Любовь, она такая!
Шрифт:
– Девоньки мои, не расслабляемся! Так и быть, вечером что-нибудь на феячу, а то, смотрю скучно жить стали. – хохочет Катюха, забираясь в подъехавший автобус.
– Вот ведь… – бурчу под нос, проталкиваясь следом за девчонками.
В автобусе тесно, еле протиснулась к девчонкам.
– Не унываем! Ты бы Миленка не отталкивала Влада, была бы красивая пара. А ты… – смотрит на меня – Соблазни Арса, глядишь, дело сдвинется с мертвой точки, а то только пакости строите друг другу. – советует Катюха.
Переглядываемся, задумываясь каждая о своем. Разговор сошел на нет, дальше едем молча. Выходим на своей остановке, и почти бегом направляемся домой, желая быстрее оказаться в тепле. На улице становится холоднее, мороз только усиливается. Добежали до нашего с Миленкой двора, попрощались с Катюхой, договариваясь встретиться завтра в клубе.
Она живет на другой улице, можно сказать, за углом. Её квартира находится в элитном доме, которых целый квартал, с охраняемыми стоянками и территорией возле них, с видеонаблюдением и консьержем охранником в подъезде. Катюха и её брат Влад, из обеспеченной семьи. Родители владеют сетью продовольственных магазинов. Мы же с Миленкой живем в обычной хрущёвке, в одном доме и в среднестатистической семье, но дружбе нашей это никак не помешало. Попрощались и разошлись по разным подъездам.
– Привет, родители! – кричу, закрывая за собой входную дверь.
– Привет котёнок! – выходит из комнаты папа, Олег Дмитриевич.
– Привет, привет – выглядывает из кухни мама, Нина Александровна.
Целую обоих в щёку. Они у меня врачи, папа хирург, мама медсестра. Работают вместе и сегодня им на смену.
– Скоро будет готов ужин. – улыбается мама, возвращаясь обратно на кухню.
– Как учеба? Как дела? – спрашивает папа.
– Как всегда. – убираю верхнюю одежду и иду за папой на кухню.
Садимся ужинать и рассказываю, как прошёл день. Мама спрашивает про Арсения, про него они узнали от моих подружек. Рассказываю, что он сегодня отчудил.
– Нравишься ему, вот и цепляется к тебе. – смеётся папа.
Возмущённо соплю, под смешки родителей. Мама убирает со стола посуду, которую я мою сразу, не оставляя на потом. Собираясь на работу, напоминают покормить кота. Попрощавшись, закрываю дверь за ними. Иду на кухню, насыпаю коту kitekat и иду к себе в комнату. Включаю плеер с любимой музыкой, вставляя наушники. Падаю на кровать в позе морской звезды, чувствуя, как под бок заваливается мой кот Маркус. Под музыку и перебирание лапками по пижаме, уплываю в царство морфея.
Глава 2. Арсений.
Вот это девчонка! Вот это огонь! Нравится её доводить! Она, когда злится, такая няшка!
Зелёные глаза шикарны! В порыве злости, постепенно темнеют, сверкая, как два изумруда. Длинные, каштановые локоны до попы. Зарыться бы в них рукой, другой, пройтись по попе, слегка сжимая упругую ягодицу и впиваясь в сочные губки, пробуя на вкус.
Так, стоп! Размечтался! Как бы сказала, моя сестра “ Да у вас, батенька, спермотоксикоз.” Так срочно в душ! Холодный! Встаю под холодную воду, на пять минут. Бодрячок! Настраиваю теплую, выдавливаю гель на руку, растирая по телу и уплывая в воспоминания.
Первый день, четвёртый курс и первая встреча, ну как встреча, ДПП (дорожно– пешеходное происшествие.) с моей бестией. Да, моей, хотя она об этом и не знает. Это ненадолго!
В общем, иду с парнями к аудитории, вижу по коридору, как маленький ураган, несётся девчонка. Хотел увернуться в сторону, как Дем уступил кому-то проход, просто не дал мне отойти, и это маленькое чудо, врезалась мне в грудь.
Сумка полетела в сторону, сама покачалась немного, но на ногах устояла, вплотную ко мне. Чувствую, начинается тщательное сканирование меня, такого красавца. Приятно, когда тебя, осматривают, такими глазами. Каштановая, с медным отливом, голова, постепенно поднимается вверх, задерживаясь на какое-то время на груди, потом на мощных мышцах, дальше на шею, лаская взглядом. Когда взгляд коснулся лица, встречаясь с моим, выбивает почву у меня из-под ног.
Ребята, атас! Я завис! Эти нереальные глаза! Хорошо Гор толкнул в бок, зато пришел в себя. Сделал грозный вид и выдал:
– Насмотрелась? Смотри куда прёшь, козочка горная! – правда сам от себя такого не ожидал.
Парни заржали, вокруг стал собираться народ.
А как эта козочка взвилась! С какой яростью пошла на меня! Ух! А как колотила маленькими кулачками мою грудь, словно комарик. Эх, эти ручки да в другом месте, пониже.
– Ты кого козой назвал? – прошипела она.
Вот и голосок прорезался, не писклявый, а такой, ласкающий слух, даже в грозном виде.
– Тебя козочка, тебя! Какая грозная! – не выдержал и заржал.
Она так и сверлит меня глазами. Не знаю сколько продолжалось наше противостояние, но её увели две девчонки, похоже подружки.
– Вот это экземпляр! – восклицает Гор.
– Зачетная, надо бы подкатить. – подначивает Дем.
– Полегче, парни! Она моя! – отвис я.
– Что, зацепила? – ухмыляется Гор.
– Любовь– морковь. – нараспев произносит Дем.
– Да! – серьёзно ответил я.
Парни подняли руки верх, в знак согласия. Молча отправились в аудиторию, на пару.
Очнулся, когда полилась горячая вода, чертыхаясь, закрыл воду и выскочил из душа. Вытерся полотенцем, тут же заворачивая его на бедрах. Прошёл на кухню, смотря на время, успеваю, даже с запасом.
Сооружая бутерброды, уплыл в тот день, когда обзавёлся фонарём, под глазом и наконец-то поцеловал свою девочку. Но всё по порядку!
Выходит, такая из раздевалки, неторопливой походкой, а тут я. Обгоняю, нарочно задевая плечом.
– С дороги, козочка! – ухмыляюсь.
– Да я тебе сейчас покажу! – возмущается она.
Не успел ничего сообразить, как прилетел кулак в глаз от неё. Как только дотянулась?
Правда потом друзья долго надо мной ржали. А вот когда появился у родителей на семейном ужине, сначала был шок, но после рассказа, что ни с кем я не подрался, а получил финик от девушки. Подколок и хохота было очень много, особенно со стороны Ксюхи, старшей сестрёнки и её мужа, Гриши.
В общем от удара отошёл быстро.
– Я тебя накажу за рукоприкладство. – состроил грозную физиономию, надвигаясь на неё.
– Да что ты можешь? – подначивает меня.
А вот это ты зря сказала! И недолго думая, делаю то, что давно хотел сделать, целую её, зарываясь рукой в её шикарную гриву, другой обнимая за талию. Целую сначала яростно, затем всё нежнее, и она начинает отвечать. Ох, как сладко! И если бы не эти… собравшиеся вокруг нас, не выпустил бы из своих объятий. Оторвались друг от друга, смотрю в её ошалевшие глаза, тёмно-изумрудные глаза, молча. Вот так, девочка моя! И также молча ухожу, хотя желание утащить к себе в берлогу и доказать, насколько она мне нужна.