Чтение онлайн

Она стиснула кулаки. Бранд должен одержать победу, но как? Еще один миг — и он умрет.

Она рванулась было к нему, но Этельстан остановил ее, схватив за запястье.

— Это не ваша битва. Какая разница, кто победит. Все норманны одинаковы.

— Пусти! — Она никак не могла высвободиться. — Это моя битва. Я не позволю Бранду Бьернсону умереть. Я люблю его. Отпусти меня, Этельстан.

Обернувшись, Хререк шутливо отсалютовал ей мечом. Потом снова занес его над головой и рывком опустил, но Бранду удалось увернуться.

— Умоляю тебя, — прошептала она.

— Нет! Я не пущу вас. — Этельстан вывернул ее руку и, когда она выронила кинжал, выпрямился во весь рост. — Я сам. С этим человеком у меня свои счеты. Я узнал его голос. Это он хвастался тем, что нарушил перемирие. Вы были правы. Ваш господин не виновен. Надо было мне уходить сразу, как только вы предложили, миледи.

Схватив кинжал, он бросился вперед. Не в силах смотреть на это, Эдит упала на колени, зажав руками рот.

Время будто остановилось. Она смотрела, как лезвие меча медленно приблизилось к Бранду, как Этельстан, сжимая в руках кинжал, с криком настиг Хререка, а тот, круто развернувшись, парировал его удар и с размаха полоснул мечом. Этельстан упал.

Хререк отразил нападение. С легкостью, почти лениво. Отшвырнув кинжал в сторону, он со свистом рассек воздух мечом. Эдит знала, следующий выпад будет фатальным. И в это мгновение Бранд перекатился вправо, дотянулся до своего меча и пронзил им Хререка.

Норманн замертво рухнул на землю. Поднявшись на ноги, Бранд извлек из его обмякшего тела меч и, обтерев его о весеннюю траву, убрал в ножны таким отработанным движением, что стало ясно: прежде он проделывал это сотни раз. По его плотно сжатым губам Эдит поняла, что он потрясен и растерян. Скорчившись на земле, она ждала, когда он справится со своим потрясением.

Воины из его дружины пленили выживших разбойников и принялись собирать тела своих павших товарищей, готовясь к погребальному костру. Однако к Хререку никто не осмеливался приближаться.

— Я обязан тебе жизнью, Эдит, — произнес Бранд, подходя к ней и помогая подняться. — Своим криком ты спасла меня, да и всех остальных тоже. И благодаря тебе мне удалось одолеть Хререка.

— Не мне ты обязан, — ответила она, едва держась на ногах. Ей хотелось броситься к нему и ощупать его всего, проверить, не ранен ли он. Но после всего случившегося она не смела. — Тебя спас Этельстан.

Бранд взглянул на распростертого на земле слугу. На его губах выступила кровавая пена. Бранд знал, что это значит. Скоро Этельстан умрет. Он повернулся к Эдит, гадая, осознает ли она, что конец близок.

— Ему я обязан не меньше, — проговорил он, опуская голову. — Я окажу ему все возможные почести.

— Теперь ты освободишь его? — В ее глазах мерцали слезы. — Он всего лишь тень прошлого. Он может взять новое имя и верно служить тебе.

— Если б я только мог, — вымолвил он.

— Все ты и твоя дурацкая честь! Есть вещи в тысячу раз важнее чести!

— Эдит… — Он обнял ее за плечи, до сих пор потрясенный тем, как отважно она бросилась на его защиту. Эдит не была похожа ни на одну из его бывших женщин. А он обидел ее — и словом, и делом, — и теперь не заслуживал чести быть с нею. — Он умирает. Он отдал за тебя свою жизнь.

— За меня? — Ее глаза распахнулись. — Но он спасал тебя.

— Как и я, он понял, что ты неминуемо погибнешь, если попытаешься помешать Хререку. У тебя много талантов, Эдит, но ты не воин. Против Хререка у тебя не было ни единого шанса.

Ничего не ответив, она опустилась на землю рядом с умирающим и положила его голову себе на колени.

— Леди Эдит, я хотел рассказать вам… — Этельстан закашлялся.

— Тише, не надо ничего говорить. — Она приложила палец к его губам. — Не трать силы. Твоя семья нуждается в тебе.

— Миледи, я все равно не жилец. Я давно это знаю. Моя старая рана в плече загноилась и не заживает.

— Этельстан, ты не можешь знать наверняка.

Подняв ослабевшую руку, он указал на Бранда.

— Я ошибся, оговорив лорда Бьернсона. Для меня все норманны на одно лицо. Его противник… это он был тем человеком с топором. Это он нарушил перемирие.

— Спасибо за твои слова. — Эдит склонила голову. — Сердцем я всегда знала, что лорд Бьернсон невиновен. И я рада, что и ты теперь это понял. Вся вина лежит только на одном человеке, и этот человек Хререк.

— Я в неоплатном долгу перед вами, — сказал Бранд, преклоняя перед ними колена. Если бы Эдит не закричала, предупреждая о нападении, если бы Этельстан не бросился ему на помощь, то это он лежал бы на земле и умирал. Ревность и гнев ослепили его, когда он обвинил их в предательстве. Испугавшись своего чувства к Эдит, он воспользовался ее поступком, чтобы вбить клин в их отношения. — Этельстан, ты уверен в своих словах?

— Я сам все видел… — Он опять хрипло закашлялся, не в силах договорить.

Конец его был близок, но Бранд понимал, что есть вещи, много важнее того, что случилось в том далеком сражении. Этот человек возвратился ради своей семьи.

— Я обещаю заботиться о твоем сыне, как о своем собственном. Он ни в чем не будет нуждаться. Я воспитаю его храбрым воином.

На губах бывшего мятежника промелькнула слабая улыбка.

— Ничего другого мне и не надо. Считай, что твой долг уплачен.

Его глаза закатились, тело несколько раз сотрясли конвульсии, и Этельстан затих. Наклонившись, Бранд прикрыл ему веки.

— Эдит? — Он бережно тронул ее за плечо. — Все кончено. Он умер.

Одинокая слеза скатилась по ее щеке.

— И что дальше? Мне разрешат похоронить его в поместье? Этельстан достоин того, чтобы упокоиться рядом со своими предками.

Бранд отнял голову Этельстана с ее коленей и сложил руки покойного на груди. Павший воин выглядел до странного умиротворенным. Наверное, в другом месте и в другое время они стали бы хорошими друзьями.

— Хочешь, вернемся в Брекон, Эдит? — мягко спросил он. — Отвезем его тело сами. И забудем обо всем, что случилось.

Она встала и отошла от него. Ее плечи поникли. Решение было за ней, и он молча молился, чтобы она согласилась.

— Нет, — произнесла Эдит, поворачиваясь к нему. Расправив плечи, она вскинула голову — невыразимо прекрасная, несмотря на перепачканное грязью лицо. — Я не смогу забыть этот день. Мы обязаны поехать в Йорвик и доложить обо всем королю. Но я настаиваю, чтобы Этельстана похоронили на церковном дворе, чтобы сын мог навещать его могилу. Это возможно устроить?