Чтение онлайн

— А, черт! — воскликнул он, усмехнувшись, — Почему бы и нет?

Чарли издал радостный крик и схватил Рэйфа за руку. Рэйф обнял другой рукой Корин за плечи, и они медленно пошли назад к гостинице, собирать вещи.

«Корин и Чарли, моя семья…» — думал Рэйф, и его сердце таяло от любви и гордости.

Ветер дул с моря, свистя и скорбно завывая в ветвях полузасохших дубов. Кейт плотнее закуталась в плащ и продолжила свой путь, осторожно пробираясь сквозь черные обгоревшие руины когда-то большого красивого особняка. Сохранилось лишь несколько каменных стен, но казалось, что и они готовы рухнуть в любой момент. Вся земля под ними была усыпана осколками стекол. В целом мрачный вид этих руин полностью соответствовал той суровой, безрадостной, открытой всем ветрам земле, что окружала их.

Кейт любила море. Обычно она не могла удержаться от соблазна подойти к самой кромке воды. Но здесь она не стала этого делать: берег с дюнами и редкими пучками водорослей показался ей слишком унылым и негостеприимным. Волны, набегающие на песок, выглядели холодными и каким-то мрачными, а далеко выдающийся в море риф — зловещим. И недаром! Не один век собирал он ужасную дань в виде затонувших здесь кораблей.

Такой была Потерянная земля, которая когда-то служила домом для гордых и порочных Мортмейнов, ее предков. Кейт провела здесь уже несколько часов, надеясь почувствовать какую-то связь с этим местом. Но все, что она чувствовала, — это страшную усталость, холод и тяжесть на сердце.

Кейт уже собралась вернуться к тому месту, где привязала свою лошадь, как вдруг увидела всадника, галопом скачущего по холму. Кейт невольно напряглась, хорошо зная, что честные люди стараются избегать этих пустынных мест. Она раздумывала, не спрятаться ли ей, пока всадник не проедет мимо, как вдруг увидела в нем что-то очень знакомое.

Кейт прикрыла глаза рукой от бледного ноябрьского солнца, чтобы лучше разглядеть всадника, и… застыла, не веря своим глазам. Это был Вэл! Его черные волосы разлетелись по ветру, открывая бледное лицо, плащ развевался за плечами. Сердце Кейт болезненно сжалось. Она могла бы сообразить, что Вэл обязательно поедет ее искать. Ведь этот человек всю жизнь был ее верным защитником, он был слишком благороден, чтобы вот так просто отказаться от нее.

Кейт, как всегда, почувствовала страстное желание побежать ему навстречу, броситься в его объятия. Но чернеющие руины здания отбрасывали на нее мрачные длинные тени, напоминая о том, кто она такая…

Внезапно Кейт от изумления широко открыла глаза: она поняла, что Вэл скачет верхом на своем белом дьявольском жеребце. Но как же его нога?! Кейт со страхом наблюдала, как он натянул поводья и приготовился спешиться. Наконец Вэл соскочил с седла, перенеся тяжесть на здоровую ногу, и лишь немного покачнулся, оказавшись на земле. Несмотря на хромоту, он двигался на удивление легко и проворно, привязывая поводья своего белого дьявола к толстой ветви дуба. Его трость была приторочена к седлу. Кейт поспешила к Вэлу, отвязала трость и протянула ему. — Спасибо, — сказал он спокойно, словно она встретила его в конюшне замка, а не в этом странном пустынном месте

— Вэл, что ты здесь делаешь? — спросила Кейт в смятении. — Да еще верхом на Шторме! Я думала, ты избавился от него.

— Я собирался это сделать, но, кажется, мы достигли с ним некоторого взаимопонимания. — Вэл ласково погладил жеребца по бархатному носу. — Он согласился со мной, что было бы крайне невежливо сбрасывать человека, который платит за его овес.

— Но чтобы управлять им, нужна немалая сила. Как же твоя нога…

— С ней все в порядке. — Вэл пожал плечами. — Возможно, колено и даст о себе знать позже, но это стоит того. Я ехал верхом так легко, как никогда в жизни. А кроме того, мне просто необходимо научиться ездить на бешеных лошадях, если ты собираешься все время от меня убегать.

— Но я вовсе не убегала! — поспешила возразить Кейт.

— Нет? Тогда ты очень ловко притворилась, моя дорогая. Исчезла без предупреждения, испугала меня чуть ли не до полусмерти…

— Извини, я вовсе не собиралась тебя расстраивать.

— Тогда в следующий раз, будь добра, сообщай о том, куда ты отправляешься, кому-нибудь еще, кроме упрямого, заносчивого призрака. Впрочем, другого раза и не будет. Я с тебя теперь глаз не спущу.

Вэл приподнял пальцами ее голову за подбородок, заставив посмотреть прямо ему в глаза. Его прикосновение было таким же нежным, как и его знакомая мягкая улыбка, но кое-что изменилось в выражении глаз. Кейт не увидела в них той безудержной страсти, что полыхала совсем недавно, но не было в них и мягкой покорности прежнего Вэла. Его взгляд был спокойным, уверенным и решительным. Взгляд мужчины, который знает, чего хочет, и намерен добиться этого.

Кейт почувствовала, как ее сердце замерло.

— Итак, моя дорогая, что это за ерунда? — спросил он ласково. — Почему ты избегала меня?

— Я уверена, ты знаешь причину, и это вовсе не ерунда, Вэл, — сказала Кейт печально. — Я — Мортмейн, и этим все сказано.

— Если это все, что тебя волнует, сердце мое, то это ведь очень легко исправить. Ты когда-то просила меня разделить с тобой мое имя, помнишь? И теперь я более чем охотно готов это сделать.

Вэл наклонился, чтобы поцеловать ее, но Кейт отстранилась. Вэл по-прежнему оставался рыцарем; он, как всегда, был слишком добр к ней.

— Н-нет, Вэл!

Вэл сложил руки на груди и, нахмурившись, уставился на нее.

— Но что же в таком случае ты намерена делать? Бросить меня и обосноваться здесь?

— Нет, я… не знаю, — запинаясь, пробормотала Кейт. Она сама не совсем понимала, чего надеялась достичь, сбежав сюда, на эту Потерянную землю. — Я всегда слышала, что это место источает зло — такое же зло, какое заключено в самих Мортмейнах. Я думаю, что просто захотела убедиться в этом сама.

— И как? Ты увидела здесь какое-нибудь зло? Кейт неуверенно оглянулась на чернеющие руины.

— Нет, — вынуждена была она признать. — Это место показалось мне очень печальным, заброшенным и одиноким, но не злым.

— Да, — согласился Вэл, чем безмерно удивил ее. — У меня было такое же ощущение, когда я приезжал сюда в эти дни. И если здесь и обитает какой-то злой дух, то это — дух трагедии бессмысленно загубленных жизней, растраченных на ненависть и горечь. — Он нежно улыбнулся ей. — То же самое случилось бы и со мной, Кейт, если бы не ты.

— О, нет, Вэл! — воскликнула она. — Во всем виноват кристалл, который заставил тебя…

Но Вэл прервал ее, энергично покачав головой.

— Нет, Кейт. Ты всегда хотела видеть меня каким-то ангелом, совершенством, но у меня есть такие же слабости, как и у других людей. Я боюсь, что уже давно превратился бы в отшельника, книжного червя, как назвал меня Просперо, если бы ты не спасла меня.

— Постоянно надоедая и досаждая тебе? — грустно улыбнулась Кейт.

— Заставляя меня смеяться и хотя бы иногда выползать на солнечный свет, — возразил Вэл. — Ох, Кейт, я наделал так много ошибок! И одна из самых серьезных — та, что я научил тебя презирать и ненавидеть Рэйфа Мортмейна. А ведь он не больше злодей, чем я — герой. — Вэл улыбнулся, увидев растерянность на лице Кейт, и поспешно добавил: — Я могу сказать тебе об этом человеке только одно. Я достаточно долго жил с его ночными кошмарами, с его болью и поэтому знаю совершенно точно: если бы он знал о твоем существовании, Кейт, он бы заботился о тебе и любил тебя. Он никогда бы не отказался от тебя. Ты должна в это поверить, потому что это правда.

Вэл смотрел на нее своими бархатными искренними глазами, и Кейт неожиданно почувствовала, что действительно верит ему.

— Я… верю, — прошептала она, и ее глаза наполнились слезами, которые она яростно смахнула рукой.

То, что сказал сейчас Вэл, не должно было бы иметь для нее никакого значения. Но отчего-то ей было очень важно это услышать. Всю ее жизнь одна мысль не давала ей покоя, причиняла особенную боль, — то, что она была не нужна обоим родителям. Кейт вдруг поняла, что теперь ей будет гораздо легче жить.