Чтение онлайн

Уже вечером, стоя перед раковиной, набитой горой грязной посуды, я домывала пригоревшие кастрюли. Сил уже не было, но я продолжала тереть, чувствуя себя современной Золушкой. Только моя сказка должна была быть с печальным концом…

— Эй! — кто-то окликнул меня, и я уже поняла, что это могла быть только Эмбер. Она никогда не называет меня по имени.

— К тебе там пришли, — она как-то язвительно скривилась, будто её собственная желчь начала разъедать её вредный характер.

— Кто? — удивлено сдвинула я брови, протирая полотенцем белую чашку.

— Я откуда знаю, парень какой-то. Иди и сама узнавай! — злобно бросила она, скрываясь за деревянной дверью.

Я взволновано сняла с себя фартук, потирая руки о салфетку. Сердце вдруг подскочило, нервная дрожь охватила тело. Сердце не ошиблось, в дверях действительно стоял он…Мой спаситель. Это не сон? Увидев меня, брюнет как-то облегченно вздохнул, теребя в руках какую-то бумагу.

— Дин? Что ты здесь делаешь? — мое дыхание перехватило, щеки начали наливаться ярким сочным красным цветом.

Я чувствовала, как горела моя грудь. Чувствовала, как что-то пульсировало и сжималось в районе живота.

— Тебя ищу, — сладкий голос заласкал мой слух.

— Зачем? — вечно я задаю глупые вопросы не к месту.

— Значит я вселил в тебя веру в добро? — он обеспокоенно разглядывал меня, его голубые зрачки бегали из стороны в сторону, будто боялись встретиться со мной глаза в глаза.

— Дин, я просто, — я замялась, лихорадочно придумывая отмазку.

— Ты таким способом хочешь от меня отделаться? — голубоглазый поднял записку, которую недавно теребил в руках.

Он был сильно расстроен, это я поняла по его опущенным глазам.

— Постой, как ты узнал, где я живу? — недоверчиво спросила я, скрестив руки на груди.

— Это сейчас не важно, Джорджи. — его тон изменился на более ласковый и теплый. — Важно то, что я не хочу с тобой прощаться…

От его слов моя кожа тут же вспыхнула от дикой жажды броситься к нему, наливаясь пунцовым оттенком. Сердце радостно затрепетало в груди. Я хлопала ресницами, внимательнее всматриваясь в напряженные губы голубоглазого. Он пришел ко мне…Я ему нужна…Все внутри меня вибрировало, мурашки выступили на плечах, быстро набирая скорость по всему телу. Я слегка сжала губы, которые пересохли от трепетного волнения. Брюнет поднял на меня свои глаза, в которых пылала страсть. Я тут же тонула в ней, но не искала спасения.

— Джорджи? Кто там? — я вздрагиваю от строго мужского баса.

Боже, это отец! Он не должен узнать о Дине, не должен! Я лихорадочно бросилась к двери, чтобы быстрее исправить неминуемую встречу.

— Дин, тебе лучше сейчас уйти!

— Что? Почему ты опять меня прогоняешь?

Его сожаление в голосе заставляет сердце метаться в панике.

— Пожалуйста, Дин, я всё тебе объясню, только позже!

— Джорджи, что же ты держишь гостя в дверях? — было уже поздно, в прихожей стоял отец, он с интересом окинул взглядом черноволосого.

— Здравствуйте! Вы, наверно, отец Джорджи? — Дин без моего разрешения вошел в дом, разглядывая, напротив стоящего мужчину.

— Да, Майкл Эванз, а вас как зовут молодой человек? — отец подал ему широкую руку.

Все внутри меня тут же рухнуло. Я слишком хорошо знаю отца.

— Дин, Дин Купер, — улыбнулся брюнет и подал ему свою бледную руку.

— Купер? — отец вдруг изменился в лице. — Я не ослышался? Вы сказали Купер?

— Да.

Отец нахмурил свои седые брови, его лицо напряглось, выражая некую опаску и злость. Мое тело тут же задрожало, волосы встали дыбом. Я окинула рассеянным взглядом отца, который сильно напряг свои широкие скулы.

— А ваш отец случайно не Роберт Купер? — с каким-то остережением спросил он, уже недовольно всматриваясь в парня.

— Да, — Дин слегка был шокирован, но легко улыбнулся, оглянувшись в мою сторону. — Вы его знаете?

— Приходилось знать этого мерзавца.

Последние слова отца просто убили меня, и я поспешила все исправить.

— Дин, тебе уже пора! Прошу, уходи…

— Что вы имеете в виду? — будто не слышал меня брюнет, лицо его изменилось на более хмурое и сосредоточенное.

— Что этот ублюдок еще от меня хочет? — отец перешел на повышенный тон. — Джорджи, ты путаешься с сыном этого подонка?

— Папа! — закричала я.

Я была готова провалиться сквозь землю, чтобы только не видеть холодный взгляд своего отца.

— Что еще можно ожидать от тебя? Ты только позоришь нашу семью!

— Что происходит, Джорджи? — встревоженные вопросы голубоглазого, ранят меня в грудь, заставляя наливаться её ядовитой кровью, причиняя неимоверную боль.

— Что случилось? — в комнату зашла взволнованная мама.

— Карен, полюбуйся, наша дочь привела сына того самого Купера в дом.

— Убирайся вон, отпрыск мерзавца, — папа неожиданно хватает Дина за воротник и толкает в сторону.

— Дин здесь не причем, он ни в чем не виноват!!! — из души моей вырывается отчаянный крик, я оттаскиваю отца от ошарашенного парня, который кое-как высвобождается.

— Ах, ты, дрянная девчонка, убирайся из моего дома вместе с этим сукиным сыном! Чтобы мои глаза не видели тебя, дрянь!

Слова отца обидно вонзаются прямо в сердце, разрушая его пополам. Я утираю накопившие слезы, яростно хватаю куртку и вылетаю из дома. Дверь с грохотом захлопывается за нами, означая, что я больше не попаду туда. К черту все! Я гневно пинаю, попавшийся на дороге, камень, натягиваю на себя капюшон.

— Джорджи? — меня окликает встревоженный голос.

— Я же сказала, что тебе нужно уйти! Почему ты меня не послушал? — я даже не заметила, что кричу на него.

Парень тут же нахмуривает свои угольные брови, глаза его не к добру загораются некой злостью, что заставляет меня тут же замолкнуть.

— Садись в машину! — строго бросает он, обходя черный автомобиль.

— Что? — я немного шокирована его злым поведение.

— Садись в машину, говорю! — парень раздосадованно ждет, пока я сделаю шаг вперед.

Его скулы нервно дрожат, он сильно недоволен. Но я слушаюсь, вяло усаживаясь в салон автомобиля, робко опускаю голову. Его пристальный взгляд, склоняет меня сгорбить плечи, чтобы спрятать виноватое лицо.

— Прости, — уже мягко говорит он. — Прости меня…

Парень прислоняется головой о свои бледные руки, сжатые в кулаки. Его поникший вид меня совсем не радует, заставляя сердце сжаться от безысходности, что я сейчас не могу ничего исправить.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — Дин переводит на меня свой опечаленный вид.