Любовь не терпит отлагательств
Шрифт:
– Ты что себе позволяешь?! – я удивленно округлила глаза.
– Я хочу, чтобы ты бросила курить.
В негодовании я открыла рот, чтобы возразить, но осеклась, не обнаружив в его глазах намерения поссориться или меня обидеть.
Он убрал с моей щеки прядь волос и его глаза заметались по моему лицу, словно он хотел рассмотреть его в деталях и предупредить любую мою негативную реакцию.
– Я люблю тебя. И буду любить тебя всегда, и независимо от твоих пагубных пристрастий. Но моя жена должна заслуживать еще и уважения. Мне не нравятся курящие женщины.
– Я не могу бросить! Это единственное, что связывало меня с нормальными людьми. Если брошу, от меня останется только самая последняя забыка.
– Неправда. Твое озорство и окаянство не в курении, а в смелости, дерзости и рискованности.
– Бросить курить не так уж просто, - притихнув, сказала я.
– Бросишь, - сказал он уверенно – уверенный во мне больше, чем я сама, - сказал даже холодно, но вместе с тем потерся со мной кончиками носов.
– Ты сильная и волевая. Ты еще и сама не знаешь, какая ты…
– Какая? – шепотом спросила я.
– Особенная, - он прижал меня к себе, и я с удовольствием приникла щекой к его груди. – И полная сюрпризов.
– Это хорошо, - улыбнулась я. – В женщине должна быть загадка.
Андрей засмеялся, и мне показалось, что под моей щекой и ладонями тихо зарокотал дремлющий вулкан.
Клуб оказался огромным, четырехэтажным комплексом с несколькими барами, двумя танцплощадками, бильярдом, боулингом, гостиничными номерами и подпольными игорными столами в подвале.
Мы расположились на «хозяйском» балкончике, с которого просматривался весь танцевальный зал с колышущимся морем людей, сценой для ди-джеев и зеркальной стеной позади нее, островками для пи-джеек и столиками для участников того же «колышущегося моря». Мы с девочками, осушив по бокалу вина, оставили наши вторые половинки за их мужскими разговорами, а сами подались в толпу танцующих. Было очень здорово вновь вернуться в студенческие годы, с которых я в клубы и не заглядывала, даже за компанию с Глебом. Протанцевав несколько сэтов, я почувствовала, что во рту пересохло, и направилась к нашему столу. Еще поднимаясь по лестнице, я заметила одну из танцовщиц, которая поднялась туда буквально за минуту до меня. Она направилась прямиком к Андрею и запрыгнула к нему на колени так неожиданно, что он огорошено отклонил голову назад, посмотрев на нее. Он начал что-то ей выговаривать, причем не в слишком вежливой форме, судя по выражению его лица. Я приблизилась, и Андрей, увидев меня, резко поднялся на ноги, так что девушке пришлось спрыгнуть, чтобы не упасть.
– Убирайся вон, быстро,- процедил он ей сквозь зубы.
– Андрей! Ты чего! – возмущенно надула губы пи-джейка. – Подумаешь, женился! Жена не шкаф – подвинется. Какое она будет иметь отношение к тому, с кем ты спишь?
Ярость багровой волной поднялась во мне от пяток до самой макушки. Я одернула ее за руку, и она только теперь заметила меня. Пришлось мысленно признать, что девушка до неправдоподобия красивая, ладная и чертовски сексуальная в супер-коротких шортиках в блестках и топе с открытой спиной. От этого открытия моя ярость только возросла.
– Верно, на шкаф я не похожа, - зло просвистела я, почувствовав, как у меня заходили желваки. – Поэтому с легкостью и удовольствием расцарапаю твое прехорошенькое личико, если ты сейчас же не исчезнешь из поля моего зрения.
Молоденькая нимфа дерзко вздернула носик, собираясь, по всей видимости, вступить со мной в перепалку, но тут Вадим ухватил ее за плечо и быстро потянул к лестнице, давая ей понять, что аудиенция закончилась, не успев начаться.
Я уперла тяжелый взгляд в Андрея. Славик молча поднялся со стула и тоже ушел, оставив нас наедине.
– Любимая моя, ты ничего такого не подумай… - начал Андрей.
– Так ты с ней спал до меня? – спросила я невозмутимо, опустившись на стул.
– Ирочка, ну зачем ты… - Андрей тоже опустился на свое место. – Давай не будем опускаться до обсуждения одноразовой телки в моей жизни. Если начнем перебирать всех, то до утра не закончим.
– Приятно слышать, что ты имеешь столь ошеломляющий успех у женщин, Андрей, - в моей речи неумолимо просачивался едкий сарказм. – Только у меня к тебе есть одна просьба. Вернее очень жесткое требование: избавь меня от лицезрения твоего бурного сексуального прошлого. Я не хочу о нем знать, и вряд ли когда-то захочу.
Андрей облегченно улыбнулся:
– Хорошо. Я рад, что ты не ругаешься. Я люблю тебя, - он придвинулся ко мне и заключил меня в объятия.
Но я вырвалась и отодвинулась подальше.
– Ты злишься, - тихо констатировал он.
– Естественно, - едва удостоила я его взглядом. – А ты бы не злился?
– Я бы рвал и метал, увидев, что к тебе на колени запрыгнул твой бывший, - обезоруживающе улыбнулся он.
– Звучит не убедительно, - не купилась я.
– Я знаю, как тебя убедить, - сказал он. – Я ее уволю.
– Интересно, на каком основании? – иронично сморщила я нос.
– На том основании, что она раздражает мою жену.
– Во-первых, это не профессионально! А во-вторых… Страшно представить, сколько их уволить, на самом деле нужно! – ничуть не подобрев, обвела я рукой зал, где корчились в танцевальной пытке остальные пи-джеи.
Андрей внимательно на меня посмотрел и жестом подозвал к себе официанта, дежурившего у стены поодаль от нас.
– Позови мне Аню, - велел он парню.
Тот скрылся за неприметной на общем фоне стены дверью, которая выходила, по-видимому, с балкончика на служебную лестницу, спускавшуюся в кухню.
– Это еще кто? – спросила я, когда парень испарился.
– Менеджер, - просто ответил Андрей, даже не глядя на меня.
Аня прибыла довольно быстро – рослая, крупная, но не полная девушка с короткой стрижкой, возрастом около тридцати лет.
– Слушаю, Андрей Геннадьевич, - учтиво, но с достоинством произнесла она.
– Собери весь женский персонал в зале, скажи, чтоб выстроились вдоль той стены, - он указал на противоположную сторону зала. – Танцовщицу… Милку… как ее фамилия?
– Алекторову? – подсказала менеджер.
– Да, - кивнул Андрей. – Ее уволить, прямо сегодняшним числом. Она пусть в зале не появляется.
Анна кивала.
– Персонал когда собрать? – уточнила она.
– Сейчас.
Аня кивнула и ретировалась.
– Пойдем, - Андрей встал, предложив мне руку.
Я положила на его горячую ладонь свою, и он повел меня за собой вниз по лестнице, сквозь толпу танцующих, к диджейскому возвышению. Парень за пультом остановил по его просьбе музыку и уступил Андрею место у микрофона.