Чтение онлайн

В голове не укладывается. Выходит, после того как я их застукала, Богдан просто повёл свою шлюху в нашу спальню? Ни угрызений совести, ни чувства вины, а просто переместился туда, где удобнее, понимая, что прятаться больше нет смысла? Это действительно означает только одно: конец. Между нами больше ничего нет и быть не может. С таким развитием событий я даже рада, что так сложилось с Дэном. Я хоть узнала, как это – заниматься сексом и получать от этого удовольствие.

Вздрагиваю, когда чувствую горячее прикосновение к своим плечам. Резко разворачиваюсь и в полутьме различаю силуэт Дэна. Он прикасается ладонью к моей щеке, лбу, накрывает руками мои плечи и резко встряхивает. И только после этого я, кажется, прихожу в себя. Я вся дрожу от холода. Он обнимает меня за плечи и ведёт обратно в ванную. Включает свет, закрывает дверь, снимает с меня халат. А я словно кукла: стою и не могу пошевелиться, даже когда он снимает с меня мокрые холодные трусики.

– Если бы я знал, что ты так болезненно отреагируешь, я бы ни за что тебе ничего не сказал, – говорит, снимая с себя штаны. – Прости, – смотрит мне в глаза, снимая бельё.

И что он собирается делать?

Дэн поднимает меня на руки и заносит в душ. Аккуратно ставит на пол, обнимает одной рукой, прижимая меня к своему горячему телу по сравнению с моим ледяным, словно я уже умерла. Морально, кажется, что да. Второй рукой мужчина включает воду, настраивает температуру.

Дэн обнимает меня обеими руками, прижимает к себе. С одной стороны меня согревают струи горячей воды, а с другой – его тело. Мы молчим, а я дрожу. Внезапно напряжение вырывается наружу горьким потоком слез, обжигая глаза, разбивая сердце. Дело ведь даже не в измене, а в том, как Богдан вёл себя потом, когда я это увидела. Если бы он каялся, сожалел, я бы, пожалуй, поняла и простила. Но его поступок… такое поведение – оно совсем не укладывается в голове.

Так больно…

Мы так стоим до тех пор, пока я не согреваюсь настолько, что кожа начинает пылать. Но только снаружи, внутри всё так же холодно. И пусто, словно в пустыне. Такое ощущение, как будто в моей душе пронеслась разрушительная стихия, оставив после себя выжженную пустоту.

Дэн прикасается пальцами к моему подбородку, вынуждая посмотреть ему в глаза. Удивляюсь, ведь в его взгляде скользит тепло и сострадание. Он совершенно чужой для меня человек, он поступил гадко, но сейчас он единственный, кто рядом и не даёт мне окончательно упасть в пропасть.

А потом он накрывает мои губы своими. Нет, это не поцелуй, это прикосновение, в котором больше чувственности, чем в самом откровенном половом акте. Я всхлипываю. Мне нельзя к нему привыкать. Пусть между мной и мужем конец, но это не значит, что у нас с Дэном могут быть отношения. Он молодой, вспыльчивый, поиграет и пойдёт дальше. А мне это ни к чему. Мне и так тяжело.

Но сейчас я не в силах его оттолкнуть. Мне в этот момент жизненно необходима эта поддержка, отзывчивость, молчаливое понимание.

Дэн выключает воду и помогает мне выйти из душа. Берёт полотенце и вытирает меня, медленно скользя по коже снизу вверх, не избегая интимных участков тела.

Каждое прикосновение медленно разжигает во мне пламя, накрывает воспоминаниями об ошибке, о которой я уже не особо и сожалею. Это стресс? Злость? Желание отомстить? Или это всё он?..

И от его действий тело расслабляется, переключаясь в совершенно другой режим. Желание закручивается тугой спиралью внизу живота. Мои руки в неконтролируемом порыве ложатся на плечи мужчины. Я едва стою на ногах. Когда он добирается до груди и медленно вытирает её, я кусаю губы и жалобно всхлипываю. После чего ловлю его едва заметную улыбку.

– Я поступил опрометчиво, – говорит вдруг, – когда пришёл к тебе. Но знаешь, я не жалею, потому что тогда бы я не узнал, какая ты, – шепчет вкрадчиво, окончательно путая мысли своим хриплым голосом. Закрываю глаза. – И я не остановлюсь, знаешь, – прижимает меня к себе, обжигая дыханием кожу, – ты такая горячая, что свела меня с ума, – выдыхает в ухо, а спираль внизу живота затягивается до предела, когда его возбуждение так ощутимо упирается мне в живот.

– Не стоит, Дэн, – набираюсь смелости возразить собственному желанию, хотя мои руки, наоборот, притягивают его поближе.

– Не волнуйся, я сегодня тебя больше не трону, тебе и так досталось. Но и одну не оставлю, – прикасается губами к моей щеке.

Дэн отпускает меня, быстро вытирается сам и одевается. Помогает мне вытереть волосы, заворачивает меня в полотенце, берёт за руку и ведёт в свою комнату.

Я не сопротивляюсь, когда он надевает на меня свою футболку, укладывает в постель и накрывает одеялом, а потом ложится рядом и обнимает меня. Рядом с ним мне спокойно. Не знаю, откуда в нём столько внутренней силы, но я уверена, что в любой компании он будет её эпицентром. Он как солнце, к которому хочешь или нет, а будешь тянуться, сознательно или неконтролируемо.

Я засыпаю в его объятиях. Истощенный мозг отключается. Меня не беспокоят ни сны, ни мысли. Просто словно кто-то нажал кнопку «выкл». Только прежде чем я заснула, тревожным сигналом вспыхнула одна мысль: что будет, если Богдан нас застанет вдвоём? Не сделает ли он меня виноватой? Или всё же он видел и слышал нас? А может, Дэн это нарочно подстроил? Если да, то зачем?

Просыпаюсь в одной из гостевых комнат. Одна. Часть меня радуется, ведь это означает, что муж не застанет меня в объятиях своего брата. А с другой стороны, как-то тоскливо становится. Так хочется сделать ему больно, ударить в ответ. Но какой смысл? По сути, мы совершили адюльтер одновременно, значит, и виноваты оба одинаково. Только я почему-то чувствовала себя как кусок дерьма, ну и мой муж так же: он тоже решил, что я кусок дерьма, который ему мешает.

Что ж, хоть в чём-то наши мнения совпали.

Вот только я понимаю, что на мне до сих пор футболка Дэна. И совсем не хочется её снимать. Но нужно. В шкафу нахожу пижаму. Её и надеваю, а футболку «любовника» прячу в дальний угол. Горько улыбаюсь от собственного определения, кем мне вдруг стал брат мужа. Ну, какой он мне любовник? Он, очевидно, был пьян, а потом протрезвел, пришел в себя и отнёс меня в другую комнату от греха дальше.

Кому такая, как я, нужна?

Удивительно, что Богдан так долго продержался. Он хоть и старше, но богатый и привлекательный, и для него найти молодую покорную девушку, которая охотно будет удовлетворять все его извращённые потребности – вообще не проблема. Уже нашёл. А я должна вернуться туда, откуда пришла – на помойку. Устроюсь где-нибудь в магазине продавщицей и как-нибудь справлюсь. С голоду не помру.

Выхожу из комнаты, быстро принимаю душ. Собираюсь с мыслями, чтобы поговорить с мужем. Если он, конечно, никуда не уехал. Заодно и спрошу, можно ли пожить у него ещё несколько дней, пока я не устроюсь на работу и не найду жильё. Иду, пытаясь собраться с мыслями. Трудно настроиться на подобный разговор, учитывая, что я человек неконфликтный. Я лучше промолчу, чем буду спорить. По крайней мере, если речь идёт о Богдане. Я вообще ему и слово поперёк боюсь сказать.

Вдруг меня хватают за талию крепкие мужские руки. Не успеваю и глазом моргнуть, как оказываюсь прижатой к чужому телу, а тихий хриплый шёпот возле уха чётко указывает, чьё именно это тело.

– В моей футболке ты мне нравилась больше. Но лучше вообще без неё, – говорит Дэн, а затем скользит языком по моей шее и бесцеремонно запускает руку в мои штаны.

– Прекрати! – требую, удивляясь собственному голосу, похожему на отчаянный писк, но уж никак не на требование. – Нас кто-то может увидеть, – пытаюсь вытащить его руку из своих штанов и выгибаюсь. Только в итоге получается так, что я упираюсь ягодицами в его пах.

– Такая нетерпеливая, – издевается, вжимая меня в себя ещё сильнее и одновременно делая движение бёдрами навстречу. С моих губ срывается обессиленный стон. Этот мужчина – он словно пропитан желанием, которое мгновенно передаётся и мне. Ситуация заводит, как и опасность быть пойманными с поличным. – Не волнуйся, Бодя уехал с охраной, – продолжает он, и рука его тоже продолжает свои поползновения, – вернётся часа через два, не раньше, а прислуга сегодня выходная, это даже я знаю. Мы с тобой здесь только вдвоём, малышка.