Любовь по объявлению
Шрифт:
— Для чего-то важного.
— Но для меня это было очень важно! Я заканчивала статью!
— Знаешь, что я понял? — устало сказал Александр, глядя на нее почти жалостливо. — Все эти тазики, ведерки, молочные пакеты, упаковка для мясного фарша, джакузи и мобильные телефоны должны существовать до восемнадцати ноль ноль. А дальше должна начинаться личная жизнь.
— И это говоришь мне ты? — Ксения не поверила своим ушам. — Ты, для которого работа всегда была… смыслом жизни?
— Я понял, что работа — не вся жизнь. Вероятно, в жизни каждого человека наступает момент, когда приходится выбирать.
— И ты выбрал… пирожки! — не удержалась Ксения. — А, я все поняла! Уже начались прелести семейной жизни?
Она скандалила? О, вероятно, ей показалось, что тебе звонит любовница! Она подозрительна! Господи, что за люди! Что за мелкие люди! Нет, не люди — людишки! Впрочем, ты это заслужил! Каждый человек получает то, что заслуживает! Большой капустный пирог! Яблоки в тесте, замешенном на яйцах ласточки! Сухарные палочки в соусе из дикобраза!
Ксения уже сама плохо понимала, что говорит. Она резко повернулась на стуле и, показывая, что разговор закончен, уставилась в монитор, дав себе слово, что не заговорит до окончания рабочего дня. Неизвестно, сдержала бы она эту клятву или нет. Через несколько минут по внутреннему позвонил шеф и дал задание.
Когда она, вернувшись в кабинет, с непонятным ей самой вызовом назвала тему, Александр стал вырывать у нее это интервью «зубами».
— Послушай, — убеждал он, — он мужик, и я мужик, мы поймем друг друга лучше, особенно если это касается траха. «Мужчина по телефону» — это моя тема.
— Ни фига, — вежливо отвечала Ксения, пропустив мимо ушей самонадеянное утверждение Александра, что он — мужик.
Отдавать ему столь интересную тему она не собиралась.
Светловолосый, изумительно красивый мужчина, одетый в кожаную куртку «танкер», ждал ее в известном баре «Маркиз».
Когда Ксения зашла в это узкое продолговатое помещение, интимно освещенное матово-красными «грибками», и увидела его, в одиночестве сидящего за угловым столиком, у нее дрогнуло сердце. Стало жаль, что свидание деловое и ждет он ее не как женщину, а как корреспондента. Он терпеливо курил, стряхивая пепел в керамическую, затейливой формы, пепельницу, и был похож на любимого Ксенией артиста Коренева в молодости. Этакий романтичный Ихтиандр — красавец, абсолютно не осознающий свою красоту и притягательность для противоположного пола, а потому — неиспорчен, наивен и чист. Конечно, это была игра, но игра талантливая. Для фирмы, специализирующейся на «мальчиках по вызову», Игорь, конечно, был находкой.
Увидев Ксению, он молниеносно погасил сигарету и поднялся. Пока он суетился, усаживая ее, Ксении было почти физически приятно от его близости. На расстоянии почти полуметра она чувствовала сильную и ровную теплую волну, исходящую от его тела. А может быть, она уже пыталась раскрыть секрет его обаяния.
Игорь (профессиональный прием, вошедший в привычку?) не отрываясь смотрел ей прямо в зрачки и улыбался так, словно она была единственной радостью в его жизни. Ксении пришлось, внутренне сконцентрировавшись, взять себя за шиворот, хорошенько встряхнуть и вернуть на грешную землю. Это было необходимо, потому что она вполне явственно почувствовала, как под его взглядом ноги ее стали отделяться от каменной «шахматки» бара. А брать интервью в таком полуподвешенном положении не совсем удобно.
Впрочем, через полчаса беседы ей стало понятно, что дело не клеится. Честно говоря, она и сама могла ответить на все те вопросы, которые задавала. «Причина вашего прихода в эту профессию?» — «Деньги». — «Много зарабатываете?» — «Достаточно». — «В какой фирме работаете?» — «Коммерческая тайна». И так далее, по заготовленным ею вопросикам — размытыми ответиками.
Игорю, кажется, тоже стало скучно.
— По-моему, мы не тем занимаемся, — сказал он и впервые за вечер коснулся ее руки. Вот так вот запросто взял и положил свою нежную теплую ладонь на вмиг напрягшееся запястье Ксении. Если бы этот жест сделал Александр, она приняла бы его за выражение сочувствия. Например, по поводу ее жестоких мук из-за маловразумительного интервью — на большее он был не способен.
Здесь же ситуация была совершенно двусмысленной. С одной стороны, Ксения, как эмансипированная самой жизнью женщина, спокойно относилась к существованию вот таких «мальчиков по вызову». Ну куда им, бедным «эмансипе», податься со своими буйными нереализованными фантазиями? Но это ее принятие было абсолютно перманентным — сама она ни разу мужчиной по вызову, конечно, не пользовалась.
«Ну вот и попользуйся!» — обрадованно вякнуло ее второе «я».
Но Ксении пришлось сразу заткнуть этот наглый голосок. Во-первых, она была на работе, во-вторых, в кошельке у нее одиноко и скромно покоилась единственная и последняя до зарплаты десятка. После того как Игорь выложил ей информацию о том, сколько какая секс-услуга стоит в среднем, десятка на сто процентов могла быть уверенной в том, что потратит она ее исключительно на хлеб и колбасу. Впрочем, разговаривая с Игорем, Ксения убедилась, что оплатить ее сексуальные фантазии (вздумай она их реализовать) — никаких денег не хватит. Даже если рассчитываться по минимуму. В хорошо и аккуратно (по случаю интервью) причесанной голове Ксении мысли и образы вдруг зароились с такой невероятной силой, что она даже слегка забеспокоилась, чтобы они не вырвались наружу и не испортили прическу.
— Уже заплачено. — От этих слов Игоря она чуть было не подавилась кусочком шоколада, который перед этим доверчиво взяла в рот. Он будто прочел ее мысли, хотя выделить эту одну, пусть главную на данный момент, проблему было сложно.
— З-за что з-заплачено? К-кем? — Она почувствовала, как кровь, которая минуту назад бушевала внизу живота, где-то на уровне нижней чакры, бросилась ей в лицо.
Игорь деликатно отвел взгляд от пунцовой физиономии Ксении и, сосредоточившись на чашке недопитого кофе, объяснил:
— Мне заплатили, чтобы я согласился дать интервью. Этих денег достаточно и на… практическую часть… Будем считать практическую часть продолжением интервью…
«Соглашайся немедленно, пока не передумал! — Второе „я“ Ксении явно отличалось меркантильностью. — Смотри, идет почти задаром: сколько там ему могли заплатить из редакционной казны?»
— Честно говоря, мне трудно объяснить остальное, — сознался Игорь. — Но есть же другие методы дознания… Например, журналист, вникая в тему, испытывает что-то на себе…
— Да! — почти выкрикнула Ксения, безумно благодарная Игорю за то, как деликатно он обошел неловкое положение и нашел ей же для нее же оправдание. — Журналист проводит расследование! Журналист меняет профессию!
«Практические испытания» решили проводить у Ксении. Правда, ей пришлось клятвенно заверить Игоря, что она не имеет мужа, который может неожиданно приехать среди ночи из командировки, и что ни у одного из ее любовников нет ключа. Говоря о любовниках, у которых нет ключа, да еще во множественном числе, Ксения себя даже зауважала. Во всяком случае, ей это показалось лучше, чем если бы она призналась, что у нее вообще нет никакого любовника.
Игорь остановил ее руку, ринувшуюся было рыскать в сумочке в поисках кошелька, расплатился за кофе и помог надеть плащ.
…Это было действительно неплохо, но, честно говоря, ничего особенного она не чувствовала. Может быть, потому, что все время ожидала: а что дальше? Хотелось, чтобы дальше было невообразимо хорошо, но из-за того, что она холодно — по-журналистски — разлагала действие на моменты, сосредоточиться на общем было сложно. Свет решили не выключать, Игорь убедил Ксению, что в этом — самый кайф.