Чтение онлайн

– Привет, - я дотронулся до ее руки: это был мой привычный жест, когда целоваться, вроде, еще рано.
– Извини, я без цветов. Побоялся, что в дурацком месте их будет негде пристроить.

– Кирилл, твое дурацкое место мне весь мозг съело. Может, скажешь уже, куда мы?

– Ни за что. Но это рядом. Так что потерпи еще немного.

– А ты меня обратно подбросишь? А то сказал, что заедешь, я без машины. Хотя бы до метро какого-нибудь?

– Какое еще метро?!
– возмутился я.
– Довезу, конечно. Ты, кстати, где живешь?

– На Тореза. Угол Светлановского.

– Ну вот, тем более, мне по пути.

Вообще-то я немного побаивался того момента, когда Лена поймет, куда я ее притащил. Мало ли чего она ожидала. Но получилось то, чего никак не ожидал я.

Мы поднялись на третий этаж «Сенной», Лена посмотрела на меня круглыми глазами и. расхохоталась. Как тогда, в «Абрикосове». Кстати, мне очень нравился ее смех. Голос у нее был обыкновенный, ни высокий, ни низкий, а вот смех... мягкий, бархатный, вызывающий те самые неуправляемые реакции, которые иногда ставят в неловкое положение.

– Кирилл, ты не поверишь, - прорезалось наконец сквозь хохот.
– Я никогда не была в боулинге. Но всегда хотелось. Не знаю, как ты угадал, но спасибо.

– А что мешало?
– удивился я.

– Я обычно жутко стесняюсь, когда чего-то не умею, - смущенно призналась Лена.
– Такое чувство, что все смотрят на меня и хихикают.

– Вот уж никогда бы не подумал. Ты кажешься такой уверенной. Может, даже немножко само.. .уверенной. Не обижайся.

– А чего обижаться?
– она пожала плечами.
– В моей профессии неуверенной быть нельзя. Приходится соответствовать. А ты хорошо играешь?

– Ну не особо. Но по сравнению с тобой гуру, конечно. Буду тебя учить.

Вспомнились Любины слова про попу и ненавязчиво подержаться. А почему бы и. не да?

И сразу все стало легко и просто. Как будто мне снова было лет двадцать. Никаких проблем, никаких особых забот. Все еще впереди.

Елена

Если вечером мы с Тимом закончили вполне нейтрально, то с утра он встал не с той ноги, дулся и пыхтел, как рассерженный еж. Так что рано я обрадовалась. А уж дорога на работу

– маршрутка и метро - и вовсе испортила настроение. Даже одна большая сплошная пробка

– и та была лучше, чем давка, духота и потные уже с утра подмышки соседей по вагону.

Дальше все шло по нарастающей. Точнее, по нисходящей. Один клиент слился на подступах, другой накосячил в документах и запорол всю процедуру, но виноватой почему-то оказалась я. Потом нас собрал босс и обрадовал, что аренду, скорее всего, не продлят, поэтому придется подыскивать новое помещение под офис. Предстояло паковаться и переезжать. А переезд - это что? Правильно, два пожара.

«А зато вечером мы пойдем с Кириллом в дурацкое место».

Я повторяла это про себя как мантру. Удивительно, но успокаивало. Правда, только на время, потом приходилось начинать сначала. Не самое лучшее настроение для свидания, тем более, фактически первого - предыдущие встречи не в счет. Меньше всего хотелось что-то испортить в самом начале.

К вечеру мой псих дорос до апогея. Хоть валерьянку пей. Сколько у меня было первых свиданий - никогда так не волновалась. Кирилл сказал, что заедет в половине седьмого, но я уже за час сидела как на иголках, вздрагивая от шагов в коридоре. Телефонный звонок и вовсе заставил подпрыгнуть.

Когда все изменилось? Когда села в машину? Или когда оказалось, что мы идем в боулинг? Да какая разница? Словно канал в телевизоре переключила. С драмы на... А вот, кстати, на что? Ладно, посмотрим.

Я, конечно, немного в интернете почитала, чтобы не выглядеть совсем уж лохушкой, это мало помогло. Пока подбирали обувь и шары по размеру, все еще было ничего. Но как только дошло до дела.

– Гаттербол, - прокомментировал мой первый запущенный в желоб шар тренер, малохольного вида парень лет двадцати.
– Не переживайте, никто сначала не умеет. Давайте покажу, как надо.

– Мы сами, - легонько отодвинул его Кирилл, постукивая о дорожку резиновым каблуком.

– Как хотите, - равнодушно кивнул тот.
– Позовете, когда надо будет скоринг[1] включить.

– Лен, посмотри вокруг, - Кирилл взял меня за плечи и с противным визгом каблуков развернул сначала в одну сторону, потом в другую.
– Все пришли сюда развлекаться, а не поражать мир количеством страйков. Всем плевать, и никто на тебя не смотрит. Только я. Надеюсь, мне можно?

– Тебе можно, - подумав, разрешила я.

– Ладонь под шар, кисть параллельно полу, - он встал сзади почти вплотную и легко, едва касаясь, поправил мою руку.
– Локоть в сторону не отводи. Прямой угол между плечом и предплечьем.

– Это как?
– не поняла я.

– Вот это все плечо, - он провел по моей руке от плеча до локтя.
– А ниже - предплечье. Видишь точки? Это метки. Вон те для коротколапых, а эти для тех, у кого ноги от ушей. У тебя откуда?

– Тебе виднее.

Кирилл отодвинулся и сделал вид, что смотрит в строительную штуку, которой определяют размеры и расстояния.

– Нормально, - вынес он вердикт и подтащил меня к дальним меткам.
– Тебе сюда. Видишь, где сама дорожка начинается? Эта линия называется заступ, за нее заходить нельзя. От меток делаешь четыре шага и бросаешь.

Слегка обняв меня одной рукой, другой Кирилл отвел назад мою с шаром и показал траекторию замаха.

– Давай.

Я сделала четыре шага, заступила за черту и снова загнала шар в желоб.

– Главное, что никого не убила, - одобрил Кирилл.
– Уже неплохо. Не смотри на кегли, до них почти двадцать метров. Вон там есть стрелочки, по ним и надо целиться. И попу при броске не отклячивай. Это, конечно, очень секси, но совершенно не функционально.

К тому времени, когда все-таки включили подсчет очков, у меня уже язык свисал на плечо, но разве я призналась бы? И это еще с учетом моих занятий пилатесом пару раз в неделю.

Хотя, если подумать, сама игра была делом десятым. Взгляды, разговоры - вот что имело смысл. Все эти шуточки, пикировка. Прикосновения - легкие, как будто случайные или ничего не значащие. Просто поправить руку или наклон, показать правильное движение. Но чуть дольше - всего на секунду, - чем надо. И в этом было столько чувственного! Не грубо, нарочито, а так тонко, что все внутри замирало.