Любовь возврату и обмену не подлежит
Шрифт:
Спустя несколько минут начинаю чувствовать на себе чей-то пристальный взгляд, но найти его источник не получается — обзор закрывает угол зала и колонна, у которой к тому же растёт в большой кадке деревце.
— Ну что ж, — отвлекает меня задумчивый голос, и я тут же перевожу внимание на женщину. — Не всё так плохо. С этим можно работать. Скажите, Алёна Дмитриевна, ваш муж в последнее время вёл себе необычно?
— Необычно? — задумывается подруга, стараясь что-нибудь припомнить. — Сложно сказать — мы уже несколько месяцев вместе не живём.
— И всё же, — мягко настаивает адвокат. — Может быть он связывался со странными людьми? Количество денег резко изменилось? Может, были странные звонки?
Наступает относительная тишина. Теперь молчим, чтобы не сбить Алёну с нужной мысли.
Я видела её мужа мельком и один раз, но и так могу с полной уверенностью сказать — мутный тип. От него за версту веет опасностью. Притом не притягательной опасностью, которая есть вокруг сильных мужчин с бешенной харизмой и огромным запасом тестостерона, от которых так и веет сексом, а отталкивающей, разящей гнилью, подлостью. Да, мужчина выглядит хорошо, явно следит за своей внешностью, но это всё перебивается от ощущений, которые он вызывает при взгляде в его глаза, при взаимодействии с ним.
— Вокруг него полгода-год назад постоянно оттиралась девица одна, — медленно произносит Алёнка. — Я сначала жутко ревновала, а потом заметила её странное поведение. Рядом с Максом она вела себя пай-девочкой, робкой, хрупкой, стесняющейся, но при этом одевающейся в откровенные наряды на грани, а вне его поля видимости превращалась в циничную хищницу. Сначала я думала, что она охотница за богатыми мужиками, но потом подслушала её разговор.
— Содержание помните?
— Примерно, — замолкает, чтобы сосредоточиться и ничего не упустить. — «Поставка почти налажена. Он на крючке, осталось немного.» Потом она рассмеялась и заверила, что «этот трусливый олух» никуда теперь не денется. Я так и не поняла о ком она говорила, но у меня имелись мысли, которые я отгоняла.
Елизавета Марковна, помолчав, достаёт телефон, набирает кому-то сообщение.
— Я подниму связи, мы покопаемся, — говорит она. — Чётких сроков сказать не могу. Имя вашего мужа, Алёна Дмитриевна, кажется мне знакомым, поэтому процесс может задержаться. Что-то мне подсказывает, что в вашем деле много подводных камней. Но вы не переживайте — мы со всем разберёмся. Со мной как раз приехал один толковый специалист по бизнес-документам и всему прочему, связанному с большим бизнесом.
Прощаемся с ней, обсуждаем встречу, а потом всё же заказываем нормальную еду. Плавно переходим с этой темы на ближайшие планы. Решаем совершить набег на супермаркет и затариться провизией хотя бы на неделю. Алёне через несколько дней придётся выйти на работу, так как внеплановый небольшой отпуск подходит к концу. Я же решаю воспользоваться шансом и хорошенько изучить всю подноготную продажи иллюстраций, не забывая пополнять ими своё портфолио. Также смогу съездить к бабуле. Мы так и не поговорили о произошедшем на новогодних выходных.
— Через две недели будет встреча выпускников, — как бы между прочим сообщает Алёнка.
— Круто, — равнодушно отзываюсь я, лениво следя, как официант собирает грязную посуду с соседнего столика.
— Мы идём, — уверенно говорит подруга.
— Нет, — также уверенно произношу я.
— Да.
— Нет!
— Почему?
— Что там делать? — задаю, как я думаю, справедливый вопрос.
— Как что?! — возмущается Алёнка. — Одноклассников повидать, школу посетить, с учителями поболтать.
— Зачем? — вопросительно вскидываю брови, ничуть не проникнувшись перспективами. — Я их не видела пять лет и нисколько об этом не жалею. Что мне там делать? Ты, если так хочешь, иди, а я не имею ни малейшего желания.
— Ну, Яна-а, — начинает канючить, как маленький ребёнок. — Пошли со мной. Ну, пожа-а-алуйста. Что тебе стоит поддержать меня? Я же не могу одна прийти! Меня вопросами завалят, а мне и так сейчас не очень хорошо.
— Ага, а так весь удар я возьму на себя, — хмыкаю я.
— Так ты согласна?
Смотрю в эти искрящиеся смешинками глаза и не могу отделаться от ощущения, что мной нагло манипулируют, а я не могу этому противиться.
— Ладно, — сдаюсь я и получаю в ответ радостный визг. — Только если начнут сильно надоедать и бесить — я уйду. Независимо с тобой или без тебя.
Тимофей
Слежу почти из-за кустов за столиком, за которым расположилась Лиза. О чём они говорят не слышно, но мне знать это и не надо. Я нахожусь тут в таком дурацком положение только из-за одной девушки.
Не стал сразу по приезде ломиться к её бабушке в квартиру, прекрасно помня угрозы последней, если ещё раз приближусь к Яне. Пока я не уверен, что мы с любимой идём по одной тропе в одну сторону с одними желаниями, то не буду попадаться грозной старушке на глаза. Хотя более чем уверен, что её агентура скоро доложит о моём возвращении. Сомневаюсь, что моя бабушка сможет утаить мой приезд и не растрезвонит о нём по всему городу. Это просто нереально. Как можно молчать, когда единственный внук за столько лет наконец-таки появился на родине.
Девушек замечаю сразу. В одной из них мигом узнаю Яну, которая облачилась во всё тёплое, а вот другая заставляет к себе присмотреться повнимательнее, потому что кажется знакомой. Пшеничные волосы, голубые глаза, живая мимика. Вспышка узнавания, и я понимаю, кто находится рядом с ней. Удивительно как несносная подружка моей Яны преобразилась.
Хмурюсь, понимая, у кого именно проблемы. Судя по тому, что мне рассказала Лиза, конечно, без подробностей, так, в общих чертах и своих подозрениях, дело — дрянь. Подозреваю, что мне даже ничего врать разгневанному начальству не придётся, когда оно поймёт, что я слинял из офиса в самый разгар. Думаю, придётся подключать связи родителей и хорошенько покопаться в прошлом мужа Васнецовой. Кстати о нём, интересно, что это за ненормальный такой, что взял в жёны эту бестию? Хотя, Ленка тоже тот ещё подарок, но мы же её любим. Но опять-таки, в связи с последними новостями становится сомнительно, что в их паре были искренние чувства. Моя юридическая чуйка подсказывает, что там был голый расчёт. Остаётся понять, что именно может дать Алёна. Насколько я помню, она из обычной среднестатистической семьи, в грязных делах не замешана, с подозрительными людьми не водится или не водилась до недавних пор. Как-то же она связалась с нынешним-своим-пока-ещё-мужем?
За размышлениями и разглядыванием Яны пропускаю момент, когда за моим столиком появляется гость, который прожигает в моей голове дырку въедливым взглядом, давая понять, что никуда мне не сбежать и ничто мне не поможет, поэтому лучше вообще не рыпаться.
— Ну что ты хочешь мне сказать? — тяжело вздохнув, почти с болью отрываю взгляд от желанной девушки и поворачиваюсь к усмехающейся Лизе.
Женщина, прищурив один глаз, окидывает меня проницательным взглядом, в котором явственно читается, что она обо мне думает. Смотрю на неё в ответ с нахальной ухмылкой, подначивая. Борьба взглядов. Кто кого переглядит.
— И кто же из этих двоих та несчастная, которой не повезло стать объектом твоего внимания? — подозрительно легко сдаётся Лиза и, сняв очки, убирает их в кожаный чехол.
— Чего это сразу несчастная?
Но Елизавета только загадочно улыбается и переводит тему. Теперь, получив документы на руки, она посвящает меня в дело со всеми подробностями, связанное с Алёной. Если бы моя помощь не нужна была, то я ничего бы и не узнал. А так, мы вместе составляем план действий, распределяем обязанности, обедаем и расходимся. Я получаю первый звонок от начальства. Как и полагалось, оно очень не в духе. Спокойно выслушиваю поток претензий, а потом в общих чертах рассказываю о деле.