Любовь Орлова. 100 былей и небылиц
Шрифт:
А через несколько дней в город приехала Орлова. После концерта она показала местным бонзам (устроившим ей грандиозный по районным масштабам прием) письмо вдовы, и все решилось за пару минут. Тополя оставили в покое».
96
В конце 60-го года, едва оправившись от неудачи с «Русским сувениром», Орлова получила письмо из Парижа от сестры Лили Брик и жены Луи Арагона Эльзы Триоле:
«Милая Люба, простите, что без отчества… мне хочется, чтобы вы приехали в Париж посмотреть одну пьесу… Я бы для вас ее перевела.
Пьеса особенная. Она смонтирована из писем Бернарда Шоу и актрисы Патрик Кэмпбелл, из сорокалетней переписки между ними. Диалог – это их настоящие слова, взятые из переписки.
…В этом сезоне Жак Кокто перевел пьесу на французский, и она идет в Париже с большим успехом в постановке самого автора Джерома Килти. Играют Пьер Брассер и Мария Казарес, играют блестяще.
В пьесе всего две роли – для Вас и, скажем, кого-нибудь вроде Черкасова… («Которого, – подумала, наверное, Орлова – опять придется упрашивать на коленях». – Ю. С.)
«Очень рада, что „Милый лжец“ прошел успешно, что угадала возможности Орловой… что Александров не подгадил». Вместе с Э. Триоле рад этому и ее муж Л. Арагон.
Пьеса – «Милый лжец», или «Лгун», или «Враль»…
Зря переводить не хочу. Если вам нужна новая пьеса, приезжайте и посмотрите. Может быть, есть такая возможность и желание? А?
Пока я не остыла?
Как живете, как играете? Я о вас всегда справляюсь у приезжающих. Их сейчас великое множество. Пора и вам с мужем – опять я забыла отчество, беда! – вспомнила: Григорием Васильевичем – съездить к нам.
… Напишите… Будьте, по возможности, счастливы.
Однако сестра Лили Брик и жена Арагона не представляла, сколько волнений и беспокойств доставит ей эта затея. Во-первых, полной неожиданностью стала для нее режиссура «Милого лжеца» самим Александровым.
«Во всяком случае, – писала она сестре, – я вовсе не мечтаю, чтобы пьесу поставил Александров, не посмотрев здешней (парижской. – Ю. С.) постановки. Ничего не получится».
Но Александрову, лично знавшему Б. Шоу и П. Кэмпбелл, незачем было катить в Париж и смотреть на играющих их Брассера и Казарес. Режиссер предпочитает лишний раз съездить с Орловой в Швейцарию, к Чаплину, который знал героев «Милого лжеца» еще лучше, чем он, и целый вечер показывал гостям любимые привычки Шоу и Кэмпбелл. Знала ли об этой поездке Л. Брик неизвестно, но она попыталась успокоить свою сестру:
«А. Попов (он предполагался первым, в постановке Театра Армии, исполнителем Шоу. – Ю. С.) великолепный актер и режиссер к тому же. Если бы был один Александров, я не была бы спокойной».
Потом, когда «актер и режиссер» А. Попов отпал, и в Моссовете остался «один» Александров, Л. Брик тоже забеспокоилась:
«Они (Орлова и Александров. – Ю. С.) говорят, что усиленно репетируют, пишет она в Париж, – и хвастаются, что это будет гениально. Один Бог им судья!»
Однако, на этот раз Бог рассудил здраво, и александровский спектакль, несмотря на то, что его давно опередил мхатовский с великолепными А. Степановой и А. Кторовым, – более-менее удался. И у Триоле в Париже отлегло:
«Очень рада, что „Милый лжец“ прошел успешно, что угадала возможности Орловой, что Романов (первый исполнитель роли Б. Шоу и муж игравшей в „Веселых ребятах“ М. Стрелковой. – Ю. С.) хорош, что Александров не подгадил».
Пусть «Волгой» разольется ширь души,Чтоб радовать собой.Ведь Вы все так же хороши,Задорно вздернув локон свой!97
…В 1974 году торжественно отмечалось 50-летие «Мосфильма». Александров с Орловой были, конечно, приглашены, но режиссер или на самом деле приболел, или сказался таким, не желая особенно светиться после «запрета» «Скворца и Лиры» – настолько слабой оказалась его последняя работа с Орловой.
Актриса же решила все-таки напомнить о себе. Накануне она сделала это в мосфильмовской газете, выступив в связи с тем же юбилеем и назвав путь студии «светлым». Она надела – что почти никогда не делала – костюм, увешанный всеми своими немалыми наградами, и сказала бывшему в то время во Внукове журналисту Ю. Белкину:
– Юра, вы должны меня сопровождать!
Они прибыли в Кремлевский Дворец съездов, и Белкин помог актрисе раздеться в гардеробе. Когда гардеробщицы увидели увешанную наградами пожилую женщину в парике, они поинтересовались:
– Кто это?
Оскорбленный за не узнанную 40 лет спустя после «Веселых ребят» Орлову, ее сопровождающий напомнил, «кто это».
Первое, что бросилось в глаза в зале, – огромный, забитый до отказа кинематографическими чиновниками, президиум.
У Орловой не было приглашения на сцену, и она искала место, где бы приткнуться в зале. Но тут спешивший в президиум директор «Мосфильма» А. Сурин увидел «звезду» и сам отвел ее в президиум. Там кое-как нашли дополнительный стул. И, приткнувшись на нем с края президиума, Орлова просидела такой «крайней» весь юбилейный вечер студии, на которой она снялась в «Веселых ребятах» и «Цирке», «Волге-Волге» и «Светлом пути», «Весне» и «Встрече на Эльбе»…
98
Когда Орлову за год до смерти прооперировали и поняли, что с раком поджелудочной железы она безнадежна, актрисе ничего, конечно, не сказали, а Александрову дали чьи-то чужие «камешки», которые он показывал супруге, уверяя ее, все понимавшую, что только в них, в «камешках», заключалась ее болезнь.
Накануне ее последнего, 1975-го Нового года, Орлову на одну ночь отпустили из больницы домой. И в первый и последний раз актриса и режиссер встретили Новый год не в родном Внукове. Но по внуковской традиции, за несколько минут до наступления Нового года вышли из дома на Бронной и пошли вниз по Тверской. И огромная елка на Манежной площади казалась им той, не украшенной, до которой они обычно доходили в такие новогодние ночи во внуковском перелеске…
Накануне кончины актриса позвонила мужу домой, куда он недавно вернулся из больницы и, будто чувствуя близкий конец, попросила приехать снова. Как мог быстро, он собрался, помчался в ЦКБ, но когда вошел в палату, Орлова сказала только:
– Как вы долго!..
И, впав в кому, уже не пришла в себя.
– Это был единственный упрек, который я от нее услышал за почти сорок два года нашей жизни, – вздыхал Александров. – А все эти сорок два года были годами непрерывного счастья…
99
Уже через год после смерти Орловой ее имя присвоили новому, построенному в 76-м году в Югославии, пассажирскому судну Дальневосточного пароходства. О чем 8 сентября 1976 г. сообщила даже «Правда». Узнав об этом, Александров, как вспоминает работавшая в это время с ним над восстановлением эйзенштейновской «Мексики» монтажер Э. Тобак, вошел в монтажную и грустно сказал:
– Вот и все, что от нее осталось, – корабль…
Вот и все, что от нее осталось, корабль…
Однако большой лайнер «Любовь Орлова» – это далеко не «все». И В. Маяковский в свое время приветствовал пароход «Теодор Нетте» как живое воплощение геройски погибшего дипкурьера. Так что далеко не каждому дано называть своим именем «пароходы, стройки и другие громкие дела»…
И может, именно в тот день, когда Александров так снисходительно сказал «корабль», тот, носящий имя его супруги, прибыл, сообщает Романов, в свободную, наконец, Кампучию, доставив в порт Кампонгсаом из Владивостока большую группу советских докеров. Им предстояло помочь кампучийским докерам быстрее справляться с нарастающим потоком грузов из Советского Союза и других дружественных стран, решивших «оказать братскую помощь кхмерскому народу, сбросившему кровавое иго полпотовской банды».
….А спустя 22 года, в 2001-м, «Любови Орловой», приписанной уже к Черноморскому пароходству, пришлось выполнить печальную миссию – отвести к месту падения в Черном море ТУ-154 родственников его погибших по нелепой и преступной случайности пассажиров…
Гораздо больше, говорят, чем корабль «Любовь Орлова», который он по немощи уже и не мог посетить, утешали Александрова ярко-голубые гвоздики, которые он до последних дней выращивал во Внукове. Они, как ничто другое, напоминали ему неповторимый цвет глаз той Орловой, которую он увидел 50 лет назад…
Кроме лайнера, имя актрисы было присвоено стипендии в 500 рублей (не помним, в каком году, и не можем оценить тогдашний размер этой суммы), которой награждались молодые дарования на театральной сцене.