Любовь вопреки
Шрифт:
— Что-то он не очень доволен появлением мужа… — иронично посмотрев на девушку, произнёс Щербатов-младший.
— Лёш, ну прости! — засмеялась она. — Просто так было надо! Он проявлял симпатию, видно было, что ему хочется завязать со мной не только деловые отношения. А я не хочу. Пришлось вот так мягко его отшить. Замужество — это же весомый аргумент!
— Ну да, да… — всё так же иронично произнёс мужчина. — Просто признайся, что давно за меня хочешь замуж!
— Безумно! — засмеялась Даша.
— А что, я готов завтраки в постель носить и… Кстати, о завтраках! Я же принёс тебе кое-что! — вспомнив что-то, Алексей кинулся к картонному пакету, оставленному на столе и достал оттуда какой-то пластиковый лоток.
— Что это? — улыбаясь, спросила девушка.
— Блинчики! Между прочим, собственного приготовления!
— Подожди, ты их аж из Москвы вёз?
— Аж из твоей римской квартиры. Кто мне ключи в прошлый раз дал на всякий случай? — напомнил Щербатов.
— Точно! И как же ты успел?
— Я даже немного опоздал. Хотел здесь быть пораньше, но вот, бегал искал джемы в маленьких баночках. Нашёл их, нашёл солёную карамель, а из Москвы захватил сгущёнку и красную икру. Так что, встречай Масленицу! — похвастался он, выставляя на стол всё, что перечислил.
— Лёш… Ты волшебник? — спросила поражённая таким изобилием и его изобретательностью Даша.
— Только учусь! Садись, буду тебя кормить! Я же помню, как сильно ты любишь и этот праздник!
— Конечно, я блины обожаю! — и она присела за стол.
— Ну вот. — мужчина довольно быстро нашёл её посуду в шкафчике, красиво разложил всё и поставил чайник закипать. — Тебя тут кормят вообще?
— Конечно! — усмехнулась девушка в ответ. — Но только супер диетической едой. Я вообще удивляюсь, как ты это пронёс. Лёня вон, приносит мне часто всякие вкусняшки, но пропускают далеко не всё. Но хоть что-то.
— Я думал в Европе правила мягче. Хорошо хоть палата удобная и уютная. Больше на комнату похоже. И диван, и стол со стульями, и холодильник, и чайник, и всё-всё-всё… У нас такое, пожалуй, только в частных больницах и госпиталях. — озираясь по сторонам сделал вывод Алексей.
— Да, только я жду не дождусь, когда меня выпишут. И работать уже хочется, Лёню надо выручать, всё на него свалилось сейчас… И вообще, на свободу! — засмеялась она. — Я сейчас вот на прогулку по саду собиралась. Цвести всё начинает, птички поют, красота… Пойдём?
— Поешь и пойдём обязательно. — подмигнул ей Лёша.
Этот день стал самым счастливым для Даши за всё время пребывания в больнице, да и вообще в Риме. С разрешения Галины Даниловны, Щербатов целый день провёл рядом с Дарьей. Они общались, гуляли по территории, звонили родным с поздравлениями.
А ещё одним приятным событием стало то, что после обеда синьора Тотти позвала девушку на УЗИ, позволив и Алексею присутствовать и именно в этот день. И узист порадовал сообщением о том, что Даша ждёт девочку. Они с Лёшей увидели малышку в мониторе и даже услышали её сердцебиение.
Всего Алексей пробыл в Вечном Городе неделю и даже застал дашину долгожданную выписку, после чего улетел, удостоверившись, что с ней всё хорошо.
За время её госпитализации, накопилось много дел, документов, вопросов по проектам, и Суворина сразу же нырнула с головой в работу, но уже пытаясь не забывать о дочке.
*
Таня по-прежнему ощущала себя очень счастливой, живя жизнью мечты с любимым человеком.
Но, одним прекрасным утром, в их клинике, в кабинете главврача, проходила пятиминутка.
— Итак, вопрос с Шароновым мы разобрали, ждём согласия жены на эту стратегию лечения, а теперь, есть один организационный момент. — сказал Николай Егорович Митрохин — главврач, под руководством которого работала Таня. — Вашему отделению, Татьяна Андреевна, — обращаясь к девушке, продолжил он. — нужен ремонт.
— Я согласна. — закивала она. — Давно просила об этом и вас, и Узварова, как директора этой клиники. Палаты требуют косметического ремонта, кабинеты тоже, плюс необходимо новое оборудование об этом я тоже говорила.
— Ну вот, ваша просьба была услышана. Благодаря стараниям владельцев клиники, нашёлся новый спонсор. Теперь он сможет и оплачивать некоторые операции, и помогать с другими вопросами. Он сейчас придёт, кстати.
В этот же момент, раздался голос секретарши из селектора, которая сообщила, что спонсор прибыл. Митрохин пригласил его в кабинет.
Таня, как и все остальные взглянула на открывающуюся дверь и… обомлела. В кабинет вошёл никто иной, как Стас.
— Проходите, Станислав Викторович, проходите! — Николай Егорович мягким, приглашающим жестом, указал на свободный стул.
По иронии судьбы, этот стул оказался прямо напротив таниного. Горин присел и столкнулся с её небесно-голубыми глазами. Они смотрели друг на друга около минуты, но Татьяна отвела взгляд, переведя его на Митрохина.
— Вот, Татьяна Андреевна! Теперь все вопросы вы будете обсуждать лично с товарищем Гориным, так как все решения по ремонту переходят в ваши, так сказать, руки.
— Приятно познакомиться… Станислав Викторович. — стараясь сдержаться, произнесла девушка, и тут же подскочив, убежала из кабинета под изумлённые взгляды коллег и возглас главврача, пытавшегося её остановить.
— Таня! — услышала она за спиной знакомый голос, петляя по коридорам клиники.
Она остановилась у окна в коридоре, закрывая ладонью лицо и пытаясь остановить набегающие слёзы. В этот момент, её плеча коснулась рука Горина. Она резко развернулась:
— Зачем ты пришёл? К чему это всё? — с яростью выпалила Татьяна.
— Я вспомнил, что ты говорила об отсутствии спонсора и решил…
— И решил мелькать у меня перед глазами каждый день, чтобы я раскаивалась в своём решении, чувствовала угрызения совести, да?
— Нет. Чтобы быть рядом, хотя бы в деловых отношениях… — он присел на подоконник как школьник старших классов. — Я так привык за эти годы к тому, что ты моя, что… Не могу без тебя. Не могу без и не могу с тобой. — горько усмехнулся бизнесмен. — Знал бы, что будет с нами, ни за что не пропадал бы столько в командировках: наслаждался тобой, временем вместе. А статус спонсора даёт мне шанс просто подглядывать за тобой невзначай. — он улыбнулся. — Будто в щелочку двери. Позволишь?