Любовь серого оттенка. Свет, ставший ядом
Шрифт:
– Попробуй. – Брайен дерзил. Ехидно наблюдал за тем, как его товарищ закатывал рукава. Может быть, получилось бы отыграться на нем? Поделиться тем, что душило и выворачивало наизнанку?
– Ты не в самой лучшей форме, приятель. Я бы на твоем месте был поаккуратнее с призывами к действию.
Ребекка не нуждалась и в секунде для того, чтобы опомниться, собраться и вновь встать стеной на пути Брайена. Она так ловко вернулась на свою позицию, что темный даже растерялся. Былой запал гнева чуть убавился.
– Ты тупая?
– Поаккуратнее с выражениями. – Блэйк толкнул Брайена и закрыл собой Ребекку.
– Точно нарываешься.
Им хватило бы еще пары секунд, еще двух-трех грубых слов, чтобы сорваться и устроить драку. Но в квартиру на звуки скандала вбежали Кайл и Джессика, которые тоже постоянно приходили, так как не могли оставаться в стороне. Темный тут же подлетел к друзьям и встал между ними. Он прекрасно понимал, что потасовка этих двоих не закончится мелкими ссадинами.
– Так, не хватало еще, чтобы мы были друг против друга. Брайен, успокаивайся и не чуди. Честное слово, не очень-то круто вас разнимать.
Разозленные друг на друга темные медленно успокаивались. Первым опомнился Брайен: гнев отступил, желание мстить погасло так же резко, как вспыхнуло пару минут назад. Он в очередной раз осознал, что опасен, что мог навредить Ребекке, которую в стороне держала за руку Джессика. Они о чем-то говорили, но глаз со своего партнера темная не сводила.
– Я не… – Брайен хотел извиниться, но ему в лицо ткнули пальцем.
– Не разговаривай с ней, – процедил Блэйк.
Он успокоил себя тем, что у него еще будет шанс поговорить с ней, еще раз попросить не лезть, не подставлять себя. А пока что он без лишних слов наблюдал за тем, как Блэйк решительно и бесцеремонно выводил Ребекку, бурча что-то о том, что Брайен не достоин жалости и сочувствия.
Брайен услышал о себе достаточно лестных оскорблений, но не огрызнулся в ответ. Он смиренно принял заточение в квартире уже под присмотром Кайла, намеревавшегося дурачиться и отвлекать от насущных проблем, и Джессики, единственной не обращающей на нестабильность Брайена все свое внимание. Она была умнее стычек в лоб или дурацких спектаклей, контролировала и наблюдала издалека, а контроль Брайену точно не помешал бы, он это понимал, но отчаянно не хотел причинять никому боль.
Хватало и того, что он сам был истерзан, только вот товарищи все равно не оставляли его одного.
– Он засранец, Ребекка, и точка, – продолжал ругаться Блэйк, уже выйдя из подъезда наполовину заброшенного дома. – Если бы на его месте был кто-то другой, с ним бы давно расправились. А из этого придурка решили сделать машину для убийств. Начать он планирует с тебя?
Ребекка даже не слушала поток брани и обвинений. Она ни на секунду не сомневалась, что Брайен безобиден для нее и для его близкого окружения. Но она видела, как окончательно и бесповоротно он изменился из-за отношений со светлой и как умело этим воспользовалось правительство.
– Мы должны привести Аврору.
Блэйк остановился, шокированно посмотрел на Ребекку. Показалось, что послышалось, но нет. Девушка была настроена серьезно.
– Не должны.
– Ты не понимаешь. Если мы оставим все так, как есть, Брайен сойдет с ума. И тогда всем будет плохо. Они получат то, что хотели.
– Помнится, как раз эта самая девчонка в одиночку ночью попыталась попасть в наш мир. Она безбашенная. Если бы она любила Брайена своей светлой любовью, давно бы уже маячила в кустах. Или лежала бы там трупом.
Темная опять проигнорировала сарказм. Она молча пошла к границе, и Блэйк вынужден был последовать за ней.
– К чему этот риск?
– Даже если Аврора его не любит, он должен хотя бы увидеть, что она жива.
– Как они меня бесят.
Блэйк смирился, не стал больше спорить, и Ребекка даже улыбнулась, но так, чтобы ее спутник не заметил. Она шла быстро, будто ничего не боялась, но на самом деле шаги за спиной и ворчание подбадривали ее, дарили чувство защищенности.
– Ты ведь помнишь, куда идти? – спросила темная, когда пара почти выбралась из кустов.
– Конечно, ее дом почти у самой границы. Сразу после пустыря.
На всякий случай они шли молча, оглядываясь по сторонам. Блэйк показал на нужное окно, и они оба чуть ли не прижались к стене, чтобы прислушаться к происходящему в комнате.
– Тишина, – заключил Блэйк.
– Быть не может. Они не могли ее убить или где-то запереть. Я почти уверена, что у них другие методы воздействия.
– Так ли много ты знаешь о светлых?
Немного. Но она не привыкла в себе сомневаться. Она же была так уверена, что за запретные отношения накажут только Брайена, а Аврору очистят, как они это называют, и вернут к нормальной жизни.
– Уходим. Нам лучше не торчать здесь.
– Мы не можем уйти без нее.
– Нет, можем. Ее здесь нет. Искать ее больше негде.
Темная не собиралась сдаваться. Она оглядывала дом, терроризировала окно, вслушивалась в каждое сопение. Ей нужна была любая зацепка.
– Нам все равно нечего здесь делать. Мы не знаем, где ее можно найти, – не унимался Блэйк.
– Или знаем…
В стене, между кирпичами, Ребекка обнаружила сложенную записку. Она аккуратно достала из щели бумагу и развернула ее. Как только она прочитала содержание, ее прекрасное личико сразу засияло.
«Я знаю, что тебя зовут Брайен, видел в книжке с ее рисунками. Если ты это читаешь, то, вероятно, ищешь ее. Я Дэйв, ее муж. Теперь она живет со мной в доме неподалеку. И ей нужна твоя помощь. Как пройти к дому, я указал в нарисованной карте. Квартира на первом этаже, все для вас. Окно шестое с краю дома (увидишь на карте). Я специально оставлю ручку в горизонтальном положении, чтобы ты мог его открыть. Если думаешь, что это ловушка, то вот тебе доказательство: ты толкнул меня ночью, и я стукнулся головой об стол. Об этом знаем только мы. Поторопись, может быть уже поздно».
Конец ознакомительного фрагмента.