Чтение онлайн

— Ясолд, ты должна подождать. — Внезапно он оттолкнул меня от себя.

— Ты издеваешься надо мной! — сказала я, глядя на него с разгневанным намерением, когда он повернулся ко мне спиной и подошел к высокому бюро. — Ты умолял меня сделать это вчера, а теперь ты не хочешь меня?

— Я никогда не умоляю, — усмехнулся он, обыскивая ящик бюро. — Я виверн и твоя пара. Мне не нужно умолять.

— Хочешь поспорить? — Я зарычала, скрестив свои руки, и мои глаза сузились, когда я смотрела на него. Я знала, что он не был равнодушен ко мне… простой взгляд на его ширинку опровергал эту идею. — Вчера ты был сосредоточен на мне. Почему ты отвергаешь меня сейчас?

— Виверны также не отвергают, — сказал он, его голос был несколько приглушен, когда он присел на корточки, его голова была глубоко в ящике внизу бюро.

— Ну, ты уверенно делаешь что-то и это не празднование того факта, что Гарет лживый двоеженец, что ты должен делать. Вместо этого ты уткнулся головой в какой-то стол. Что ты там делаешь, Балтик? Собираешься написать несколько писем? Оплатить счета? Вырезать красивые картинки и сделать коллаж? Что?

Он стоял передо мной с маленьким деревянным ящиком в руке. На нем золотом были выгравированы два стилизованных средневековых дракона, их шеи переплетались. Он положил коробку мне в руки.

— Это подарок для тебя.

— Что это? — Я повертела им, рассматривая, мои пальцы скользили по гладкой, полированной древесине.

— Открой.

Я проследила длинные линии одного из драконов на крышке и посмотрела на Балтика.

— Если в нем обручальное кольцо, ты можешь просто забрать его обратно. С меня достаточно брака, спасибо.

— Брак для смертных. — Он сделал нетерпеливый жест. — Ты — моя пара. Это навсегда.

— Пока смерть не разлучит нас, — мягко сказала я, затем улыбнулась. — И после.

— Открой ее, — повторил он.

Я взглянула на большую кровать позади меня. Комната была оформлена в кремовых оттенках и с прохладной голубой привлекательностью, но совершенно не в его стиле.

— Почему бы мне не открыть ее позже, после того, как я доставлю тебе столько удовольствия, сколько ты думаешь, сможешь выдержать?

— Я знаю, сколько выдержу, — сказал он с безумным высокомерием, а затем подтолкнул мои руки. — Открой свой подарок.

— Я люблю ожидание подарков. Как только ты открываешь их, ожидание исчезает.

— Открой его! — сказал он, между его бровями начинала формироваться небольшая нахмурившаяся складочка.

— Давай займемся оральным сексом! — сказала я воодушевленно, двигаясь назад к кровати, похлопывая соблазнительно глазами на него. — Тебе это нравится! Я помню, как ты это делал! Ты снимешь всю одежду и ляжешь, а я устрою тебе ванну с языком, которую ты никогда не забудешь.

— Ради любви святых, женщина, открой эту проклятую коробку!

— А ты говоришь, что никогда не отвергаешь! Ты только что отверг мое предложение о минете, то, что я думала, ни один живой мужчина не сможет сделать. — Он посмотрел мне в глаза, что говорило, что он достиг конца своего довольно несуществующего терпения.

— Отлично! — сказала я быстро, заползая на середину кровати, держа коробку. — Но я просто хочу, чтобы ты помнил, что ты не хочешь орального секса. Хватит на меня так смотреть! Я собираюсь открыть ее. Видишь? Крышка… а-а-ах. — На самом деле у меня не было слов, чтобы сказать; это было скорее выдох эмоций. В коробке был небольшой предмет, что-то между овалом и кругом, сделанный из металла, но теперь потускневший от возраста и времени.

Узнавание мурашками пронеслось по моей коже, когда я смотрела на него, волны электричества, кажется, пронеслись до кончиков моих рук и ног. Я знала этот предмет. Я знала его хорошо, и все же это было так же знакомо мне, как биение моего собственного сердца, и незнакомо так, как я никогда его раньше не видела.

— Знак любви, — сказала я даже не осознавая этого. — Это мой знак любви. Ты сделал это для меня. Но как?..

— Он был в Дауве, в моем логове. Ты спрятала его там, вместе со всеми ценностями в замке, прежде чем Константин напал. Костя обыскал большую часть логова, но он оставил его.

Настолько потускневший, что я едва могла разобрать, грубо нарисованное дерево было выгравировано в серебре, медальон с деревом с тремя верхними ветками, покрытыми листовой, и двумя нижними, несущими сердца.

Я улыбнулась, небольшое воспоминание вернулось ко мне.

— Он сделан из серебра, чтобы не отвлекать тебя, когда я носила его.

— Ты помнишь это? — Он внимательно следил за мной.

— Нет. Да. И то, и другое. — Я протянула руку, чтобы коснуться медальона, желая почувствовать его, взвесить его возраст в руке, но как только мой палец коснулся металлической поверхности, мир начал вращаться.

Я закричала, чувствуя, как будто падаю, но сильные руки поймали меня, теплые и знакомые, его прикосновение разжигали тлеющие угли желания, которые всегда были во мне. Комната потемнела, цвета переходили от светлых к темным, большие янтарные бассейны освещались высокими стоящими канделябрами, свет свечей мерцал и переливался вдоль теней комнаты.

Фигуры тоже переливались, фигуры мужчины и женщины.

— Знак любви? — сказала женщина, улыбаясь мужчине. — Для меня?

— Я сделал это для тебя, когда отплыл из Риги во Францию.

— Это дерево, — сказала она, ее голос резонировал во мне, мои губы раскрылись, чтобы сказать одновременно с ней следующие слова. — Дерево с сердечками?

— Дерево, потому что я знал, что оно порадует тебя. Три ветви для тебя, меня и клана, — сказал Балтик тогда и сейчас, один голос слегка вторя другому.

Меня тянуло к фигуре другой меня, как будто я была сделана из ничего, кроме света и тени, заколебавшись, я оглянулась на Балтика. Он кивнул и я позволила себе слиться с памятью меня прежней. Лицо Балтика изменилось, и он тоже позволил себе погрузиться в свое прежнее я.

— И два сердца, — Ясолд и я сказали одновременно, улыбнувшись ему.

— Я даю тебе этот знак в качестве залога моего сердца, — сказал он, слезы заволокло мои глаза от любви, сияющей в нем.

Ясолд и я поцеловали его, прижимая медальон к груди.

— Это самое замечательное, что я когда-либо получала. Не могу поверить, что ты сделал его для меня.

— Ты поклялась быть моей парой, для меня нет связи сильнее, но ты выросла со смертными. Я думал, тебе понравится.

Я была так тронута, как в то время, так и сейчас, что он пошел на все, чтобы угодить мне.

— Это нелегко было сделать, — сказала я своему Балтику, когда другая Ясолд радостно ворковала над медальоном, прежде чем снова предложить ему свой рот.

Два Балтика переливались, изображение одного накладывалось на другого.