Чтение онлайн

— Аня, конечно же не поведется! — ответил вслух чертенку Андрей. — Но пойти и лишить этот обед романтики определенно необходимо!

Как ни крути, при обоих вариантах путь один — надо идти и ставить этого великого горца на место. Поэтому, больше не сомневаясь, Андрей уверенно вышел из Лексуса и пошел в сторону «Галактики».

— Анечка, у тебя волосы, как вот эта рожь бывает же. Или нет. Пшеница. Пшеница. Точно. Волосы как пшеница, — плохо подбирая слова, пытался обаять Аню Давид. То ли он сейчас переволновался, то ли до этого притворялся, но здесь в ресторане Аня стала явно слышать кавказский диалект, хотя и почти без акцента. Этот обнаруженный факт очень раздражал Аню, но она любезно улыбалась, не подавая виду.

— Спасибо, Давид, мне очень приятны твои слова, — соврала Аня и, положив в рот листья салата, стала без аппетита их жевать. Ей очень неуютно было находиться здесь с ним и сейчас, поэтому Аня ждала, когда обеденный перерыв закончится, и она окажется в своем рабочем кабинете. Одна.

— Анют, нам надо с тобой держаться вместе! Мы с тобой туда-сюда вдвоем таких дел наворотим, ты просто обалдеешь! — воодушевленный ее лестными словами, Давид заливался как горный соловей, мотая вилкой в разные стороны.

Аня хотела спросить, что он имеет ввиду, но тут увидела, как дверной проем ресторанного зала почти полностью закрыли широкие плечи Андрея. Еще утром она не хотела с ним разговаривать даже по телефону, но сейчас искренне рада была его видеть. «Наконец-то, мы не будим с тобой наедине!» — подумала Аня про Давида.

— Андрей, иди к нам! — крикнула она ему через весь зал и помахала рукой, привлекая к себе внимание.

— Оча гар! — на нерусском выругался Давид и обернулся к вошедшему. — Кто это?

Андрей уверенно твердым шагом подошел к их столу, склонился и поцеловал руку Ани, потом повернулся к Давиду и протянул широкую ладонь для приветствия:

— Приятного аппетита. Я Андрей.

Давид сжал губы и сквозь зубы неслышно выругался на своем:

— Хамиль мехер…

Но после этого салфеткой вытер рот, встал, пожал Андрею руку и снова опустился в кресло:

— Добрый день.

Аня смотрела в карие глаза Андрея, радуясь своему спасению:

— Что ты тут делаешь? Как ты нас нашел? — она просто засветилась от удовольствия, что он рядом.

— Ты не захотела со мной пообедать, я решил перекусить один. Куда мне еще идти, если не в «Галактику»? — реалистично наврал Андрей и искренне улыбнулся.

Увидев его, Аня почувствовала себя увереннее, поэтому ей очень не хотелось, чтобы он сейчас уходил:

— Присаживайся к нам, мы будем рады, — у нее было желание держать его за рукав, чтобы он не исчез. — Присаживайся, — она показала на кресло рядом с Давидом.

— Отлично! С удовольствием, — ответил Андрей и сел за стол.

Лицо Давида исказилось от злости и недовольства, и, не скрывая досады, он представился:

— Давид, если что…

— Как Кирилл? Когда он уезжает? — Андрей смотрел только на Аню и, изящно разрезая ножом стейк на маленькие кусочки, аппетитно складывал их в рот, изредка запивая водой без газа.

— Кирилл — мой сын, — Аня повернула голову к Давиду, чтобы он понимал, о чем они говорят. — Он послезавтра улетает в Европу, он там живет, работает и учится. Он приезжал навестить мою маму, потому что она перенесла очень серьезную операцию на сердце.

— Жи есть, у такой молодой девушки есть такой взрослый сын? — опять на кавказский манер наигранно изумился Давид.

— Да, есть. Видимо не такая уж я и молодая, — Аня улыбнулась и отвернулась от него.

Не дожидаясь, когда Давид начнет что-то говорить, она с удовольствием переключилась на Андрея:

— Завтра у мамы на даче будем организовывать проводы, как Кирилл говорит «отвальную». Нас будет мало совсем: только мама, я и Кир — больше никого. Приедешь? — она с надеждой, почти умоляюще, смотрела на него. Почему-то, сидя в ресторане с Давидом, она поняла, насколько ей приятен Андрей. Она очень хотела, чтобы он был завтра рядом.

— А можно я тоже приеду? — перебил Андрея Давид. Аня с Андреем изумленно продолжали смотреть друг на друга и во взглядах читали, что Давид будет лишним на семейном празднике.

— Э… — Аня подбирала слова, как тактичнее ему отказать. Ей было крайне неудобно, потому что Давид был достаточно любезен с ней и проявлял внимание, возможно он от всей души хотел познакомиться поближе, чтобы влиться в коллектив.

Горячая кровь Давида не давала ему долго ждать:

— Есть-есть, нет-нет, милая! — он давил на быстрый ответ, чтобы Аня не могла подумать и отказать.

— Ну ладно, я скину тебе адрес, — Аня говорила это Давиду, но смотрела на Андрея и видела, как вздулись его ноздри — то ли от ревности, то ли от ярости.

— Совсем не надо было меня везти, я могла приехать на своей машине… Нууу, как моей? — Аня замялась, когда вспомнила, что она как бы продала свой Лэндроувер Андрею. — Вернее на моей-твоей, — она улыбнулась своей шутке, спрятав за улыбкой неловкость.

Андрей расставлял стулья вокруг круглого стола в доме на даче у Елены Васильевны, а Аня раскладывала столовые приборы вокруг старинных фарфоровых тарелок. В ответ на ее слова он подошел к ней сзади и близко в ухо игриво пригрозил:

— Будешь ворчать, я действительно продам твою машину, чтобы ты ездила только со мной!

Аня засмеялась и прижала ухо к плечу:

— Ааай, щекотно! Ну и продавай! Я найду на чем и с кем ездить! — дразнила она Андрея.

— Ах, так! — Андрей положил ей руки сбоку на ребра и начал играть как на клавиатуре гармони, — Я тебе поезжу! Возьмешь меня к себе личным водителем! — продолжал он щекотать Аню, пока та хохотала на весь дом и извивалась в его руках, пытаясь вырваться.

— Тук-тук! Салам! Что это у вас тут так весело? — в дверях стоял Давид с двумя букетами в руках. Аня и Андрей резко обернулись, смущенно посмотрели друг на друга и почему-то на шаг отошли в разные стороны. Обоим стало неловко, будто их поймали за чем-то интимным.

— Привет! — сказали они дуэтом, опять взглянули друг другу в глаза и расхохотались, как дети.

— А мы тут на стол накрываем. Это мне? — Аня показала на букеты в руках Давида.

— Один тебе, — он протянул ей букет поменьше с крупными белыми лилиями, — а этот для прекрасной кlодо, — квакнул Давид на своем языке и вопрошающе мотнул головой.

— Кому? Ты про Елену Васильевну? — не понял Андрей.

Давид стукнул себя ладонью по лбу:

— Как это на русском? Да, это для прекрасной бабушки! Для Елены Васильевны! — он пытался запомнить имя матери Ани.