Чтение онлайн

–?Не знаю.

–?Инны. Она никогда не ездит с водителем. Всегда сама за рулем. Я ее машину хорошо запомнила.

–?От какой двери, ты сказала, она отъехала?

–?Вон от той, – Каролина показала. – Там еще знак стоит, что стоянка запрещена. Типичная Инна – она считает, что такие знаки не для нее...

–?Это вход в массажный кабинет Никича.

–?Что же получается, – удивилась Каролина, – она тоже ходит сюда? Любопытно!

–?Почему любопытно? Просто его популярность достигла и светских кругов мадам.

–?Ты же сама говорила мне, что он берет только спортсменов.

–?Да, и мне пришлось его уговаривать.

–?Вот я и говорю, любопытно. Хотя всяко бывает. Пошли?

...Никич долго мял бедро Каролины в месте, где после операции остался рубец. Руки у него были горячие, сильные и нежные одновременно.

–?У вас больших проблем не будет. Думаю, восьми сеансов нам с вами хватит.

–?Как скажете. – Каролина успокоилась и прониклась абсолютным доверием к этому человеку.

–?Никич, мне кажется, маме неплохо было бы сделать и общий массаж, – вмешалась Динка. – Все же столько времени в больнице провела.

–?Я как раз хотел спросить, где вас лечили?

–?В Италии.

–?Вы не хромаете. А кость была задета?

–?Раздроблена. Пуля калибра семь шестьдесят две, все разнесло, собирали по осколочкам.

Никич долго молчал, потом вздохнул, смущенно улыбнулся и спросил:

–?Как вы туда попали?

–?Все организовывал... муж. Но я могу узнать.

–?Мое любопытство не праздное. Как вы заметили, у меня застарелая травма, и врачи никак не могут ничего сделать.

–?Дина рассказывала.

–?Я был бы вам очень признателен, если бы вы все разузнали у вашего мужа.

–?Хорошо. А когда мне приходить на первый сеанс?

Никич проверил в своем органайзере. Что-то черкнул.

–?Через семь дней в это время можете?

–?Конечно можем, – уверенно подтвердила Динка. – Да, мам? Чем скорее начнем, тем лучше. А сегодня вечером ты расспросишь все у Алекса.

–?Хорошо, через неделю мы обязательно приедем. В это же время, – согласилась Каролина.

–?Удивительно обаятельный мужик, – сказала она, когда шла с дочерью к ожидающему их такси.

Динка только затаенно улыбнулась.

Алекс бы назвал ее улыбку улыбкой Джоконды...

Когда через неделю они с Динкой подъехали на десять минут раньше назначенного Никичем времени, – так получилось, что часть Садового кольца они проскочили на зеленый свет почти без остановок – от дверей массажного кабинета отъезжала машина Инны. На этот раз Каролина хорошо разглядела ее за рулем. Никого, кроме Инны, в машине не было.

–?Странно, – сказала она дочери, – судя по тому, где она паркуется и что мы встречаем ее второй раз, она его постоянная клиентка. Тогда почему она ни слова не сказала ему об итальянской больнице? Она же все знает с первого дня нашей поездки.

– Чужая душа потемки, – отделалась Динка дежурной фразой, но Каролина задумалась над своим собственным вопросом.

Наконец в Москве наступили солнечные дни, бабье лето не обмануло ожиданий и явилось подсластить горькую пилюлю пасмурных дней. Ясные вечера баловали москвичей легкой прохладой. Вот бы всегда так, но, увы, на то оно и бабье лето, чтобы промчаться быстро и долго вспоминаться. Если бы не бесконечные хвосты медленно ползущих автомашин на улицах и пробки у перекрестков и разворотов, все было бы хорошо. Два раза Алекс и Каролина выезжали в свет: в театр и в Большой зал консерватории. Каролина вспомнила замечание Динки, что его многие знают, приготовилась к расспросам, любопытным взглядам, усмешкам, но, видимо, знакомые Алекса привыкли к тому, что он время от времени появляется с новой пассией, и особенно ему не докучали. Это показалось обидным. Она сама немного удивилась своему состоянию, вернее, готовности обижаться. «Хотя в нашем возрасте с бабами всяко бывает», – подумала она...

В этот день Каролина занималась в мастерской под руководством Алекса расчисткой второго полотна из итальянской коллекции, когда неожиданно ожил ее сотовый. Она привыкла, что днем никто ей не звонит, дети связываются с ней вечером, поэтому не сразу взяла трубку.

–?Лина? Я уж подумала, что ты сменила номер сотового... – узнала она чуть хрипловатый голос Арины. – Ты... это... прости меня... – без подготовки выпалила та, словно стремилась как можно скорее сказать главные слова, и, что было совершенно неожиданно, шмыгнула носом.

–?Это ты прости меня... – Теперь и у Каролины дрогнул голос.

–?Две идиотки, чуть не зачеркнули двадцать лет дружбы из-за какого-то внезапного мужика...

–?Не какого-то, а самого лучшего.

–?Прости, это я так... Конечно, лучшего.

–?И учти, – Каролина прикрыла трубку рукой и прошептала: – Я его люблю до безумия!

–?Поняла. Иначе мы не умеем. А почему шепотом? Он рядом?

–?Да.

–?И шепот – в воспитательных целях? Чтобы не зазнавался?

–?Все-то ты понимаешь.

–?Так ведь двадцать лет.

–?Вот именно.

–?Я знаю, ты за него вышла замуж, – сказала Арина.

–?Нет еще...

–?Не имеет значения. Главное, вы любите друг друга и живете вместе. Слушай, может, посидим, поболтаем?

–?С удовольствием, – ответила Каролина, не задумываясь. Радость от того, что из небытия вынырнула Арина и что они говорят на своем, дурацком и не очень понятном посторонним языке так, как будто ничего не произошло, наполняла ее, и она готова была ехать куда угодно, лишь бы снова сесть рядом с подругой и слушать ее сентенции.

–?Это Арина? – догадался Алекс.

–?Да.

–?Привет ей от меня. Послушай, пусть она приезжает к нам. Прямо сейчас, не откладывая!

–?Алекс говорит, пусть приезжает прямо сейчас. Приедешь?

–?Я уже в машине. Говори адрес.

...Арина ничуть не изменилась.

Подтянутая, с высокой грудью и тонкой талией, она была хороша, оживлена и такая родная, что Каролина растрогалась и расцеловала ее от всей души в обе щеки и в чуть вздернутый носик. Отстранила, вгляделась – у подруги в глазах стояли слезы.

–?Ничего домик, – небрежно сказала Арина. – Снаружи вроде неказистый, а внутри...

–?Пойдем, с Алексом поздороваешься. Он в мастерской.

–?Столярничает?

–?Почему столярничает?

–?Говорят, сейчас это модно...

–?Нет, это не про нас. Он картины расчищает. Ты знаешь, он оказался страстным коллекционером. Мы в Италии купили своеобразного кота в мешке: два полотна в ужасном состоянии. Вот он сейчас и расчищает их. Это ужасно длительная, нудная и тонкая работа, не дай бог испортить. Но очень интересная. Нам на второй этаж.