Чтение онлайн

И заберу Варю.

Полностью. Навсегда.

Потому что моя дочь не должна расти в доме, где любовь — это игра на выживание.

А потом… я верну Алису.

Если она простит. Если я заслужу.

Но для начала — я должен закончить этот фарс.

Хорошо, Вика. Ты хотела «взрослый разговор»? Ты его получишь. Только по моим правилам.

Я вышел на балкон, прикрыл за собой дверь, чтобы не слышно было ни шорохов, ни голоса Вики. И набрал самый знакомый номер.

Мама ответила быстро. Словно ждала.

— Витя?

— Мам… — я чуть сжал телефон в ладони. — Слушай, можешь завтра забрать Варю? На вечер. И на ночь. Желательно — до позднего вечера следующего дня.

— Конечно, — без пауз. Без лишних вопросов. Только спокойная уверенность в голосе. — Что случилось?

Я посмотрел на звёзды над городом, на огни фонарей, на окна в соседнем доме, где кто-то, возможно, пил чай и смеялся.

— Просто… нужно кое-что сделать. Очень важно. И я не хочу, чтобы Варя это видела.

Мама вздохнула. Слышно — как с болью, но без давления.

— Заберу. Всё будет хорошо. Ты только… береги себя. Пожалуйста.

— Постараюсь, — ответил я и отключился.

Я стоял на балконе ещё долго. Ночь сжимала город в тихую хватку.

Виктор

Утро наступило быстро. Я не спал почти — глаза были открыты до рассвета, пока обдумывал каждую деталь.

Собирался на работу в молчании. Галстук не ложился ровно, рубашка казалась тесной — но я застегнул всё до конца, глядя на своё отражение, как на чужого.

Дверь гостевой спальни щёлкнула — и Вика вышла. В халате, сонная, но с той лёгкой ухмылкой, что появляется у неё, когда она уверена: всё под контролем.

— Доброе утро, — протянула она, потянувшись. — Варя ещё спит?

Я повернулся к ней. Спокойно.

— Сегодня ужин дома. Только ты и я.

Она замерла. На миг. А потом лицо её — расцвело.

— Ну наконец-то, Витенька. Я знала, что ты одумаешься. Что мы можем снова быть семьёй. Варя — снова в семье. Всё как должно быть.

Я сделал шаг к столу, взял заранее приготовленный конверт и протянул ей.

— Проведи день в салоне. Отдохни. Сделай укладку. Маникюр. Купи что-нибудь красивое. Но не оставайся дома.

Она моргнула.

— Это что? — осторожно взяла конверт.

— Деньги. Хочу, чтобы ты выглядела… безупречно. Вечер всё-таки. Особенный.

Вика улыбнулась шире. Улыбка хищницы. Самодовольной. Победившей.

— Ну ты мой родной. Сразу видно — всё ещё чувствуешь. Увидишь, Витя… у нас всё ещё впереди.

— Посмотрим, — ответил я тихо.

Слишком тихо, чтобы она уловила настоящий смысл.

Она повернулась к зеркалу, уже думая о косметике, наряде, своей "победе".

Позже, на работе, я сидел в кабинете, вертя ручку в пальцах, как оружие. Мысли — острые, резкие. Всё должно быть идеально. Без единой ошибки.

В дверь постучали, и зашёл Макс. Я сразу поднял взгляд.

— Тот парень… что ставит оборудование. Он надёжен?

Макс кивнул.

— Надёжен — не то слово. Он ставил систему в особняке у Олега Платонова. Тот параноик — чуть ли не с детектором лжи живёт. Если кто и умеет делать это так, чтобы не заметили — это он. Скрытые камеры, звук, резервное облако — всё будет.

— Мне важно, чтобы её даже тень не насторожила. Ни диодов, ни лишних углов. И звук — чёткий. В каждой комнате. Особенно — в гостиной и кухне.

— Сделаем, — спокойно ответил Макс. — Я с ним уже говорил. Он зайдёт днём, когда Вика уйдёт в салон. Под видом электрика. Всё поставит за два часа. Я сам проконтролирую.

Я кивнул. Медленно. Челюсти сжались от напряжения.

— Это должно быть чисто. По закону. Без провокаций. Просто… правда. Чтобы весь этот спектакль закончился.

— Виктор, — Макс сел напротив. — Ты уверен, что хочешь это видеть? Слушать?

Я посмотрел в окно. Машины, небо, Петербург в летнем затишье. Всё вокруг — как будто не про мою жизнь.

— Я хочу доказательства, Макс. Чёткие. Бесповоротные. Чтобы потом — в суд. Чтобы Варя не жила с той, кто играет в любовь, пока шепчет про деньги. Чтобы Алиса могла дышать. Чтобы мне не пришлось выбирать между страхом и правдой.

Он не стал спорить. Просто встал и кивнул:

— Вечером всё будет готово. И… если хочешь — я останусь поблизости. На всякий случай.

Вечер.

Я был один. Варю забрала мама, как и просил. Камеры расставлены. Проверены. Работают. Макс подтвердил, что всё чисто. Незаметно. Звук — кристально точный. Каждый шорох, каждый вздох, каждое слово.

Я прошёлся по квартире.

Гостиная — убрана. Стол — накрыт. Белая скатерть, высокий бокал, свечи. Всё, как она любит. Только не ради неё. Ради её падения.

Я сел. Ровно. Спокойно. Как охотник в засаде. Внутри — всё пульсировало. Не от страха. От предвкушения.

Ты хотела красиво? Ты получишь красиво, Вика. Только финал будет не тем, что ты себе нарисовала.

Замок щёлкнул.

Я не обернулся сразу. Дал ей момент. Пусть почувствует, что снова вошла в «свою» роль. Что всё идёт по её плану.

— Вить, — позвала она, шагнув на каблуках по полу. Голос — лёгкий, довольный. — Ну ты и устроил вечер… Я аж не поверила сначала.

Я поднялся. Медленно. Повернулся.

Вика стояла в чёрном платье с глубоким вырезом, волосы уложены, губы накрашены слишком ярко. Улыбалась. Сияла.

Я подошёл, подал руку. Она вложила свою — с видом королевы, вернувшей себе трон.

— Ну что, — сказала, проходя вглубь, оглядывая стол, — романтика? Даже свечи? Вот это ты меня удивил, Витя.

Я налил ей вина. Сел напротив. Камеры ловили каждый её жест. Каждый взгляд. И скоро — каждую фразу.

— Ты заслужила, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Ты так старалась.

Она хихикнула, поднесла бокал к губам. И прошептала, не зная, что каждый её вдох — уже не её.

— О, Витя… если бы ты знал, как всё скоро будет по-другому.

Я улыбнулся.