Чтение онлайн

— Я поняла тебя, давай, узнаешь что-то, позвони, пожалуйста, — пытаюсь быстрее закончить разговор и скидываю звонок.

Если я скажу, что сама сейчас подъеду, то Майк начнёт отговаривать, но в итоге всё равно сдастся под моим натиском. Или нет, кто разберёт этого обновлённого Майка. Но всё равно я поеду.

— Отвезёшь меня в участок? — спрашиваю у заскучавшего мужчины за рулём. — В участке точно безопасно.

Тот с секунду обдумывает мою просьбу и кивает, чем заставляет закатить глаза. Вот теперь настроение сменилось и молчаливость раздражает.

Ещё нервных минут пятнадцать, за которые я мысленно расчленила Орландо, моего водителя и комиссара, едем до участка. Теребя подол платья с глубоким вырезом на бедре, невольно сжав губы и накручивая настроение до состояния взрыва, я уговариваю себя сначала разобраться в ситуации и только после этого начать казнь.

Доехав, киваю водителю, а тот кивает в ответ, вызывая у меня усмешку. В резюме напишу, что могу найти подход к любому человеку. Да, за эту бесконечно долгую поездку я решила, что уволюсь к хренам собачьим, когда всё закончится.

Игнорируя окружающие приветствия, попытки остановить меня или заговорить, уверенно иду в комнату для задержанных. Если понадобится — буду локтями расталкивать.

— Так и знал, — встречает меня Майк возле лифта, корча недовольную мину.

— Я тоже рада тебя видеть, — издеваюсь иронично. — Только приехал или узнал уже что-то?

— Франко увезли в больницу, тот решил помереть прямо тут, Витале ищут, — ровно проговорил Майк. — Паяют похищение с целью убийства.

Громко ругаюсь, топая ногой в отчаянии, проклинаю всех и вся, а когда вылетаю на четвертом этаже — несусь в кабинет комиссара. Как хорошо, что он трудоголик и наверняка ещё тут, а не дома в кроватке.

— Да вы с ума сошли, комиссар Фальконе, — кричу на входе, вместо приветствия.

На меня устремляются две удивлённые пары глаз Фальконе и Орландо. А позади вырастает фигура союзника.

— Быстро явилась, думали хоть до утра подождёшь, — встревает бывший, не смотря на то, что обращалась я не к нему.

Рявкаю ему заткнуться, поражаясь собственным словам, но даже не думаю извиняться, демонстративно сложив руки на груди.

— В первую очередь, ты должна успокоиться, Айрис, — наконец подаёт голос комиссар. — У нас доказательства совершенного преступления, мы не можем их игнорировать и прощать преступников, потому что они тебе нравятся.

— Они спасли мне жизнь, напоминаю, в то время как наши доблестные защитники даже ухом не повели на мою пропажу, — едва не рычу от переизбытка эмоций. — Бруно и Моретти должны пойти как свидетели по делу!

Я держала в себе все эмоции и переживания последние дни, а теперь они из меня фонтанируют, как будто это последний шанс высказаться. Готовая вцепиться в эти ненавистные лица и в то же время умоляюще упасть на колени, я всё ещё цепляюсь за последние крохи разумности, пытаясь сохранить собственное достоинство.

— Этого не будет, — объявляет комиссар.

— Отлично, хотите войну — будет вам война! — кричу, размахивая руками. — И кстати, я увольняюсь!

Майк несётся за мной на выход, пытаясь удержать на месте, но я, словно взбесившийся тигр, сбежавший из клетки, сметаю всё на своём пути.

— Да стой, Рис, — кричит Майк, хватая меня за плечо.

— Ну что тебе, Майк? — огрызаюсь в ответ, будто это он во всем виноват.

— Ты уверена в своём решении? Если да, то я тебя поддержку, но если на эмоциях наговорила, то лучше успокойся и вернись к комиссару.

— Уверена, Майк.

С минуту молчим, переваривая информацию. Я успокаиваюсь, дыхание выравнивается, но я всё ещё уверена в своём решении уволиться из полиции. Этому месту я отдала почти восемь лет жизни, работала, не покладая рук, забыв про личную жизнь, увлечения, хобби, может я вообще детей хочу, а не пахать безвылазно на проклятой работе! Дело ведь даже не в предъявлении обвинений Франко и Витале, хотя и в них тоже. Дело в том, что ситуация с Миллером заставила осознать, что жизнь проходит мимо и может оборваться в любую секунду, а у меня кроме работы ничего. Кто будет оплакивать, когда меня не станет? Что я оставила после себя?

— Давай вытащим этих двоих, — заявляет Майк с улыбкой.

Через знакомых в отделе нам удалось выяснить в какой больнице сейчас Франко. Витале не поймали и я очень сомневаюсь, что им удастся до него добраться, так что вопрос его безопасности можно пока отложить. Думаю с Франко или Майком он точно выйдет на связь в ближайшие дни, остаётся только подождать. Сейчас нам надо все силы направить на снятие обвинения.

— Хочешь, поедем к тебе или ко мне? Оставаться наедине со своими переживаниями — не лучшая идея, — предлагает Майк, когда мы спускаемся к его машине. — Обещаю дружеские посиделки с пиццей и сон в разных кроватях.

— О, я прекрасно помню, что случилось в прошлые такие посиделки, — смеюсь. — Ты меня поцеловал!

— И я не жалею, прошу заметить, — подхватывает тему Майк, улавливая моё настроение.

— Ладно, давай к тебе, но заедем ко мне за вещами, хочу наконец снять это дурацкое платье!

Никто не знает получится ли у нас дружить, но я честно этого бы очень хотела. Знаю что Майк ко мне неравнодушен, подозреваю что уже много лет, только вот большего я предложить не могу, а готов ли он принять то, что есть сейчас решать только ему.

Квартира у Майка расположена в новом районе, такие высокие дома стали строить совсем недавно, равняясь под другие страны. Раньше в Италии многоэтажкой считались шестиэтажные дома, а теперь строят почти небоскрёбы. Внутри квартиры светло и уютно, на стенах висят фоторамки с его родителями и сёстрами, повсюду разбросаны какие-то провода, платы, инструменты.

Пока мы ждём заветную пиццу и распиваем вино, Майк пересказывает смешные истории из общения с Витале. Что-то мне подсказывает, что их случайное и вынужденное сотрудничество переросло в настоящую дружбу, хотя мой собеседник это всячески отрицает.

— Ну так и что, Рис, Миллер за решёткой, из полиции ты собираешься уходить, какие у вас теперь планы на будущее? — выдаёт неожиданно Майк.

— Нас? — спрашиваю недоумённо.

— Вас. Тебя и Франко, когда мы вызволим его из тюрьмы, конечно, — доброжелательно улыбается Майк, не показывая никакого напряжения. — Я знаю ту историю расставания и с другой стороны, очевидно что он любит тебя, а ты любишь его.

Мои глаза распахиваются ещё шире. Даже Майк знает эту историю, чёрт возьми, а я до сих пор нет.