Чтение онлайн

Он не отвечает мне. Рассматривает с ног до головы, как девушка в магазине, а потом ведет подбородком куда-то в сторону.

– В машину сядь и жди меня. Я торт другой возьму.

– Да нет же! Я сама как-нибудь разберусь.

– Обязательно разберешься! – хмыкает Теоман. – Но сначала рубашку мне чистить будешь, – заявляет он серьезным тоном. – Иди, Диана. Сядь в автомобиль и жди меня, – повторяет. – Я не кусаюсь, поверь. Всего лишь хочу помочь. Ты же понимаешь?

Говорит, где стоит машина, даже номер называет, чтобы я не заблудилась.

Сглотнув, я киваю и направляюсь в сторону черного внедорожника. Сажусь на переднее сиденье и жду… Что-то очень много помощников завелось вокруг нас. Раньше такого не наблюдалось. Это очередная игра судьбы, о которой говорил когда-то папа?

Теоман возвращается через минут десять. В руке держит огромную коробку с тортом, а во второй – пакетик с, кажется, другими сладостями. Оставляет все в багажнике, садится за руль.

– Ты меня в таком виде заставила в магазин зайти, – усмехается.

– Я не заставляла… – протестую моментально.

– Ну да, не заставляла. У тебя такой взгляд был… – качает он головой, улыбаясь, демонстрируя ямочки на щеках. – Ладно, неважно. Лучше скажи, почему с той ненормальной поссорилась? Блондинка, да? Третья касса.

– Ага, она. Я объявление увидела, что в кассире нуждаются. Вот и зашла, чтобы поинтересоваться. Но она меня послала, да еще и оскорбила, можно сказать.

– Ты ищешь работу? Зачем?

– Чтобы не остаться голодными? – отвечаю вопросом на вопрос. Даже не понимаю, как я осмеливаюсь. Но этот человек вынуждает меня быть открытой и прямолинейной.

Теоман молчит, как и я. Доезжаем до больницы в полной тишине. Мужчина вручает мне сладости и кивает на дверь. Мол, иди.

– Но не забывай, Диана. Рубашку с пиджаком ты мне обязательно постираешь, – обещает он. – И еще… – тянется к карману, и мне на мгновение кажется, что он протянет мне деньги. Но это всего лишь визитная карточка. – Позвони, когда будешь свободна. Я решу твою проблему с работой. Обязательно решу, – обаятельно улыбается он.

Попрощавшись, Теоман садится за руль и уезжает. Я же в прострации. Не знаю даже, что и думать.

И почему я так глупо улыбаюсь, перечитывая его имя и фамилию на визитке?

«Байдасаров Теоман».

– Поехали уже, – тянет меня за руку Ириша, так ей не терпится покинуть стены больницы.

– Минуту, малыш, я заберу на сестринском посту твою выписку.

Ира уже полностью здорова. Все-таки детский организм, как мне объяснил врач, быстрее справляется с травмами. У сестры остался еще небольшой порез над бровью, но, если верить все тому же врачу, то и от него не останется следа.

А вот маме… Если она придет в себя, то ей понадобится длительное восстановление. И это "если" меня убивает. Нет ничего хуже неопределенности.

Макс звонит мне, когда мы спускаемся вниз, и говорит:

– Я на парковке.

– Идем, – отвечаю я.

Вика приехать не смогла, но спасибо Максиму. Я не знаю, что бы делала без своих друзей.

И все-таки я решила не ехать к Вике. Смысл от одной-двух недель? Потом все равно придется привыкать к своей квартире. Не можем же мы навсегда остаться в гостях.

Но нам с Иришей предстоит привыкать, что друг у друга есть только мы. Надеюсь, пока… и с мамой все будет хорошо.

– О чем задумалась, мелкая? – спрашивает Макс.

Но при этом спрашивает так, будто ждет, что я хочу о чем-то поговорить, поделиться чем-то.

– Думаю, что пора готовиться к школе, – отвечаю.

– Диан, если что, я помогу…

– Спасибо, – стараюсь улыбнуться, хоть и выходит наверняка вымученно. – Ты и так столько для нас сделал.

– Если что… – начинает Макс, но я его прерываю:

– Я всегда могу к тебе обратиться.

– Сечешь, мелкая, – он даже подмигивает, останавливаясь у моего дома, наверняка пытается так меня поддержать. А потом поворачивается к Иришке и спрашивает: – Хочешь за руль?

Я напрягаюсь, не зная, как сестра отреагирует на это. Все-таки воспоминания, детская травма… Со слов психолога, который настойчиво предлагал свои услуги в больнице.

– Давай, – соглашается Ириша и садится на место Макса, когда мы выходим из авто.

Дверь приоткрыта, поэтому друг подзывает меня к себе кивком и тихо говорит:

– Диан, ты в курсе, что засветилась в местных СМИ?

– Что? – хмурюсь, а потом вспоминаю о толпе журналистов перед входом в больницу в день аварии. – А, и что? Они осветили ДТП?

Макс смотрит так, будто я в бункере сижу и ничего вокруг себя не вижу.

– Ты знаешь, чьей любовницей тебя считают? – тихо, но с нажимом говорит. – Константина…

– Хватит! – прерываю я этот бессмысленный разговор. – Ты в курсе, что я не чья-то… – даже язык не поворачивается. – Закончили об этом. Ириша, идем домой, – говорю громче.

– Диана, я и думал, что не зря после новостей…

– Нет, Макс! – опять не даю ему договорить. – Не хочу больше никаких сплетен.

Друга бы стоило послушать, он все-таки мне помогал мне все это время. Но такое раздражение поднимается в груди от его слов, что я с легкостью могу сорваться.

Мы с Иришей заходим в подъезд, и я уже хочу ступить на первую ступеньку, как сестра меня тянет за руку обратно и говорит:

– А почту проверить?

Мамин ежедневный ритуал… Я сколько не проверяла? Там наверняка уже нет места для рекламы. Даже белый уголок торчит из ящика.

Я нахожу нужный ключ на связке, открываю, и нам под ноги сыплется реклама по установке окон, починке компьютеров и тому подобное. Но один конверт торчит прозрачным прямоугольником вверх, на котором значится мое имя. С любопытством достаю его и смотрю на тот угол, где указан отправитель.

Банк? Почему на мое имя пришло письмо из банка?

Пока Иришка собирает выпавшее из почтового ящика, вскрываю плотный конверт.

"Уважаемая Диана Владимировна… Счет… Карта… Банк уведомляет…"