Чтение онлайн

– Господин Нямек известил о Вашем желании видеть меня.

За головой показалось тонкое, изящное тело, одетое в строгом академическом стиле: белый верх, черный низ. Секретарша Эристела ушла на время по «зову природы». Другими словами - вернется после родов, и теперь ректору приходилось терпеть неудобства с появлением визитеров в любое время. Собственно, поэтому он и предложил это место Узвелу Нямеку. В нем некромант был уверен, как в себе. Девушка улыбалась, странно поглядывала на некроманта, словно чего-то ожидая от него. Очевидно, что-то промелькнуло в глазах метра Нага, что привело ее в замешательство.

– Проходите, госпожа Субанулатус.

 Некромант улыбнулся, поддерживая мнущуюся у дверей девушку. Она неуверенно подошла ближе к столу.

– Подходите ближе, Дриколания. Разговор не на пять минут. Садитесь.

Мужчина отвернулся к окну, обдумывая, чем именно он может поделиться с новоиспеченным куратором. Девушка нервно сглотнула тугой ком в горле. Но затем взяла себя в руки и почти уверенно подошла и села в предложенное кресло.

– Видите ли, госпожа Субанулатус...

Эристел повернулся к посетительнице и неожиданно загляделся на волосы девушки, завис на несколько секунд: «Немного изменить тон и добавить длинны...» Свободный полет мысли прервало ерзание в кресле. Наваждение спало. Мужчина продолжил ректорским тоном:

– В этом году в нашу академию с подачи магини земли набрана группа наследников драконьей крови.

Девушка непроизвольно дернулась:

– Но, мэтр...

Некромант успокаивающе пожал ее плечо:

– Если это Вас успокоит, Дриколания, то я был против. Однако внешние интересы часто идут в разрез с нашими желаниями, Вам ли не знать. Поэтому Вы мне и понадобились.

Огромные глаза молодой преподавательницы стали еще больше, излучая такие же огромные знаки вопроса.

– Мне уже пришлось столкнуться с этими молодыми особями. Они еще не адепты, но скоро ими станут. Вы у нас преподаватель этики и работы у Вас прибавиться. Это точно. От Вас потребуется самый жесткий спрос, - в девичьих глазах со скоростью света замелькали эмоции.
– Ничего не бойтесь, Дрико. Все проблемы буду решать я.
– Внимательно посмотрев девушке в глаза, ректор дождался соглашающегося, хоть и нервного, кивка.
– И еще, поскольку у упомянутой здесь магини перебор в адептах, я предлагаю Вам набрать и себе группу первокурсников из их числа, конечно же с кровью нагов...

Потом приходили и другие кураторы групп. Всем им ректор сообщал неприятные новости. Последней появилась Новели Рас. С несгибаемым спокойствием она выслушала новость. Немного помолчав, сказала:

– Даже не представляю, как девочка со всем этим справится.

– Что? Вы о чем, Новели? О чем Вы хотели со мной поговорить?
– непонятный страх проклюнулся в сердце Эристела.

– Видите ли господин ректор, наша профессор земли испытывает серьезнейшую антипатию к одной известной Вам первокурснице. А теперь здесь еще и ее питомцы будут. Девочка сильная ясновидящая. Давно таких не было. Дальновидящая и...
– она замолчала, размышляя, - эмпат. Да, Эристел, это наследница Офелии. Я это точно знаю.

– Новели, может Вы ошибаетесь?
– попытался спутать карты некромант.

– Нет, Эристел, и ТЫ это точно знаешь, - старая леди внимательно глядела в серые глаза некроманта.
– Вопрос в том, как скоро об этом узнает Аринар. Как спасать девочку будем?

Глава 6.

– А скажи-ка мне Мамбуся...

Подругу аж подкинуло на кровати. Я хищно улыбнулась. Ну, а чего она постоянно: твой ректор, твой ректор! В душе теплилась надежда (сформированная в конкретное желание), чтоб так оно и было, но озвучивать это направо и налево каждому не позволю! Эрилия прочитала мою задумку ее позлить и вернула мне мой же оскал. Затем преспокойно опять улеглась на кровати. Да уж!

– Что?
– лениво поинтересовалась опасная бестия.

– Еще утром хотела спросить, да закрутилась, - уже примирительно продолжила я.- А как это ты вчера жгучей брюнеткой была, а сегодня - светло-каштановая?

– Меня то же этот вопрос заинтересовал, - Сенти «храбро» поглядывала на Черную Мамбу.

– Да это просто, - после минутного раздумья отозвалась подруга.
– Забыла добавить в шампунь веточку сушенной индигоферы. Насладившись нашими вытянутыми физиономиями, провозгласила:

– 2:1 - в мою пользу!

 Мы с Милисент и не возражали.

– В нашем семействе все молодые особи светлые, почти белые. Черными мы позже стаем. А так у нас только пасть черная. Как разинем пасть-то, все от ужаса леденеют. Она у нас гроб напоминает. Класс, да! Кусать редко приходится. От этого и название пошло. А чтоб статусу соответствовать и не ждать годами, наши девчонки веточки индигоферы в шампунь бросают, а кожу хной раскрашивают. Вот поэтому мы - то русые, то брюнетки. А кожа - от белого мрамора до шоколадного - именно от хны становится. Ну, а если перебор с травкой произойдет, то и ультрамариновыми бываем.

– А это чудо-зелье индигофера любому подходит?
– между прочим поинтересовалась Сенти, глядя куда-то в пол.

– Не знаю, подруга. Этого не знаю. Да тебе оно и не нужно: ты и так на все сто.
– Эрилия читала между строк.

– Правда, что ли?
– встрепенулась «лозиночка».

 В дверь постучались и вопрос остался без ответа.

– Водите, - крикнула Черная Мамба.

Дверь распахнулась. На пороге, запыхавшийся и разгоряченный, весь в красных пятнах от напряжения, стоял господин Нямек собственной персоной с сумкой через плечо.

– Добрый вечер, молодые, красивые. Извините, что поздно, потому как много дел было.
– Мужчина вошел в комнату, подслеповато щурясь от перепада интенсивности света между коридором и комнатой. Он достал ажурно отделанный носовой платочек и вытер вспотевшую лысину.
– Я здесь по распоряжению господина Нага. Принес вам канцелярские принадлежности.

Мы в три пары глаз воззрились на тощую сумочку, водруженную на наш стол.

– Однако...
– Эрилия выразила общее сомнение.

Сумочка открылась по хлопку господина Нямека. Из нее полетели ручки, тетради, листы формата а4, маркеры и всякая другая дребедень, которая используется в любой школе. Тяжело просовывалась, вылезли три объемные пакета с едой.

– Однако, - пришла моя очередь удивляться.

Тем временем, канцелярские принадлежности аккуратно расположились на столе тремя стопочками. Поверх каждой стопки легла именная расчетная карточка. Сумка закрылась под облегченный выдох хозяина: