Чтение онлайн

– Ух ты... И что ещё ты обо мне думаешь?!

– Катя...

– Я тебя очень внимательно слушаю! Ровно пять секунд, после чего я возвращаюсь в дом и забираю у деда ружьё, что бы исправить ту вопиющую несправедливость и всё-таки пристрелить тебя!

– Катька, мне что, всё время целовать тебя, что бы ты молчала и не говорила ерунды?
– вкрадчиво поинтересовался Дима, скрестив руки на груди.
– Хотя нет. Лучше я заберу тебя отсюда и наглядно продемонстрирую, как именно ты не интересуешь меня как женщина!

В его взгляде читалось столько желания и даже похоти, что в горле невольно пересохло. С трудом сглотнув, отступила ещё на шаг. Только вот крыльцо закончилось и покачнувшись, нелепо взмахнула руками, падая в сугроб.

Мой визг оглушил некстати пробегавшего мимо Кафку. Пёс от неожиданности даже присел на задние лапы, жалобно скуля. Только меня его нытьё волновало точно так же, как курс доллара по отношению к монгольским тугрикам! Зима не лучшее время для принятия снежный ванн!

– Катька, - страдальчески простонал Дима, подскочив ко мне и вытаскивая из снега. Не выпуская из рук, затащил в дом и стал отряхивать от снега, попутно стягивая с меня верхнюю одежду и валенки, так же полные уже начавшего таить дара зимы.
– Чудо ты... В перьях.

– От т-т-такого с-с-слышу, - огрызнулась, заикаясь от холода и пытаясь растереть плечи дрожащими пальцами.
– Б-б-блин, от т-т-те-б-бя од-д-дни неп-п-прият-т-тнос-с-сти!

– Могу сказать тоже самое, Кыш, - страдальчески вздохнув, он подхватил меня на руки и понёс в сторону гостевой ванной, располагавшейся на первом этаже. И откуда он так хорошо знает планировку дома? Чую заговор на основе мужской солидарности!

– Отпусти меня, - дрожать и заикаться прекратила, хотя всё ещё передёргивало от холода периодически. Дима слушать меня не стал, занёс в ванную комнату и поставил на кафельную плитку. Включив душ, стал регулировать температуру воды, скинув куртку на стиральную машинку и закатав рукава водолазки.

Внимание тут же переключилось с его манипуляций, на сильные мужские руки. Пальцы зачесались от желания исследовать этого представителя противоположного пола, пока разум пытался сопротивляться придуманному плану по заваливанию его на пол, и раздеванию не смотря ни на какое сопротивление, с использованием для убеждения крема для депиляции...

Или восковых полосок. Зависит от степени его сопротивления.

Но победила природная вредность, так что засунув желания куда подальше, до лучших времён, вежливо поинтересовалась:

– Могу я узнать, что ты делаешь?

– Можешь, - лаконично согласился Димка, продолжая набирать воду.

– Интересуюсь, - решив потерпеть и не срываться сразу, не стала ругаться сразу.
– Что ты делаешь?

– Хочу засунуть тебя в тёплую воду. Чтобы ты не простыла, - невозмутимо пожал плечами парень, даже не повернувшись в мою сторону.

Так, я само терпение и спокойствие. Ничто не выведет меня из равновесия... Не считая тупости некоторых мужиков, не побоюсь этого слова! Питекантроп ходячий!

Сделав пару вдохов-выдохов, вежливо, как будто разговариваю с душевно больным, спросила:

– Ты дурак или как?

– Катя...

– Дима, я провела в сугробе каких-то пол минуты! Максимум что могу подхватить - насморк! Какого хрена ты притащил меня в ванную, да ещё и воду набираешь, а? Если негде помыться, так бы сразу и сказал, уступили бы тебе помещение и поделились бы горячей водичкой!
– попытку слинять из помещения просекли сразу, схватив за талию и усадив на всю ту же многострадальную стиралку, где покоились его вещи.

– Катя, я не хочу, что бы ты заболела, - с таким видом, как будто разговаривает с маленьким ребёнком, начал растолковывать мне свои мотивы Дима, обхватив ладонями лицо и поглаживая большим пальцем нижнюю губу.
– Я хочу, что бы ты провела со мной Новый год. Слышишь? Хочу загладить свою вину...

– А ты её хоть понял, а?
– страдальчески вздохнула.
– И что значит, ты хочешь? А меня спросить не надо, да?

– Кать...

– Значит так, Димусик, - он заметно вздрогнул, поморщившись, но слушал меня внимательно. Даже слишком внимательно, больше всего уделяя оное моим губам. Мужчины, млин...
– Сейчас ты уходишь отсюда, пока не вернулся Колька, возвращаешься домой и хорошенько думаешь над своим поведением. И вот когда сделаешь правильные выводы и прекратишь общаться со мной, как с маленьким ребёнком, тогда и поговорим!

– Ты уверена?
– прищурился парень. В его взгляде читалось обещание... Причём такое, что хотелось заранее спрятаться в ближайший бункер.

– Да!
– всё же кивнула головой.

– Хорошо, - покладисто согласился Дима, вытащил из под моей попы куртку и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Почему-то стало обидно. Горько вздохнув, выключила воду и вытащила пробку, смотря в зеркало. Он даже не стал сопротивляться... Спорить... Переубеждать меня...

Эх, не понимают нас мужчины, совершенно не понимают.

– Катька! Что он тут делал?!

Вопль раненного быка, в исполнении Кольки, вывел меня из горестных дум. Ну вот зачем он так рано вернулся?!

Подхватившись, побежала в свою комнату, пока меня не поймали и не начали воспитательные действия в отношении моей многострадальной попы. И почему она всем покою не даёт, а?

***

– Ну и зачем ты приходил?
– устало вздохнув, Колька зевнул прямо в трубку.

– Слушай, не влезай в наши отношения, - поморщившись, потёр воспалённые глаза. Не спать было не лучшей идеей, но зато в голове оформилась идея по поводу того, как поймать в своё полное распоряжение на всю новогоднюю ночь некоторую упрямую личность. Кыш вредина та ещё, из чистого принципа будет опять прятаться.

А нам просто необходимо поговорить... И не только. Не привлекает его как женщина, ага, как же. Вот все бы так "не привлекали"! Хотя нет, пусть лучше она только на меня так действует и больше никто не разглядит за всей её язвительностью, чувственную и привлекательную девушку.

Подавив приступ ревности, вытащил сигарету и закурил, в который раз.

– Что будешь делать-то?
– поинтересовался друг, даже не став возражать против прозвучавшего слова "отношения". Правильно, хорошо меня знает. И понимает, я от неё не отступлюсь. Хотя и придётся играть не честно, но тут уж ничего не поделаешь.

Видимо, пока как в старые добрые времена не треснешь дубинкой по голове и не утащишь в пещеру, не поймёт, что значит для меня гораздо больше, чем кто бы то ни был!

– Коль, а ты не можешь сделать мне одолжение?
– прищурившись, посмотрел на календарь и стоящую на столе вазу. В неё продолжали увядать те самые розы, что Кыш притащила в тот день.

– Смотря, что попросишь, - осторожно откликнулся Николай.

– Привлеки её к доставке цветов. И пусть она завтра, часов в шесть вечера, выполнит один заказ. Принесёт букет, из лилий и роз.