Любовник
Шрифт:
Моя мама гинеколог со стажем сама подобрала мне оральные контрацептивы, когда я вышла замуж.
– Тебе 26 скоро.
– Всего 26! – поправляю я, - мы не торопимся с детьми.
Мама, скептично улыбнувшись, принимается разливать чай по кружкам. Достает из холодильника сыр и масло, режет хлеб. Все чаще она заводит эту тему, боится, что в итоге, мы с Костей никогда не осчастливим ее внуками.
– Соня у Надежды уже второго ждет. Мальчик будет.
– Она беременна? Я не знала, - мы несколько лет занимались с ней в одном классе по фортепьяно.
– Да, - бросив на меня укоризненный взгляд, проговаривает мама, - внучка и внук. А замуж она вышла позже тебя.
Мы с Костей, однажды поговорив на эту тему, решили не возвращаться к ней до моих 30 лет. Он постоянно на работе, я тоже не планировала обзаводиться отвисшей грудью и растяжками раньше времени. Но, после 30, я думаю, мы обязательно решимся на одного ребеночка.
– Тебе все равно надо на прием ко мне прийти, давно не была.
– Приду.
– Приходи, проверим твои яичники на предмет поликистоза.
После визита к маме я заезжаю в магазин за продуктами, заглядываю в бутик с корейской косметикой, потом захожу в отдел текстиля за комплектом столовых салфеток. У меня такие уже есть, а эти подарю кому-нибудь.
Возвращаюсь домой ближе к вечеру. Готовлю ужин и отглаживаю Костины рубашки. Сам он возвращается в девять, немного навеселе, но в прекрасном расположении духа.
– Как провел время? Хорошо отдохнул?
Муж, широко улыбаясь, идет на меня с распростертыми объятиями и, обхватив талию, пытается оторвать от пола. Я звонко смеюсь, потому что ужасно боюсь щекотки. И еще я рада, что Костя, наконец, перестал хмуриться.
– Ковалев три партии мне проиграл!
– Он там тоже был? – спрашиваю, удивляясь, потому что раньше не слышала, чтобы тот играл в бильярд.
– Ага… а знаешь, что мне Старновский сказал?
– Что?..
– Что отправил свою Ольгу в спортзал, говорит, для того, чтобы она хотя бы немного стала похожей на тебя.
– Зачем?
– Ты ее когда в последний раз видела? – заходит в ванную и, включив воду, начинает намыливать руки.
Я иду следом, снимаю с держателя полотенце, чтобы потом подать его Косте.
– В прошлом месяце.
– Ну?.. Ничего не заметила? – усмехается он, - она же разжирела.
– Она родила всего три месяца назад, - замечаю резонно.
Отчего-то мне по-женски обидно за Ольгу. Она действительно немного поправилась после родов, но это ведь нормально. Во время беременности и кормления грудью организм женщины претерпевает колоссальные изменения. Мужчинам этого, видимо, не понять.
– Ну, а я о чем? Пора приходить в форму.
То, что мужья за спинами жен обсуждают и сравнивают их внешность, тоже не очень приятно.
– Кость, а если я поправлюсь, когда рожу, ты меня разлюбишь? – улыбаясь, спрашиваю беспечно.
– Ты не поправишься, я тебя знаю, - принимает из моих рук полотенце, - ты в этом плане ответственная.
Я вот в этом не уверена, потому что наследственность, прямо скажем, не очень удачная. Моя мама, ее сестра и бабушка всегда были склонными к полноте. Поэтому-то я и слежу за своей фигурой так скрупулезно.
Что будет с ней после родов, одному Богу известно.
– И все же? – не отстаю, следуя по пятам, когда он проходит через прихожую в спальню.
– Вик, ты чего? Ты же не беременная?
– Нет! Просто ответь!
– Не разлюблю, конечно! Я же тебя не за фигуру полюбил! – смеется Костя.
– А за что?
Он пожимает плечами, отвернувшись ко мне спиной, снимает рубашку – поло и бросает ее на кровать.
– Ты идеальная. Самая лучшая.
Глава 9.
Егор.
Среда у меня более или менее разгружена срочными делами. Утром заезжаю в офис к Соболеву обсудить продление договора о сотрудничестве. Вместе меняем несколько пунктов, по которым мои детейлинг – студии единственные, с которыми работают салоны Мота, а когда я выхожу из его кабинета, нос к носу сталкиваюсь с Элькой.
– Привет, Соболенок!
– Твое прозвище морально устарело, Зверь! – поднимает указательный палец вверх, - я уже давно Тюменцева.
– Из головы вылетело, прикинь… Все время забываю.
– Понимаю, - сочувственно кивает, - в твоем возрасте голову беречь нужно, Егорушка.
После традиционного обмена шпильками, приобнимаю ее за плечи и веду вдоль коридора.
– Как жизнь-то? С кем детей оставила?
– С Аней. Заехала ненадолго Моте помочь. Вы же там договор подписать должны были…
– Подписали.
– Отлично. У тебя как?
– Тоже все путем.
Элька многозначительно усмехается. Смотрит на меня, словно поймала на лжи.
– Что?..
– Ты мне зачем Женьку обижаешь?
– Жалуется тебе, что ли?
– Почти каждый день.
– Да? – разворачиваю ее к себе лицом и, склонившись, вкрадчиво проговариваю, - а давай, мы с твоей подружкой сами как-нибудь разберемся, Соболенок.
– Если ты ничего с ней не планируешь, то зачем ты ее держишь?
– Ее никто не держит, - развожу руками, - она прекрасно это знает.
– Ну и сволочь же ты, Егор…
– Ага, я такой.
– Я думала, ты ее счастливой сделаешь, а ты…
– Что я?.. Не оправдал твоих надежд? Так, может, ты ей кого-то более достойного найдешь?
– Конечно, найду, даже не сомневайся.
– Буду очень благодарен.
На этом и расходимся. Элька уходит искать нового кандидата на роль парня ее подруги, а я еду в клуб размяться, да поколотить грушу.
Сваха, бл*дь, выискалась. Вечно свой курносый нос сует, куда не просят. Женя у нас собака бездомная, что ли? Какого ляда она ее вечно пытается пристроить?
Ладно. Резко выдохнув, выкидываю эту бабскую ху*ню из головы и настраиваюсь на плодотворную тренировку. В клубе этом я пока ни разу не был, занимался в другом в соседнем районе. А сюда меня знакомый позвал, он тут тренером работает.
Говорит, круче - сейчас проверим.
Вадик встречает меня у входа и вручает браслет члена клуба. Знакомит с девчонками с рессепшн и ведет на экскурсию.
Действительно, все на уровне. Тренажеры все современные, чисто все и удобно. И главное – ближе к дому.