. Я не понимала, что мне делать, поэтому стояла и не шевелилась. — Руки протянула, — недовольно рявкнул мужчина.

Вытянула руки перед собой. Мои глаза, вероятно, приняли форму чайных блюдец, когда я увидела в руках у стража закона весело звякнувшие наручники. Луна! В тот момент мне стало по-настоящему страшно.

Полицейский защелкнул наручники на левой руке, а дальше… Дальше я даже вздохнуть не успела. Он схватил меня за запястье, резко дернул и завел руку за спину. Почувствовала боль. А мужчина тем временем застегнул наручники на второй руке.

— Пошла, — он небрежно подтолкнул в спину.

Я пошла. Благо, у меня на ногах не было шпилек. Ведь, когда готовилась к побегу, успела подобрать удобную обувь. Иначе бы оказалась на полу.

Ощущала себя мерзко. Пока шли получила еще несколько тычков в спину. Сложилось такое впечатление, что полицейский просто получал удовольствие от моего унижения.

Открыв безликую дверь какой-то комнаты, он снова толкнул. Достаточно сильно.

— Чего застыла? — насмешливо поинтересовался служитель закона. Сделала несколько шагов и быстро огляделась. Комната очень напоминала допросную из фильмов. Стол и два стула друг на против друга составляли весь интерьер данного помещения.

Мужчина схватил меня за предплечье и грубо уложил на стол. В следующий момент одна моя рука была освобождена. Я не знаю каким чудом мне удавалось сдерживать себя, чтобы не разреветься. Да, в камере мне было некомфортно, но мне не было так страшно. Я скорее переживала из-за того, что вынуждена была находиться в неизвестности. А неизвестность, на мой взгляд, порой страшнее самого наказания. Но вот сейчас я была бы рада возвращению в камеру. Вроде бы полицейский не делал ничего такого. Отчим или Родцев были куда более грубыми… даже тот же Исаев иногда позволял себе быть резким и жестким. Но вот неприятное чувство… возможно, интуиция нашептывала, что все только начинается.

— Села, — приказал мужчина. Я послушно выпрямилась и опустилась на ближайший стул. Полицейский пристегнул мою руку к металлическому стулу.

— Жди, — новая команда, словно, я была дрессированной собачкой. Но в следующий момент облегченно вздохнула, потому что полицейский скрылся за дверью.

К моему удивлению, он даже ей не хлопнул.

А дальше время снова превратилось в патоку. Липкую. Тягучую. Медленную. Прошло не менее получаса, когда дверь снова открылась.

В дверном проеме на мгновение застыл тот, кого я меньше всего хотела бы увидеть.

— Ну, здравствуй, милая, — циничная улыбка на губах мужчины не предвещала для меня ничего хорошего. — Говорил же: «Скоро свидимся!»

Исаев выглядел отдохнувшим и довольным собой… не так, он выглядел самодовольным котом, обожравшимся сметаны… а еще, еще каким-то предвкушающим…

— Молчишь?

— Егор, я…

— Что ты, детка? — оборотень подошел и присел на стол рядом со мной. — Сбежала?

— Я…

— Молчи, шлюха! — он размахнулся и залепил мне довольно сильную пощечину. Настолько сильную, что я упала назад вместе со стулом.

Прошло несколько секунд. Я лежала, не шевелясь, и пыталась убедить себя в том, что это просто какой-то дурной сон. Мужчина, который был моей истинной парой… Мужчина, который должен был защищать и заботиться, просто ударил меня. Ударил довольно сильно. Ударил, не раздумывая. Ударил безжалостно. Успела заметить лишь хищный блеск в глазах и больше ничего. Никакого намека на другие чувства.

— Надо же… не помогло, — Исаев поднял стул вместе со мной и снова пристроился на краешек стола. — Как давно ты перестала чувствовать волчицу?

— Что?! — до меня не сразу дошла суть заданного вопроса, я все еще находилась, словно, в трансе.

— Я. Спросил. Когда. Ты. Перестала. Чувствовать. Волчицу. Акса? — медленно повторил Егор.

— Несколько часов назад.

— Раньше такое бывало? — новый вопрос.

«Надо же… не помогло», — Луна! Вспомнила, что прошлый раз моя девочка проявила себя именно в тот момент, когда Исаев ударил. Он же не собирается?..

— Нет, — тихо произнесла. Я бы, может, и призналась. Но если оборотень выяснит, что моя волчица среагировала прошлый раз на любовную связь между ним и сестрой, то этому сукиному сыну хватит наглости заставить меня смотреть на их занятия сексом…