Чтение онлайн

— Как и ты вернулась сюда. А место твое рядом со мной.

— Но как же…

Она почувствовала, что его рука потянула за верх безрукавки, и ее обнажившаяся грудь матово засветилась в мерцающем лунном свете.

— Все можно устроить. — Он склонился, чтобы поцеловать ее грудь. — Мы только должны найти решение. — Его губы мягко скользили по ее коже, вызывая в ней радостную дрожь. Желание вспыхнуло в ней, как факел, ее охватило стремление быть как можно ближе к нему. Она оплела ногами его бедра, а он, застонав, прижал ее к себе, и они на несколько мгновений застыли в предчувствии утоления взаимной жажды.

Но почти сразу же она почувствовала, что его пальцы разжались — он отпустил ее. С губ Мэри сорвался слабый протест, она в замешательстве взглянула на него.

— Тони? Что-то не так?

Переведя дыхание, он опустил ладони ей на плечи и отодвинул от себя на расстояние вытянутой руки.

— Все так, любимая. Я просто понял, что еще секунда, и я уже не отвечаю за себя. А я не думаю, что это будет разумно — раз у нас нет с собой никаких предохранительных средств.

Он быстро поцеловал ее, затем отступил назад.

— Вот где кончается моя выдержка.

Его ресницы дрогнули, когда взгляд упал на ее обнаженную грудь. Он быстро бросил ей безрукавку:

— Тебе лучше надеть это и пойти домой. А не то твои оленьи глазки разрушат все мои благие намерения.

Мэри не хотелось уходить. Ведь столько вопросов осталось нерешенными между ними. Безрассудный внутренний голос призывал ее рискнуть и остаться, но в то же время его сдержанность затронула чувствительные струны ее сердца. Он пытался доказать, что достоин ее доверия. Однако ненасытное желание, горевшее в его взгляде, подсказывало, что ей следует поторопиться, если она ценит его жест.

Мэри торопливо натянула безрукавку.

— Но мы так ничего и не решили, — проговорила она, запинаясь.

— Знаю. Но вряд ли я сейчас способен рассуждать здраво. Завтра утром я должен буду съездить по делам, но к вечеру вернусь и приду к тебе.

— Тони…

— Спокойной ночи, любимая, — произнес он твердо. — Мы все решим завтра.

Мэри побрела домой. В ее душе забрезжила надежда, такая же яркая, как луна, сиявшая на черном небе над ее головой. Но, когда она перебралась через последнюю изгородь на пастбище, набежавшее облако внезапно затуманило лунный свет, и Мэри невольно взглянула вверх. Свинцовые грозовые облака надвигались с необычайной скоростью, закрывая луну и звезды. И пока она наблюдала их зловещее движение, необъяснимое чувство нависшей близкой угрозы сжало ее сердце.

Мэри проснулась от стука дождя в оконное стекло. Часы на столике показывали семь, но в комнате было все еще темно. Она вытянулась на постели, затем быстро вскочила и направилась в ванную. Пусть солнце еще не встало, но ей предстоял день, до краев наполненный заботами. Прежде всего необходимо было съездить в город за провизией. Она хотела разделаться с большей частью домашней работы до прихода Тони.

— Тони, — прошептала она, глядя на свое отражение в зеркале ванной. Одного имени было достаточно, чтобы в ее душе вспыхнул теплый огонек, засветившийся в глазах. Мэри была искренне привязана к покойному мужу, но он никогда не вызывал в ней этого радостного волнения.

Она сказала Тони, что желает остаться здесь, но теперь ей представились последствия, связанные с ее переездом. Если отец потеряет ранчо, ей придется искать работу и жилье. Ее доходы от винопроизводства в Калифорнии значительно сократятся — она не сможет со спокойной совестью требовать выплату прежних сумм, если уже не станет больше работать на заводе Кальдеронов.

Следующим был вопрос о действительных намерениях Тони. Он сказал ей, что хочет, чтобы она осталась, что ее место здесь. Но что именно имел он в виду? Теперь, вспоминая его точные слова, она признавалась себе, что он ни разу не упомянул о любви или каких-либо обязательствах. К тому же Ханна предупреждала ее, что у Тони всегда возникают осложнения с долговременными обязательствами.

Мэри потерла лоб, чтобы избавиться от напряжения, которое всегда кончалось для нее головной болью. Может, лучше перестать думать об этом и подождать, что скажет Тони? Приняв такое решение, она открыла кран и побрызгала себе в лицо холодной водой. В конце концов, хуже, чем дела обстоят сейчас, они уже вряд ли обернутся.

Утомленный встречами с агентами фирм, согласных заниматься сбытом вин Голардо, Тони подрулил на автомобиле на стоянку за своим домом. Из-за начавшегося ливня он выехал домой раньше, чем намеревался утром, и дорога потребовала от него много сил и внимания. Но теперь, когда путь был благополучно завершен, в его голове осталась только одна мысль — о встрече с Мэри. О деле, которое предстояло уладить раз и навсегда. Прежде всего он скажет Мэри, что любит ее, — он решил это окончательно прошлой ночью. Он также считал, что ему удалось придумать неплохой выход из сложившейся ситуации.

Он вышел из машины и быстро направился к кухонной двери, но резко остановился, увидев человека, который крадучись завернул за угол большого дома. Подойдя поближе, Тони узнал бесцветные волосы Билла Рэнделла. Снова провел день в постели Ханны, брезгливо подумал Тони. Но что-то заставило его выяснить этот вопрос у самого Билла.

Неслышно подойдя сзади к молодому человеку, который, привстав на цыпочки, пытался теперь заглянуть в окно, Тони спросил:

— Ищите кого-то?

Виновато вздохнув, Билл круто обернулся.

— Я… я просто смотрел… нет ли здесь Ханны.

Его мокрые от дождя волосы висели вдоль худого лица слипшимися прядями, и Тони уже который раз подивился странному вкусу Ханны.

— Я не знаю, где она, — ответил Тони. — Меня с утра не было дома, а что случилось?

Бледно-голубые глаза беспокойно забегали.

— Нет… я надеюсь, что ничего. — Билл нервно проглотил слюну. — Я хотел поговорить с ней. Она весь день не подходит к телефону, и, кажется, в доме никого нет.

Снова у Тони промелькнуло тревожное чувство, что здесь что-то не так.

— У меня есть ключ. Можно войти и посмотреть.

Внутри дома царила сумрачная тишина. На их пути от современно обставленной гостиной до безупречно чистой кухни Тони, включая повсюду свет, несколько раз окликнул Ханну по имени. Они заглянули в столовую, такую же безукоризненную, и поднялись наверх. Ханна не отзывалась.

Дверь спальни была приотворена, и, когда Тони распахнул ее, его глазам предстало неожиданное зрелище. Тони никогда не нравилось сочетание алого и черного, эти цвета наводили его на мысль о борделе. Но комната Ханны, которую он несколько раз видел мельком, всегда была аккуратно прибрана. Теперь же в спальне царил страшный разгром. Красные шелковые простыни были смяты и наполовину сдернуты с кровати, повсюду валялась одежда и белье, а флаконы духов и коробочки с косметикой лежали раздавленные, их содержимое разлилось по черному ковру. Высокое зеркало на ножках в роскошной раме было разбито вдребезги, тяжелая щетка для волос с золотой рукояткой валялась посреди осколков.

Тревожно сдвинув брови, Тони быстро осмотрел комнату и соседнюю с ней ванную.

— Ее нет, — сказал он Биллу, не решавшемуся ступить дальше порога. — Но кто-то здесь основательно поработал. Наверное, мне стоит позвонить в полицию.

— Подождите! — Билл засунул руки в карманы джинсов, и лицо его страдальчески сморщилось. — Я могу объяснить этот беспорядок. Мы вроде как… поспорили вчера вечером.

Тони хорошо был известен крутой нрав Ханны. Она не раз швыряла в его отца разными предметами. Но сейчас степень разгрома удивила даже его.