Чтение онлайн

— Отведите меня к королю, — не скрывая улыбки, попросила она.

Последнее, что она увидела, было подошвой тяжелого сапога.

***

— Алекса Масур…

Приходя в себя, она открыла глаза и увидела самодовольную улыбку Ивара Остина. Алекса попыталась встать, но была скована болью в груди. Резкая боль отдалась от ребер по всему телу так резко, что, казалось, будто болели даже волосы. Она открыла глаза и поняла, что находится в тех же самых покоях, что и раньше. В этом же самом месте у неё вырезали из чрева ребенка.

— Назвал меня по имени? — она положила голову на подушку и улыбнулась. — Как это мило. Почему не шлюха?

— Решил отдать дань уважения, — признался Ивар. Он сидел на краю постели, а вокруг никого не было. — Мы вернулись к тому с чего начали.

— Ага…

— Признаюсь, я уже думал, что ты и вправду не придешь. Но все же совесть у тебя есть и я этому очень рад, — он продолжал улыбаться. — Люди — вот твоя главная слабость. Ты привязана к дочери, привязана к любимому мужику, а после своего маленького восстания стала мучиться совестью. Я все же смог тебя выкурить из лесов.

— Вот в чем дело… — задумалась Алекса. — Так это был ты, да?

— Да, — закивал Ивар. — Пришлось воспользоваться грязными уловками. Хотя какая к чёрту разница, правда? Это всего лишь люди. Стоило добавить в воду один занятный препарат, который для меня изготовил покойный Андре, как всех их поразила болезнь. И знаешь, что во всем этом самое забавное? Они винят во всем тебя. Это был отличный ход с архиепископом. Ну, разве я не молодец, Алекса? Я убил одного старого дурака, посадил на его место родственника, который возомнил, будто бы и вправду мне полезен и благодаря слепой вере собрал весь этот скот.

Пока король хвалился своими заслугами, Алекса окинула взглядом покои и увидела, что на столе стоит теплая похлебка, кусок курицы и два кувшина вина. Ивар продолжал рассказывать, как воплотил план в жизнь, как сделал все сам и как добьется ещё больших успехов. По его извращенной логике стало понятно, что даже больные люди захватят ему королевство Фрагиль.

— …многие умрут, но плевать, — продолжал он. — Главное, что вскоре я доберусь до твоей дочери. И знаешь, что я решил?

— Что? — спросила Алекса, поглядев ему в глаза.

— Карлу Масуру повезло, — Ивар взял локон грязных волос герцогини в руки и стал его гладить. — Ты хороша собой. Такие глаза, такая прыть. Думаю, твоя милая дочурка станет прекрасной любовницей. Скажи, она хороша собой?

— Налей мне вина, — попросила Алекса.

— Хочешь вина?

— Хочу, — кивнула Алекса. — Ты ведь празднуешь. Почему бы не угостить врага? Думаю, я заслужила глоток.

Ивар вскочил с кровати и подбежал к столу. Он был так окрылен успехом, что даже не заметил, как Алекса вывихнула себе запястье на правой руке, как учил конунг Бьорн, ослабила веревку, которой была привязана к спинке кровати и приготовилась нанести удар. Король наполнил кубок, подошел к постели, но не стал поить женщину, а просто вылил ей вино на лицо.

— Напилась? — улыбнулся король.

— Напилась, — поморщившись, Алекса улыбнулась в ответ и плюнула ему в лицо.

Ивар от ярости закипел и попытался её ударить, однако Алекса высвободила руку и одним точным ударом ткнула ему глаз кончиками указательного и среднего пальца. Король вскрикнул и вскочил, схватившись за лицо, что позволило ей развязать вторую руку, оттолкнуть немощного старика в сторону и начать развязывать ноги.

— Шлюха! — заорал Ивар, схватив стул.

Он замахнулся, но промазал. Стул ударил по мягкому матрацу, сломалась одна ножка. Стоило ей освободиться, как она схватила кусок деревяшки и зарядила им в глаз королю. Ивар снова заорал хриплым голосом и пока пытался прийти в себя, Алекса отобрала у него стул, замахнулась и, проигнорировав боль в области груди, ударила так, что предмет мебели развалился о спину короля. Ивар грохнулся на пол и начал протяжно что-то орать.

На вопли короля отозвались последователи. Они начали биться в закрытую дверь, ибо Алекса догадывалась, что эти покои никто и никогда не приходил. Ивар скрывал все свои секреты от людей, что, разумеется, должно сыграть на руку. Она, держась за побитые рёбра, дернулась в сторону стола, обошла его и, пока Ивар пытался встать с пола, чтобы сбежать, нашла коробку с препаратами Андре де Дижона. Это был деревянный ларец под отказ забитый пробирками. Два стеклянных флакона были пусты.

— Вот и все, — Алекса прошла к камину, взяла оттуда кочергу и, покосившись на дверь, поняла, что времени у неё не так много. — Бастард, ты меня слышишь?

Ивар перевернулся на спину и увидел перед собой грязную, уставшую, избитую, но жуткую женщину, у которой в руке была раскаленная кочерга. Она держала её голыми руками, обжигала руки и смотрела на него с такой яростью и гневом, что королю стало плохо. Его сердце стало биться в два раза быстрее и при этом резко останавливалось. Дыхание стало сбитым, а в глазах потемнело.

Замахнувшись кочергой, Предвестница заметила остекленелый взгляд и прыснула. Алекса с трудом удержалась и так громко захохотала, что людей за дверью пронзил ужас.

— Твою мать! — продолжала смеяться Алекса. — Я десять лет ждала этой минуты, а ты, клятый бастард, так испугался, что сдох от страха?! Серьезно?!

Предвестнице оставалось выбросить оружие, покачать головой перед телом мертвого короля и найти в ящике шкафа длинную рубаху, в которую она облачилась, чтобы прикрыть голое тело. Одежда опустилась ей до бёдер.

Когда дверь распахнулась, она сидела на кровати, скрестив ноги, и держала в руках коробку с препаратами Андре. Люди, ворвавшиеся в покои, увидели мертвого мессию, на котором не было никаких следов побоев.

— Ведьма! — зарычал юноша.

— Нет, глупец, — ответила Алекса. — Ведьм не существует. Есть только правители, которые презирают обычный люд. Ивар Остин на протяжении долгих месяцев отравлял воду и убивал вас, чтобы выманить меня. Он никакой не мессия, а я никакая не ведьма. Отправьте людей к озеру на севере, больным людям нужно пить чистую воду, чтобы справиться от отравления.

— Отравление?..

— У меня есть яд, — показав коробку, сказала Алекса. — Дайте мне немного времени, чтобы я смогла приготовить противоядие.

— Ты нас всех погубишь! — зарычал юноша.

— Я могу работать в тюрьме, на цепи и сама принять первую порцию, — сказала Алекса. — Я не прошу меня простить. Можете пытать, бить, насиловать. Делайте, что сочтете нужным. Только позвольте помочь тем, кому ещё можно помочь. Перед смертью мне хочется загладить вину за совершенные ошибки.

— Не сможешь! Ты ведьма! Чудовище!

— Пусть будет так. Позвольте помочь, чтобы после смерти я смогла встретиться перед всевышними силами и попросить у них прощение за все, что натворила. У каждого человека ведь есть право предстать перед Богами. Короли, тираны, диктаторы, все представали перед взором всевышних сил. Я не хочу быть исключением. Прошу, позвольте помочь.