Чтение онлайн

Гром выстрела отбросил мужчин друг от друга.

— Я же сказала, прекратите.

Один из мужчин улыбнулся, вставая.

— Молодец, Лианна, — похвалил он.

Лианна посмотрела на него, на его улыбку, от которой у нее пробежал холодок по спине, и внезапно прозрение пронзило ее, как удар электрического тока. Все доказательства были налицо, она не могла не заметить их.

— Не двигайся, — приказала Лианна, не сводя глаз с лица Эдварда. — Скрути его, Элиот.

Быстрым движением Элиот свалил Эдварда на пол и заломил ему руки за спину. Лианна опустила револьвер, у нее вырвался глубокий вздох облегчения.

— Полиция уже едет сюда, — сообщила она.

Элиот кивнул, но лицо его оставалось мрачным.

— Черт побери, кто ты такой? — резким тоном спросил он, обращаясь к незнакомцу.

— Твой брат, — бросил Эдвард, словно выплевывая эти слова.

Элиот никак не мог заставить себя поверить, что его брат и есть воплощение того зла, которое он приписывал воображаемому Эдварду.

— Ты не можешь быть Эдвардом! — воскликнул он.

— Почему? Потому, что сумел выбраться из этой проклятой клиники без твоей помощи? За эти годы многое изменилось.

— Что изменилось? Мама и папа сказали, что тебе придется находиться в клинике до конца жизни.

Эдвард презрительно фыркнул.

— Эти люди ничего не знают о том, что со мной произошло, да им на это и наплевать. В результате катастрофы у меня оказался поврежденным мозг, меня парализовало. Но доктора вылечили меня с помощью лазерной хирургии. Они вернули мне свободу, но не смогли вернуть годы, украденные катастрофой, те годы, которые я прожил один, когда ты меня бросил.

— Боже, я ничего не знал, — тихо произнес Элиот. Отпустив Эдварда, он встал и повернулся к нему спиной. Лианна снова вскинула револьвер, но Эдвард просто сел на полу и провел ладонью по волосам. Этот жест очень напоминал жест Элиота, но все же, как и улыбка, был другим. Эдвард проделал это левой рукой, а не правой.

— Я ничего не знал, — повторил Элиот, — до того самого дня, когда поговорил с мамой и папой. Если бы я только знал, то не оставил бы тебя одного.

Эдвард выглядел мрачным и подавленным.

— Ты знал! — выкрикнул он обвинительным тоном. — Ты же повсюду брал меня с собой.

— Но только в мыслях, — возразил Элиот, опускаясь на пол рядом с Эдвардом.

— Совершенно верно. Мысли у нас с тобой были одинаковые. Но я оказался в этой клинике, как в ловушке, а мысли мои — в теле, которое не могло двигаться. Ты имеешь хоть малейшее представление, как это ужасно: ты приказываешь своим рукам двигаться, глазам открываться, а они не слушаются? Я не мог даже глубоко вздохнуть.

— Я чувствовал это, — признался Элиот. — Я чувствовал твой ужас, вызванный пребыванием в замкнутом пространстве и невозможностью пошевелиться. Вот откуда появилась моя клаустрофобия.

— Твоя клаустрофобия? Конечно, всегда все твое. А как насчет меня? Я мог видеть жизнь только твоими глазами. А потом ты бросил меня.

— Из-за Кей.

— Я возненавидел эту сучку.

— Значит, ты и в самом деле убил ее?

— Причем с превеликим удовольствием. А тебя заставил увидеть это. — Эдвард снова улыбнулся, лицо его перекосилось, на нем появилось печальное выражение, но с оттенком гордости. — Мне понадобилось время, чтобы научиться заставлять тебя видеть мои действия. Но многие годы мне просто было нечем больше заниматься. И еще я научился находиться рядом с тобой, а ты об этом ничего не знал.

— А при чем здесь Мэри Ланден?

Эдвард пожал плечами.

— Я просто тренировался. Ты не слишком интересовался ею. Мне легко удалось внушить ей, что я — это ты. И я разбил ей сердце и заставил ненавидеть тебя.

Элиот взглянул на Лианну, и ее поразила горечь, застывшая в его глазах.

— Да, Лианну я тоже ненавижу, — словно отвечая ему, продолжал Эдвард. — Я ненавижу все, что есть у тебя и чего у меня нет. И если бы она подошла к твоей квартире до того, как ты вернулся, если бы сейчас ты чуть дольше провалялся без сознания на первом этаже, ударь я тебя посильнее, то она была бы мертва. Тебя посадили бы в тюрьму, а я бы завладел всем. — Эдвард переводил ненавидящий взгляд то на Элиота, то на Лианну. Глаза его горели безумным огнем. — Это было бы по-честному. Настала моя очередь.

— Эдвард, — вмешалась в разговор Лианна, — мы нашли в твоей квартире компьютер. Ты умеешь им пользоваться?

Тот презрительно фыркнул.

— Разумеется, умею. Я знаю все, чему учился Элиот. А потом, после операции, администрация штата направила меня в школу торговли. Я знаю о компьютерах гораздо больше, чем мой очаровательный братец. Именно так я и нашел твой адрес. Я перевел деньги с его банковских счетов. Я разыскал Кей.

— Но ты мог получить работу, заработать деньги я купить себе все то, что есть у Элиота. Почему ты решил разрушить жизнь Элиота?

Эдвард посмотрел на Лианну, и она увидела в его глазах безумие, в котором он вряд ли был виноват. Тридцать лет неподвижности могли свести с ума кого угодно.

— Потому что ради справедливости нам следовало поменяться местами. Теперь я должен наслаждаться всем тем, чем наслаждался Элиот, а он должен сидеть в тюрьме, как это было со мной. Мне недостаточно было иметь такие же, как у него, машину, одежду. Мне нужна вся его жизнь. Я должен занять его место.

— Значит, я не сумасшедший, — проговорил Элиот, внезапно осознав это. — Все делал ты. Ты забрал мою одежду из химчистки, назвался Кей моим именем, забрал фотографии из моей квартиры. Как ты попал в нее?

Эдвард улыбнулся своей ужасной улыбкой.

— Это, дорогой братец, оказалось проще простого. Я сказал старине Фреду, что потерял ключ, и он с радостью выдал мне запасной. Старик явно доволен твоими рождественскими подарками. А потом я решил, что будет неплохо, если я поставлю в свою квартиру точно такой замок, как у тебя. — Лицо Эдварда потемнело. — А вот ты не имел права вламываться в мою квартиру.

— Но я бы дал тебе все, что угодно, — тихо произнес Элиот. — Стоило тебе только попросить.

Эдвард отвернулся.

— После того, как ты бросил меня и я столько лет во всем зависел от чужих людей? У тебя я никогда и ничего не стану просить. — В его голосе наряду со злобой Лианна услышала страдание и неожиданно почувствовала жалость к Эдварду.

В отдалении послышался приближающийся вой полицейской сирены. Эдвард резко вскочил и в панике огляделся по сторонам.

— Все будет в порядке, — заверил Элиот, подходя к брату. — Я найму тебе лучшего в штате адвоката.

— Чтобы я закончил жизнь в психушке, а не в тюрьме? А какая разница?

Сирена смолкла.

Элиот протянул руку Эдварду.

— Они приехали. Пойдем вниз, брат.

Эдвард долго смотрел на протянутую ему руку брата. Он совсем было прошел мимо Элиота к дверям спальни; но вдруг вернулся и резко схватил Элиота за руку.

— Брат, — прошептал он, выпустив руку Элиота, и, подбежав к перилам лестницы, бросился вниз головой.

— Эдвард! — Элиот сбежал по лестнице.