Чтение онлайн

Принц был поражен великолепием приданого. Он и не подозревал, что оно окажется таким огромным. А впрочем… Отец Зенобии вполне мог себе это позволить, ведь стада его неисчислимы.

Вскоре писец принца уже составлял соглашение о приданом – его перо так и летало по пергаменту, записывая один пункт за другим. По законам бедави передача имущества от отца невесты к ее мужу уже делала Одената законным господином Зенобии, но в жилах принца, как и в жилах его невесты, текла также и эллинская кровь, и потому было решено, что официально они поженятся в атриуме дома Забаая, а точная дата будет зависеть от знамений, на которые сегодня же вечером обратят внимание жрецы храма.

Послали за Аль-Зеной, и она вместе с греческим секретарем принца засвидетельствовала подписание документа о помолвке и официальный вопрос, заданный Оденатом своему будущему тестю.

– Ты обещаешь отдать мне в жены свою дочь? – спросил принц.

– Обещаю, – ответил Забаай. – Да даруют нам боги свое благословение.

– Да даруют нам боги свое благословение, – отозвался Оденат.

– Итак… – Аль-Зена нахмурилась. – Ты и впрямь это делаешь?

– Матушка, ты не одобряешь мой выбор?

Аль-Зена вздохнула и повернулась к гостю.

– Не обижайся, Забаай бен-Селим. Я считаю твою дочь очень милым ребенком, но не вижу необходимости в женитьбе моего сына. У него уже есть дети.

– Пальмирой никогда не правили бастарды! – последовал резкий ответ. – Ведь ты наверняка должна знать этот закон.

Оденат спрятал усмешку, а его мать в замешательстве ответила:

– Ты всегда был… чересчур прямолинеен, Забаай бен-Селим. Остается только надеяться, что дочь не пошла в тебя.

– Зенобия – это Зенобия. Она сделает честь этому городу.

– Вот уж действительно! – Аль-Зена презрительно фыркнула и, резко развернувшись, вышла из библиотеки.

Забаай бен-Селим любезно улыбнулся принцу и проговорил:

– Ты ведь пожелаешь увидеться с Зенобией до того, как мы с ней уедем.

Это был не вопрос, а утверждение, и принц в растерянности переспросил:

– Уедете?

– Теперь, когда ваше обручение состоялось официально, мой господин, Зенобия должна вернуться домой. В сложившихся обстоятельствах она больше не может оставаться во дворце. Она прибудет сюда в день свадьбы, а до тех пор вы с ней видеться не должны.

– Но я думал, мы с ней проведем это время, чтобы поближе познакомиться друг с другом…

– Увы, обычаи требуют проявлять сдержанность, – решительно заявил Забаай.

– Чьи обычаи? – воскликнул Оденат.

– Старинные обычаи бедави, мой господин, – ответил гость с невозмутимым видом. – После свадьбы у вас с моей дочерью будет очень много времени, чтобы получше узнать друга друга.

– Я прикажу жрецам из храма Юпитера пожертвовать ягненка сегодня же вечером, чтобы определиться с датой, – сказал принц. – Но сначала схожу к Зенобии и попрощаюсь с ней.

– Я подожду твоего возвращения, мой господин. – Откинувшись на спинку кресла, Забаай протянул свой кубок рабу, чтобы тот его наполнил, и с усмешкой посмотрел вслед молодому кузену, поспешно выходившему из комнаты.

«До чего же ему не терпится!» – мысленно воскликнул вождь бедави. Что ж, краткая разлука только раззадорит его. И пусть Аль-Зена придирается и жалуется, он, Забаай, мог поспорить: мысли о Зенобии прекрасно подстегнут Одената и заставят с нетерпением ждать свадьбы.

Принц не сразу пошел в покои, где разместилась Зенобия. Сначала заглянул в сокровищницу – в хранилище для драгоценностей – и выбрал кольцо, которое собирался подарить в честь помолвки своей будущей жене. Долго выбирать не пришлось – он заприметил это кольцо несколько месяцев назад, когда казначей обнаружил его в полусгнившей кожаной сумке на самой задней полке. Казначей пришел в страшное возбуждение и заявил, что это то самое кольцо, которое царица Савская послала царю Соломону в знак своей любви, и что оно внесено в самые древние списки знаменитых сокровищ.

Взяв кольцо, принц поспешил к Зенобии. В прихожей ее покоев его встретила Баб. Служанка внимательно осмотрела принца с ног до головы, одобрительно кивнула и сообщила:

– Она только что вышла из купальни. Если ты, мой принц, подождешь минутку, моя госпожа будет готова принять тебя.

– Благодарю, Баб, – любезно ответил Оденат.

Ему нравилась эта маленькая кругленькая женщина в простых одеждах, всегда прятавшая под платком свои седеющие волосы. Под солнцем пустыни ее лицо давно стало коричневым, а глубокие морщины были отчетливо видны и вокруг глаз, и у рта.

– Ты будешь добр к моей девочке, – произнесла старушка со спокойной уверенностью.

– Да, Баб, конечно. Я ведь люблю ее и хочу, чтобы она была счастлива.

– Будь с ней тверд, мой господин. Тверд, но и ласков.

– Но разве кто-нибудь может быть твердым с Зенобией? – с улыбкой спросил Оденат.

Баб весело засмеялась, но ответить не успела – в комнату вошла Зенобия, и Оденат, увидев ее, тотчас забыл обо всем на свете. А Баб, улыбаясь, выскользнула из комнаты, оставив влюбленных наедине.

Принц не мог отвести глаз от Зенобии, раскрасневшейся и порозовевшей после купания. От ее распущенных волос и белой туники исходил едва уловимый аромат гиацинта. Несколько секунд Оденат стоял, не в силах шевельнуться. А затем послышался голос Зенобии:

– Рада тебя видеть, мой господин.

И в тот же миг Оденат протянул к ней руки и заключил ее в свои жаркие объятия. Чуть наклонив голову, он прикоснулся губами к ее губам и с удовлетворением ощутил, что ее пронзила дрожь.

– О, Зенобия, Зенобия… – бормотал принц, целуя ее в уголки рта и в прикрытые трепещущие веки.

Затем он снова нашел ее губы, но на сей раз поцелуй был долгим и страстным. Внезапно руки девушки скользнули вверх и обвили его шею, а гибкое юное тело все крепче прижималось к нему. Очарованный ее пробуждавшейся страстью, Оденат провел языком по губам Зенобии, они тотчас же приоткрылись, и из горла девушки вырвался тихий стон. Томление, так таинственно возникшее прошедшей ночью, вновь овладело ею, чтобы терзать и терзать… Оно нахлынуло непонятно откуда – и захлестнуло ее, задыхавшуюся и растерянную. Пальцы Одената теребили ее уже и без того отвердевшие соски, и ей даже хотелось плакать от счастья. Ах, оно было такое новое, такое чудесное, это дивное чувство, что называют любовью…

Наконец Оденат отстранился от нее, и Зенобия чуть покачнулась, но в голове у нее тотчас прояснилось и она обрела равновесие. А затем послышался голос принца, доносившийся, казалось, откуда-то издалека, но слова звучали отчетливо:

– Мы с твоим отцом подписали официальный договор о помолвке, мой цветочек. Но Забаай говорит, что ты должна на время покинуть дворец. То есть мы с тобой не сможем видеться до самого дня свадьбы.

– Но почему? – удивилась Зенобия.

– Он говорит, что таковы обычаи.