Чтение онлайн

 - Наверное, что-то освоить нельзя, - горько завершил рассказ Пол, - нужно иметь соответствующую генетику. Все предки Лина работали с иглой. Существует поверье, что один из его пращуров делал татуировку принцессе Ноин. Знаешь красивую пхасскую легенду про короля Руса?

 Я вспомнила встречу с Никитой Фроловым и кивнула.

 - Да. Если верить преданию, принцесса должна появиться на площади из-под земли в облаке огня семнадцатого мая.

 Пол заулыбался.

 - Красивая сказка. Впрочем, в Англии тоже любят привидения. Не поверишь, цена дома на рынке недвижимости может возрасти на четверть, если в здании обитает призрак. Жаль только, что королева Лима излишне суеверна. Она абсолютно уверена, что Ноин вот-вот материализуется на Пхасо, король Званг женится на ней, и на острове вновь наступит золотой век. Своеобразным паспортом Ноин будет древняя татуировка. Ее рисунок - величайший секрет, государственная тайна Пхасо, как выглядит тату, знают лишь король, его мать, хранитель печати и Лин, чей предок наколол изображение. Поэтому к мастеру особое отношение: он единственный пхасец, которому позволено в любое время дня и ночи прийти без доклада к Звангу.

 - Хорошо быть королевским любимчиком, - не удержалась я.

 Пол махнул рукой.

 - Ты не знаешь Лина! Ему не нужны деньги, он аскет, живет на первом этаже музея, в пятиметровой каморке, спит на походной кровати, носит что подарят, ест пустой рис, не имеет вредных привычек, не пьет, не курит, не смотрит на женщин. В последнее время я забеспокоился о его здоровье.

 - Строгий режим и монодиета могут навредить, - согласилась я.

 - Нет, тут что-то иное, - протянул Пол, - Лин полгода провел в молитвах, не общался с клиентами. Со всеми поступал как с тобой: сидит у стола, смотрит в книгу - у него полно древней литературы, - даже головы не поднимет. Иногда тихо скажет: «Пол, нарисуй сам».

 Потом он стал спать дни напролет. Приду к Лину, а он в каморке дремлет. Только вчера в лабораторию поднялся, похоже, чем-то болел.

 - Ты врач, - подколола я, - неужели не мог диагноз поставить?

 Хирург не обиделся.

 - Без анализов и узи? Я предложил Лину обследование пройти, так он на меня свои глазищи вскинул, словно заморозил. Нет, мастеру нельзя перечить и не стоит ему навязываться.

 - Если ты научился виртуозно делать тату, то зачем служишь в больнице и почему приехал по вызову на «Скорой помощи»?
– запоздало удивилась я.

 Пол пожал плечами.

 - За рисунки нельзя брать деньги. Я хочу стать хоть чуть-чуть похожим на Лина, поэтому не буду зарабатывать на тату. Но кушать хочется. И в отличие от мастера я пока не способен ограничить свой быт тюфяком, табуреткой и одной парой брюк с сандалиями. Служба в больнице дает хороший заработок. Что же касается «Скорой», то на Пхасо там по очереди дежурят все доктора, вчера был мой черед. И я, как паталогоанатом, делал вскрытие Юрия.

 - Инфаркт?
– предположила я.

 Пол покачал головой.

 - Нет.

 - Инсульт? Эмболия? Аневризма аорты?
– строила я догадки.

 - Ты имеешь отношение к медицине?
– удивился Пол.
– Про этиленгликоль слышала?

 - Нет, - призналась я.

 - Этот простейший представитель многоатомных спиртов очень токсичен, не имеет запаха, обладает сладким вкусом, широко применяется в технике и быту. Например, для системы жидкостного охлаждения компьютеров, в производстве целлофана, как компонент крема для обуви и состава для мытья окон, автомобильных антифризов и тормозных жидкостей.

 - Незамерзайка!
– сообразила я.

 - Похоже, Юрий отравился именно этой дрянью, - сказал Пол, - в его крови найден этиленгликоль.

 Я заморгала.

 - Он выпил химическое вещество?

 - Выходит, так, - кивнул Пол, - сам собой спирт ведь в крови не образуется.

 Меня охватило еще большее недоумение.

 - Как можно съесть отраву?

 - Этиленгликоль сладкий, - пояснил хирург, - и он имеет одну интересную особенность. Это не цианистый калий, не что-либо другое, вызывающее мгновенную кончину. Данная отрава сначала никак не действует на человека, смертельной она становится лишь после усвоения печенью. Правда, человеку чудятся всякие запахи. Это свидетельствует, что он отравлен, но на такой симптом никто, как правило, не обращает внимания.

 - Угостился в понедельник, а умер в пятницу!
– подпрыгнула я.
– Идеальный ход для убийцы. На момент смерти жертвы киллер будет иметь твердое алиби.

 - Ну, срок действия препарата гораздо короче, - вздохнул Пол, - он сильно зависит от состояния организма человека. Юрий, похоже, хорошо выпивал! У него с печенью беда была.

 - Его жена упоминала, что муж лечился от алкогольный зависимости, - подтвердила я, - но он завязал с пагубной привычкой.

 - Он-то завязал, а бедная печень так и не оклемалась, - вздохнул Пол, - могу предположить, что Юрий полакомился ядом за пару часов до смерти. Это похоже на убийство.

 - Может, случайность?
– предположила я.

 Пол крякнул:

 - Не думаю.

 - На Пхасо часто случаются преступления?
– спросила я у хирурга.

 Он перевернул пустую чашку на блюдечко.

 - Воровства здесь нет, грабителей, насильников не водится, туристам опасаться нечего. А вот среди местного населения случается всякое. Островное государство мало чем отличается от остальных. Убийства из ревности, мести, желания получить наследство - полный спектр мотивов. Хотя следует отметить, что лишение жизни соплеменника на Пхасо все же крайняя редкость. Чаще всего регистрируются семейные драки, некоторые с нанесением увечий. Но повторяю, туристы - это святое. Пхасцы прекрасно понимают: если иностранцы испугаются, придет конец сытой жизни. Поэтому здешняя пресса никогда не сообщает о тяжких преступлениях, и иностранцев здесь не арестовывают. Пару лет назад был случай с американкой. Ее утопил муж, а представил это как несчастный случай. Не надо считать местных полицейских идиотами, они живо сообразили, что бедняжку удерживали под водой насильно. Никаких сомнений в виновности супруга не возникло. Ну, как думаешь, его задержали?

 - Естественно, - сказала я.

 - А вот и нет, - отбрил Пол, - министр внутренних дел приказал следователю закрыть на все глаза. Дескать, катер перевернулся, и американка утонула.

 - Он покрыл преступника!
– возмутилась я.

 - Из государственных соображений, - подчеркнул Пол, - не захотел шума в газетах. Журналисты в США схватятся за сенсацию, в летнее время мало интересных событий, вот бумагомараки и поднимут вой. «Пхасо - остров смерти», «Американку привезли на Пхасо, чтобы убить». Рейтинг курорта мигом упадет, иностранцы испугаются, начнут отказываться от путевок.

 - Вовсе не обязательно, - не согласилась я, - вспомни цунами, обрушившееся на Таиланд. Многие не подумали отменить отдых даже после ужасных фото пляжей с трупами в прессе.

 - Никогда не знаешь, как обернется дело, - философски заметил Пол.
– Таиланду повезло, а Пхасо мог потерпеть крах. Лучше не рисковать. На всех рекламных плакатах острова красуется лозунг «Рай на земле есть, и он на Пхасо». Ну согласись, в раю не убивают.

 - Там и несчастные случаи не происходят, - вздохнула я, - а ты нарушил местное правило, рассказал мне про этиленгликоль!

 Пол засмеялся.

 - Ты мне нравишься. Еще вчера подумал: какая милая француженка, спокойная, не истеричная, не потеряла голову в трудной ситуации. Вот и захотел тебя заинтересовать столь странным образом. Преступление, тайна - это многим нравится. Ты замужем?

 - Да!
– живо солгала я.
– И на самом деле я уже старая. Имею троих, нет, четверых детей и восемь внуков.

 - Почему не носишь обручальное кольцо?
– не успокаивался Пол.

 - Боюсь потерять, купаясь в океане. Это плохая примета, - вывернулась я.