Чтение онлайн

Стоит только подумать об этом, как рядом со мной резко останавливается мужчина, окропив снегом. Чуть не падаю от такого эпичного появления.

— С ума сошёл?

— От тебя, — незамедлительно заявляет он и, подняв очки на шлем, помигивает. — Давно и бесповоротно.

Закатываю глаза и уже разворачиваюсь, чтобы скатиться вниз, как меня прижимают к себе. Уж не знаю, как Тимофей умудрился это провернуть с учётом лыж, но сглатываю, увидев перед глазами его губы в опасной близости от своих. Перевожу взгляд на серые глаза, в которых бушует целый ураган эмоций.

— Вот интересно, — растягиваю каждое слово. — Что будет, если совершенно нечаянно в тебя прилетит палка? Скажем попадёт она по твоей бедовой голове, — с видом великого учёного смотрю на его голову, словно веду сложные математические подсчёты.

— Будет больно.

— Ага.

— Неприятно.

— Естественно.

— И очень обидно, — драматическим шёпотом сообщает Тим, так и не убрав свои наглые лапища с моей поясницы. Несмотря на толстый слой одежды, его прикосновение отчётливо ощущается. — Ведь любимая девушка таким коварным способом желает отделаться от своего верного принца.

— Слушай, принц, — возмущение поднимается во мне волной, хотя к нему приплетается и трепещущая радость, вызванная чисто женским естеством, для которого слова парни являются желанной сладостью. — Ты бы убрал свои лапы от меня. Мы не в тех отношениях, чтобы ты лапал меня безнаказанно, — последнее слово выделяю интонацией, делай тако-ой жирный намёк.

— Это ненадолго, — нагло заявляет тот, ничуть не проникшись угрозой.

— Поразительное самомнение, — бурчу я, пытаясь отстраниться без риска оказаться в снегу.

— Долго ты тут будешь изображать из себя… — не договаривает под моим грозным взглядом. — Погнали наверх, там намного веселее.

— Мне и тут хорошо.

Тимофей окидывает меня оценивающим взглядом, а потом кивает каким-то своим мыслям. Неожиданно отпускает и позволяет скатиться, но уже внизу не даёт мне подобраться к подъёмнику и утаскивает к другому.

— И зачем ты меня туда тащишь? — ворчу, пока стоим в очереди. — Сам прекрасно можешь пару минут постоять один, или подобрать себе подходящую компанию.

— Так я и подобрал подходящую компанию, — с этими словами пододвигается ко мне ближе и закидывает руку на мои плечи, вызывая раздражённый вздох.

Чего я за ним попёрлась? Могла же послать далеко и продолжить кататься на учебной трассе. Так нет же! Позволила этому… гаду себя притащить сюда. Верно говорят, бабы — дуры, а влюблённые бабы — втройне дуры. Стоп! Влюблённые? Я же не… Ну нет! Я же решила, что ничего к нему не чувствую кроме раздражения. Это просто отголоски былых чувств, которые не могли бесследно исчезнуть.

Пока я пытаюсь уговорить себя в невозможности своих чувств относительно одного наглеца, этот самый наглец утягивает меня в кабинку. Прихожу в себя уже на половине пути на гору. Самую высокую. Кидаю взгляд вниз и нервно сглатываю. Под нами пара умников несётся, умело объезжая деревья, камни и выбоины, хотя рядом имеется нормальная хорошо утрамбованная трасса. Даже трамплины есть. Но этим неадекватам мало их.

— И что это значит? — решаю отвлечься на разговор с Тимом, поглядывающим на меня с интересом.

— Я решил показать тебе красоты, которые можно увидеть только с вершины, — невозмутимо отвечает.

Ла-а-адно. Сделаю вид, что верю. Хотя чует моя попа, что не всё так просто.

Вид и правда открывается изумительный. Вокруг заснеженный лес, состоящий в основном из игольчатых деревьев. Виднеющиеся сквозь них трассы выделяются юрким пятном, по которому мелькают разноцветные точки, обозначая людей. Закатное солнце раскрашивает небо в сиреневые, красные и жёлтые оттенки.

Кое-как выбираюсь из кабинки и отъезжаю от подъёмника, чтобы не мешать другим с него слазать. Верчу головой, рассматривая всё, и не сразу замечаю недалеко от себя сестёр Даментьевых. А вот они меня сразу находят взглядом, но почему-то не подъезжают. К тому же, Серёжа что-то им говорит, после чего вся троица, помахав мне, разворачивается и уносится вниз по той самой трассе, на которой есть трамплины. Провожаю их растерянным взглядом и, наконец, поворачиваюсь к сияющему, как начищенная медаль, Тимофею.

— Я осмотрелась, впечатлилась, — говорю ему, рассматривая его в свете закатных лучей, которые создают сказочную атмосферу и падают на мужское лицо, выгодно его подчёркивая светотенью. — Теперь хочу вниз. Как мне туда забраться? — показываю рукой в сторону подъёмника.

— Никак, — радостно отвечает он. — Ты съедешь по трассе.

— Чего?! — я прямо выпадаю в осадок. — Не поеду я по ней никуда.

— Боишься?

— Ты меня на «слабо» не возьмёшь, — задираю нос. — Может и боюсь. Что с того? Так как мне туда так забраться, чтобы раньше времени не вылететь из кабинки?

На лице парня расцветает хитрая улыбка, а в глазах пляшут чёртики. Конечно, это всё блики света, но очень уж похоже на чёртиков.

— Я придумал желание, — радостно оповещает он меня.

Вчера после своего выигрыша Тим долго думал, хотя сейчас мне кажется, что он просто интригу нагнетал, а потом заключил, что прибережёт своё желание и воспользуется им, когда придумает что-то интересное. Я посчитала, что это будет связано как-то с нашими с ним отношениями, что на свидание позовёт, попросит поцеловать или ещё что, но как же я ошиблась.

С подозрением на него смотрю, с таким огромным подозрением. Что-то мне подсказывает, что мне жуть как не понравятся следующие его слова. С сомнением поворачиваюсь то к одному спуску, то к другому, оценивая какой наиболее безобидный.

— Моё желание такое, — выдерживает театральную паузу. Издевается гад. — Я хочу, чтобы ты скатилась с нормальной горы, а не того недоразумения, на котором ты ползала несколько часов, пока я тебя оттуда благородно не забрал.

— Лучше бы ты благородно забыл о моём существовании, — бурчу себе под нос, с тоской глядя на уезжающих вниз на подъёмнике людях.

— Выбирай трассу, — великодушно разрешает Тимофей.

— И на том спасибо, — снова бурчу, смирившись с незавидной участью. — Если со мной что-то случится, то я тебя убью.

— Я прослежу, чтобы всё прошло гладко, — резко становится серьёзным Тим, что не остаётся никаких со мнений — действительно проследит и в случае чего подстрахует и разберётся.

Со скоростью черепахи направляюсь вправо, решив про себя, что она безобиднее той, на которой скрылись друзья, бросив меня один на один с моим персональным кошмаром на новогодние выходные. Тимофей обгоняет меня и становится на небольшом повороте, после которого виднеется более резкий спуск. Кое-как доезжаю до него, обматерив мысленно всё и вся от страха, и останавливаюсь переварить дух от открывшейся картины. Я немного ошиблась насчёт безобидности спуска. Уклон горы меняется несколько раз, а конца трассы не видно из-за деревьев.