Любовник для Курочки Рябы
Шрифт:
— Нет, — покачала головой Мариша. — Думаю, что их наполнили водой и утопили в море. Иначе полиция, которая обыскала все окрестности возле отеля, обязательно нашла бы их.
А теперь нужно ждать, когда их вынесет на берег.
До гротов, о которых сообщалось в описании острова, оказалось немного дальше, чем мы предполагали. Но гроты того стоили. Мы вошли внутрь одного из них, самого большого и светлого. Оставив лодку, мы прошли немного вглубь.
— Нужно было взять фонари, — сказала Мариша, когда вокруг стало совсем темно и пришлось повернуть назад.
— И провизию, — сказала я. — Я зверски хочу есть. За обедом мне кусок в горло не лез.
В этот момент Юлька обо что-то споткнулась и растянулась на влажном песке. Мы кинулись ее поднимать. Подняв и отряхнув с нашей подруги песок и мелкие камешки, мы наконец обратили внимание на тот предмет, о который она споткнулась. Это была пустая консервная банка, больше чем до половины зарытая в песок. По своему внешнему виду, когда мы ее отрыли, ничем не отличающаяся от тех банок, которые мы закупили на каком-то острове во время нашей поездки с Игорем на Козенцу.
Стряхнув с банки песок, мы внимательно осмотрели ее.
Банка выглядела так, словно ее открыли всего несколько часов назад. Даже остатки ее содержимого, прилипшего к стенкам, еще не успели протухнуть.
— Тут в гроте кто-то был, — сказала Юлька. — И совсем недавно лопал консервы.
Сделав такой вывод, мы более пристально огляделись по сторонам. И вскоре заметили то, чего не увидели с самого начала, поглощенные красотой грота. В одном месте на стене грота было пятно копоти, словно тут долгое время жгли костер. Песок под ним был разровнен, но, немного покопавшись, мы обнаружили черную головешку.
— Кто-то тут был, ел консервы и жег костер, — сказала Юлька.
Еще немного в стороне оттого места, где был разведен костер, мы наткнулись на небольшое возвышение в полу. На нем остались волнистые отпечатки, словно кто-то провел тут некоторое время в спальном мешке. Мариша принялась ползать вокруг этого места и неожиданно вскрикнула.
Мы поспешили к ней. Мариша стояла на четвереньках и указывала на след мужской кроссовки. С трепетом мы вытащили свой тетрадный листок и сверили его со следом на влажном песке. След совпадал.
Мы переглянулись, и нам неожиданно стало жутковато. Полутемный грот уже не казался нам таким привлекательным. Мы поспешно выскочили из него, помчались к своей лодке и, только отъехав на приличное расстояние, немного успокоились.
— Ну и чего мы так перепугались? — спросила у нас Мариша. — Подумаешь, кто-то переночевал в гроте.
— Этот кто-то, судя по отпечатку его ноги, стрелял в меня этой ночью, — сказала я. — Так что есть над чем призадуматься. Кто этот человек?
— Кто бы он ни был, сейчас его нет, — сказала Юлька. — И судя по тому, как он постарался уничтожить за собой следы своего пребывания, возвращаться он не собирается.
— Нужно сообщить о нашей находке Карлу, — сказала Мариша.
— А как мы объясним ему, что плавали в этот грот? — спросила я. — Он никогда не поверит, что мы оказались там случайно. Решит, что мы заодно с тем преступником.
— А мы вовсе и не случайно там оказались, — сказала Мариша. — Мы ведь хотели спрятаться, верно? И переждать опасность, так?
— Ну так, — кивнули мы с Юлькой.
— А тот человек, который ночевал в гроте, тоже не хотел, чтобы его обнаружили. Остров-то один и не такой уж большой.
Если мы, желая спрятаться, подумали про гроты, то и любой другой, зная об их существовании, тоже мог подумать, что лучшего укрытия на ночь и придумать нельзя. Вот и все. У разных людей, в сходной ситуации, когда им необходимо укрыться, мысль сработала одинаково. И мы оказались в том же месте, что и преступник.
— Думаешь, Карл в это поверит?
— Если он настоящий разведчик, то подумает и обязательно поверит, — твердо сказала Мариша.
— Черт, есть хочется, — сказала Юлька. — Эта консервная банка в гроте напомнила мне, что я сегодня почти не ела за обедом. И никто из нас толком не завтракал. Даша, а что там у Игоря стоит под скамейкой?
Я нагнулась и вытащила из-под лавочки пакет, набитый разной снедью. Тут было почти все, что подавали сегодня на обед у нас в отеле. От салфеток до фруктов. И была еще пятилитровая емкость с водой.
— Любит наш Игорек покушать, — сказала я. — Но пять литров воды — это уже перебор.
— Может быть, он хотел после купания в море принять пресный душ, — пожала плечами Мариша. — А может быть, мы лишили его свидания с какой-нибудь местной красавицей.
— Думаешь? — спросила Юлька.
— Ну, ты же на его авансы не откликаешься, — ответила Мариша. — А Игорь мужик в самом соку. Так что ничего удивительного, если он нашел себе другую подружку.
Кажется, Юльку измена Игоря ничуть не расстроила. Мы с аппетитом прикончили почти все из того, что запасливый Игорь приготовил для собственного небольшого пикничка, и почувствовали себя просто заново родившимися людьми. Остатки провизии мы скормили рыбам, которых вскоре наплыло на бесплатное угощение великое множество. И все они были очень занятные.
Так что в этот день мы вернулись в отель только к ужину.
Карл, как ни странно, уже успокоился. Но, выслушав наш рассказ о том, что человек, стрелявший в нас с Кати прошлой ночью, до поры до времени скрывался в гроте, снова заволновался.
— Почему вы не вернулись в отель немедленно, как только обнаружили это? — кричал он на Маришу. — Где вы болтались целых пять часов?
— Не ругай ее, — попросила его я. — Мы заблудились.
— Как? — прошептал Карл. — Как вы могли заблудиться на острове, который весь размером с чайное блюдце?
— Мы так разволновались из-за нашей находки, что забыли, в какую сторону нужно плыть, — сказала я. — Пока разобрались, пока добрались. В общем, мы торопились как могли.
— Зарубите себе на носу, что я больше не поверю ни единому слову любой из вашей троицы, — заявил нам Карл.
И хотя его слова нас обидели и даже оскорбили, но мы не могли не признать, что определенно хоть в чем-то Мариша с Карлом преуспела Ее муж говорил по-русски просто изумительно. Наверняка это достигнуто стараниями его неугомонной супруги.