Любовь сводящая с ума
Шрифт:
Отворачиваюсь, поджимая губы.
Майра по-прежнему стоит и держит меня за руку даря тепло и поддержку.
– Извини не хотела тебя напугать, пристрой его где-нибудь, а я пойду. В моей компании здесь больше никто не нуждается.
Быстрый взгляд на мужчину и я сразу же ухожу.
– Стой… стойй…
Слышу сперва крик, а потом уже звериный рык.
Знаю что он вырвется, и пойдёт за мной.
Но намеренно путая свои следы выхожу к лесному озеру, пусть сам разбирается что ему хочется. Зайдя по пояс в воду появляется желание обернуть и я это делаю.
На берегу стоит чёрный волк внимательно смотря. Узнаю его. Он сегодня просто ушёл увидя меня там на дереве, а теперь и я тоже просто ухожу.
Надо подумать...
Отворачиваюсь и делаю шаг в глубину.
– Так и знал что ты его предашь. Ваши слова лесная нечисть подобны гнилому мусору, ничего не значат и нечего не стоят!
Замираю.
Да как он смеет.
Руки сжимаются в кулаки и все тело сводит от злости
28 глава
Оборачиваюсь и сразу же корни хватают его за руки и ноги, растягивая его конечности в разные стороны.
Взмах руки, новые корни оплетают шею спереди и сзади, сковывая и заставляя опуститься на колени.
Он сопротивляется, злится и рычит. Хочет меняться, вижу по ряби которая идет по телу и сжимаю кулаки сильнее.
Корни затягивают горло и всё-таки роняют его коленями на землю.
Полностью лишаю его кислорода по-прежнему сжимая кулаки и направляюсь на берег.
Видя это…
он вырывает одну из рук и на ней отрастают достаточно большие звериные когти, рука темнеет и покрывается темной шерстью.
Хватается за корни что стягивают шею, желая освободиться.
Но только коснувшись их сразу же появляются другие из-под земли и оплетают поднявшуюся руку дергая её опять вниз.
Подхожу совсем близко, лесной воздух холодит мокрую кожу ног от чего покрываюсь мурашками.
Опять мы встретились и теперь именно он в проигрышном положении а не я, усмехаюсь своим мыслям и…
Поднимаю руку, замечая что она частично обросла коркой очень похожей на кору дерева.
Сперва пугаюсь, шевелю рукой и никакого дискомфорта не ощущаю. Успокаиваюсь…
Щупать ее сейчас и исследовать нет желания но вот прикоснуться к одному мужчине мне очень хочется.
Замираю смотря на него а потом всё-таки касаюсь его щеки ловя удивленно перепуганный взгляд.
Слегка глажу и резко зарываюсь в волосы рукой, сжимая их на затылке.
внутри наступает какое-то умиротворение и покой.
Сейчас я начинаю понимать почему мне стало больно когда он ушел сегодня, даже не обернувшись продемонстрировав что ему на меня наплевать.
Не отпущу никогда…
– Ты говоришь что мои слова ничего не значат? Смотрю на него сверху вниз.
– Я докажу что ты ошибаешься двуликий. Помнишь мои слова что ты принадлежишь мне. Сегодня я тебе это докажу.
Говорю и сильнее стягиваю волосы на голове, намеренно причиняя боль.
Дергается и вдруг рычит.
– я тебя убью…
Опять сжимаю руку в кулак и за ней опять оживают корни затягиваясь на шее.
Он пугается широко открывая глаза и кажется даже бледнеет, а потом наоборот краснеет от нехватки кислорода.
– Это вряд ли...
Живые корни заплетают всю верхнюю часть тела, поднимая его на уровень моего лица, но не позволяя встать во весь рост.
Опять сжимаю руку в кулак и за ней корни затягиваются на шее.
Злой зверь в человеческом обличии, посмевший поднять руку на незнакомую девушку, только потому что он сильнее.
В памяти всплывает собственный ужас и не проходящая боль от ударов и когтей того незнакомого крылатого.
И я точно уверена, что его знакомый воспользовался бы моментом и надругался бы надо мной если бы не спасительная вонь от полыни.
Опять поднимается злость.
– Негодяй...
Зло выдыхаю и со всей силы бью его по щеке. На всю округу разносится громкий звук пощечины и не человеческий рык зверя.
Опять идет рябь по телу говоря о том что он хочет измениться и пытается это сделать. Резко сжимаю кулак полностью перекрывая кислород. Усмехаюсь.
– Не злись это только малая часть той боли которую мне причинил ты. Издевательски произношу и продолжаю.
– Я научу тебя уважать лесных, а скоро и все твоё племя приползет ко мне прося разрешения зайти на нашу территорию и добыть себе еды.
Разжимаю кулак и он, кашляя, начинает смеяться.
– Дура, из твоего народа осталась жалкая горстка никчёмных баб с их выродками. А октальные сидят у нас в подвалах без остановки рожая нам каждый год все больше и больше солдат.
Замираю осознавая про какой кошмар он мне говорит.
В глазах сами по себе начинают скапливаться слезы и он это видит, замирает и почему-то жадно вглядывается.
Как же я ошибалась на его счет.
Зачем только я к нему привязалась и возомнила что он может быть хорошим и добрым.
Сама себя загнала в петлю которая с каждым моим шагом затягивается всё сильнее.
– И у тебя значит есть такая?
Стараюсь быть спокойной и хладнокровной, но не получается. Голос предательски дрожит.
– Конечно, и я каждый раз рву её тело и волю, пока она не сможет зачать очередного моего ребенка.
Меня берет такая злость и жалость к бедной девушке, что появляется желание убить этого монстра
Моего монстра...
Все внутри корёжит от осознания, что он мне дорог.
Что мне надо сейчас его убить за все его слова и действия.
Дыхание учащается и слёзы с новой силой начинают бежать.