Чтение онлайн

– А мама отвернулась. Словно испугалась чего-то… – Андрей честно пытался углубиться в воспоминания. – И тогда я понял, что именно эту девушку … я любил всю жизнь.

– Пап, ну скажи, как тогда! – взмолилась Катя. – Ну встань… Ну пап! Ну скажи: «Девушка, куда вы летите?…» Ну пап! И ты мама! Вставай! Ну предки!

Андрей и Ольга поднялись и подошли друг к другу. Впрочем, без малейшего энтузиазма. Андрей встал за Ольгой и почти уткнулся лицом в ее волосы, как это было тогда, двадцать пять лет назад. Правда, теперь волосы пахли очень дорогим, и очень приторным гелем для укладки. А из-под крашеных в натуральный блонд волос предательски выглядывали коротенькие седые корни. Почему-то Андрей только сейчас обратил внимание на волосы Ольги. Но при этом ему и в голову не пришло вспомнить, насколько седой мужик смотрит на него из зеркала по утрам.

– Девушка, а куда вы летите? – повторил Андрей. Слова прозвучали жалко, по-дурацки и, что хуже всего, Кате и Ольге это было ясно так же, как и ему самому.

– Да не так ты это говорил! – расстроено сказала Ольга, усаживаясь за столик. – Слова те же, но не так!

Катя вздохнула.

– И ты, папа, потом перелез через ограждение моста и что сказал? – она попыталась хоть как-то сгладить неловкость. – Что ты сказал тогда? Ну па-апочка! Пожалуйста!

– Девушка, если вы меня не поцелуете, то я прыгну вниз, – вздохнул Андрей и тоже сел. – Да, так и сказал.

– Мама! – не унималась Катя. – А что ты тогда подумала в ответ? Скажи, ну пожалуйста!

– А, ну да… – вздохнула Ольга. – Мне, конечно, хотелось, чтобы из-за меня погиб юный принц, но мысль о том, что я его больше не увижу, была невыносима. И я его поцеловала.

«И в тот же миг лягушка превратилась в прекрасную принцессу…» Это была совсем другая сказка, и Ольга с трудом сдержалась, чтобы не сказать этого вслух. «Интересно, а что было бы, если бы принц в тот же миг превратился в жабу? Ну, или хотя бы в крокодильчика…»

– И вы оба поняли, что это – судьба… – Катя с удовольствием довела до счастливого конца семейную легенду. – И с тех пор вы любите друг друга вот уже много лет. И надеетесь, что жить будете долго и умрете в один день.

Ольга криво улыбнулась, подумав, что сейчас ей было бы достаточно надежды просто жить долго. А вот насчет умереть – с этим явно можно подождать. Андрей снова опустил глаза на часы. Было десять минут девятого. Он достал сигару и отрезал кончик. Похлопав по карманам, нашел спички и поднялся.

– Я отойду, – сказал он. – Минут на десять… Ну, может, на двадцать.

– Куда это ты? – удивилась Ольга.

– Так я это… – ответил Андрей, – сигару выкурю. В смысле, на улицу выйду и выкурю.

– Да кури уже здесь, – махнув рукой, разрешила Ольга. – Холодно на улице.

– Ну, ты же не любишь табачного дыма, – поднялся Андрей, на ходу раскуривая сигару. – Сделаю тебе приятное, раз в жизни подымлю на улице. Я скоро, не скучайте без меня.

Ольга и Катя некоторое время смотрели ему вслед. Такая выходка отца Катю расстроила: ей хотелось, чтобы в такой день все любили и не могли отойти друг от друга ни на шаг. Да и Ольге, говоря по чести, уход Андрея не доставил ни малейшего удовольствия: пусть бы дымил своей вонючей «Коибой», которая пахнет так же отвратительно, как и дешевая «Прима» без фильтра. Это можно было бы простить, лишь бы сидел напротив и следил, не пора ли уже подлить шампанского.

– А когда он перелезал через перила обратно, он уронил мою сумочку, – нарушила молчание Ольга. – Вместе с только что купленной дорогущей гэдээровской помадой. Но это – семейная тайна. Никому не говори.

Сказав это, Ольга еще больше расстроилась. Как настоящий юрист, она могла пережить все, кроме того, чего не понимала. А в данный момент она не понимала, куда ушел супруг, и что вообще происходит. Ведет себя, как распоследний идиот. Катя же, глядя на маму, тоже расстроилась и тоже не могла понять, что происходит в семье.

Надо сказать, что дочка считала своих родителей почти идеальной парой. Ну, не без проблем, конечно… У кого ж их нет? Но если бы какая-то высшая сила осведомилась у Кати, какой бы она хотела видеть свою будущую семью, то она, не колеблясь ни минуты, выбрала бы в качестве образца своих родителей. «В качестве базовой матрицы, разумеется, вернее, в качестве парадигмы», – все же добавила бы Катя, воспользовавшись языком высокой науки. Высокой наукой для Кати уже пять лет была математика. В Кракове она постигала тонкости работы математического аппарата с точки зрения применения оного в вычислительной технике. Дабы потом их с успехом применить в психологии – науке, которую ни Ольга, ни Андрей считать наукой не могли.

На улице было холодно, и Андрей поднял воротник пиджака, отчего, понятно, намного теплее не стало. Недалеко от него остановилось такси, и из него вышла девушка. Андрей сделал неуверенный шаг навстречу, но следом за девушкой из машины показался импозантный мужчина. Андрей уступил им дорогу и вышел из-под козырька. Огромная капля, то ли с неба, то ли с карниза упала прямехонько на тлеющий кончик сигары и, конечно, потушила ее. Чертыхнувшись, Андрей бросил окурок прямо на землю, что, без сомнения, было свинством с его стороны. «Мог бы и в урну», – мысленно отчитал себя Андрей.

«Ладно, – подумал он, посмотрев на окурок, лежащий прямо посреди дороги. – Попробуем решить простую задачу. У нас есть девушка – одна штука. Надо к ней подойти. Но сделать так, чтобы Ольга с Катюшкой не заметили. Спрашивается – как это сделать? Никак. Разве что поймать ее прямо у входа».

А если она уже внутри? Да, скорее всего, она уже давно пришла. Сидит, ждет его, может быть, даже нервничает. Что она подумает? И какими словами назовет его? Если вообще захочет разговаривать или согласится ответить на его покаянное письмо.

Андрей вошел в ресторан и направился к знакомому метрдотелю. Тот с готовностью улыбнулся постоянному клиенту, обозначив желание оказать практически любые услуги.

– Сюда девушка не заходила? – поинтересовался Андрей. – В смысле, женщина?

– Так девушка или женщина? – уточнил метрдотель. – Какого примерно возраста?

– Ну, женщина, наверное… – глупо улыбнулся Андрей. – Не знаю. Моего, думаю.

– Одна? – поинтересовался метрдотель.

– В смысле? – не понял Андрей.

– Одна или с мужчиной? С мужчинами двое прошло. Поодиночке тоже две входили.

– Наверное, одна.

– А как выглядит? – спросил метрдотель.

– Не знаю, – начал злится на самого себя Андрей. – Ладно, извини. Я тут посижу, если ты не против.

– Пожалуйста, – кивнул метрдотель. – Вот, за столик садитесь. Журналы полистайте.

Андрей присел за столик и открыл первый подвернувшийся под руку журнал, набитый рекламами турагентств и алкоголя. Несколько раз нервно перелистав страницы, он бросил журнал обратно на стол. Взял было другой, но, не раскрывая, положил обратно.