Чтение онлайн

— Нашла, кого учить! — выдохнул Влад и с удовольствием расправил плечи. — Как бы ни было хорошо в воздухе, всё же я сухопутное животное.

Олеся тотчас обратилась и теперь стояла перед ним обнажённая, наслаждаясь приятным ветерком и реакцией на неё Владислава. Совсем недавно она сгорела бы от стыда, но сейчас ей нравилось читать в его взгляде восхищение и зарождающееся пламя желания.

Словно не замечая его реакции, Олеся вытащила из рюкзака купальник и не спеша его надела.

— Я готова.

— Я тоже, — недовольно буркнул Владислав.

Затем время побежало так быстро, что они и опомниться не успели, как на горизонте зарделись первые всполохи заката.

Последний раз Олеся купалась так много лишь в детстве, когда они с бабулей приезжали погостить на дачу к её школьной подруге. Тогда она часами напролёт плескалась до посиневших губ, пока за ней не приходила разгневанная бабушка.

Этот чудесный день, проведённый наедине с Владиславом, она надолго запомнит, и не только потому, что им наконец-то удалось вырваться на природу. При одном лишь воспоминании о лесном озере, её щёки начинали гореть, вызывая усмешки Владислава. Уж он-то прекрасно знал, о чём она думает…

Глава 3

Зазвонил ненавистный будильник. Олеся лениво потянулась и безнадёжно уставилась в потолок. Она вспомнила недавние события и с предельной ясностью поняла, что ей сегодня предстоит. По дороге в колледж Олеся была рассеяна, поэтому совершенно забыла о зонтике, который преспокойно лежал в её сумке, в то время как она мокла под мелким моросящем дождём.

Не успела она войти в вестибюль, как её уже встречал незнакомец. Несмотря на антипатию к нему, Олеся не смогла сдержать дрожи в ногах от его волнующего взгляда. Вопреки внутреннему противоборству, хотелось утонуть в этих смоляных глазах, раствориться в его объятиях…

Что это с ней?! Откуда такие мысли? По-видимому, она опять находится под его чарами. Вон и шрама не видать. Вместо него смуглая кожа и лёгкая небритость, которая его совсем не портит, даже наоборот…

Незнакомец, вероятнее всего, читая её мысли, спешил к ней с удивительно доброжелательной улыбкой на лице.

— Рад тебя видеть! Извини за вчерашнее, я был несколько прямолинеен. Пошли в класс, поговорим. Ты увидишь, что я не монстр, и тебе незачем меня бояться.

— В классе, на уроке?

— Об этом не беспокойся, окружающие нас даже не заметят.

— Лихо. Как это у тебя получается?

— Самое обыкновенное колдовство. Я в этом большой мастер.

— Колдовство, говоришь. Ты меня совсем за идиотку держишь? — срываясь на крик, не выдержала она.

— Олеся, ты ещё так мало знаешь о таких как мы. Разве твоё оборотничество менее удивительно, чем колдовство? Так почему ты не веришь в его существование?

— Колдовства не бывает, это сказки. Просто у некоторых людей экстрасенсорные способности развиты намного лучше, чем у других людей. Поэтому они способны воздействовать на…

— Замолчи, я не могу слушать этот бред! По-твоему, ангелы могут существовать, а колдуны нет? Пошли, я продемонстрирую тебе… экстрасенсорные способности, — с издёвкой приказал он.

Олеся семенила за ним, едва поспевая. Незнакомец шёл, не оглядываясь, видимо, даже не сомневаясь, что она беспрекословно выполняет его распоряжение. Они поднялись на третий этаж и остановились перед аудиторией, в которой занималась её группа. Олеся нервничала: прошло, наверное, минуть пятнадцать, как прозвенел звонок на урок.

— Заходи, трусиха, — в том же приказном тоне изрёк незнакомец, видя её насквозь.

— Но, как же я войду, мы ведь опоздали и…

— Вперёд! Ничего не бойся.

Для приличия Олеся робко постучала в дверь, вызвав со стороны незнакомца крайнее неодобрение. Он бросил на неё взгляд, полный презрения, и решительно шагнул в аудиторию.

То, что произошло дальше, показалось настолько ошеломляющим, что Олеся надолго потеряла дар речи. Незнакомец смело подошёл к учительнице и несколько раз провёл ладонью прямо перед её лицом. Не последовало никакой реакции, пожилая дама так и продолжала заученными до автоматизма фразами вещать лекцию по культуроведению.

— Видишь! И ты так сумеешь со временем, если будешь послушной девочкой. — Незнакомец прожёг её взглядом.

— Насколько послушной?

Губы высокомерного нахала медленно растянулись в самодовольную ухмылку:

— Ты меня понимаешь уже с полуслова. Это радует.

— Зато меня не очень. Мне что-то не хочется делать из людей послушных баранов, — с опаской прошептала Олеся.

— Почему ты шепчешь? Они нас не только не видят, но и не слышат. Как можно этого не хотеть? Как может не нравится безграничная сила и власть?

— Значит, может. Так и будем стоять посреди класса?

— Проходи на свободную последнюю парту, так мне будет легче удерживать защитный экран.

— Не всё можно получить силой, есть вещи, которые этому неподвластны. — Олеся решила высказывать собственное мнение при любых обстоятельствах.

— Например?

— Любовь, дружба. Нельзя заставить любить человека насильно.

Внезапно на лице незнакомца появился шрам. Он странно на неё посмотрел и, как ей показалось, по его лицу пробежала тень неуверенности в себе. Но это продолжалось недолго — уже через мгновенье шрам исчез, и её вновь преследовали притягательные глаза со снисходительным взглядом.

— Отчасти ты права. Но я могу сделать так, что твой Влад будет видеть тебя в образе мерзкой отвратной жабы. Поверь мне, его любовь к тебе тут же испарится, даже если он будет знать правду. Так уж устроены мужчины.

— Ты не посмеешь этого сделать! Тогда я возненавижу тебя на всю жизнь!

— От любви до ненависти, как говорится… Но тут ты права: не посмею. Хочу, чтобы между нами оставалось всё по-настоящему.

— По-настоящему?! Да ты постоянно сидишь у меня в голове. Не позволяешь видеть себя настоящего, а ведь ты далеко не урод, даже с этим шрамом!

Его лицо опять изменилось и, как ни странно, Олесе приятнее было видеть его таким, чем в образе высокомерного красавца.

— Я ещё к этому не готов. Но когда ты узнаешь меня получше…

— Влюблюсь без памяти? Наверное, ты никогда не испытывал подобного чувства. Это невозможно, когда твоё сердце уже занято.

— Ошибаешься. Но я не хочу, чтобы ты видела меня таким. Разве можно любить это тело?! — Незнакомец со злостью рванул на себе воротник, и пуговицы от его рубашки разлетелись в разные стороны. Он сбросил с плеч изуродованную сорочку и демонстративно расправил плечи.